Заложник (СИ)

— А что тогда делать будешь?
— Займусь самостоятельной отработкой. Можно сказать, «домашнее задание» выполнять буду. Без выполнения которого, соваться к Учителю снова опасно и бесполезно — опять убьёт.
— А как так вообще получилось-то? Она что, совсем с головой не дружит — Княжеского сына убивать? О последствиях вовсе не думает?
— Ну… там сложная ситуация, — задумался над ответом на такой вот простой, но одновременно и каверзный вопрос я. — С одной стороны, отец мой ей, даже, если очень захочет, вряд ли что-то сделать сможет… С другой — ещё доказать надо, что это именно она меня грохнула, да и вообще, что я в Лицее умер. «Нет тела — нет дела», как говорится…
  
— Что-то я вообще ничего не поняла из твоего ответа. Можешь пояснить подробнее? По пунктам.
— Да запросто. Я говорю: что прилетел сразу к ней в кабинет, к её двери, по воздуху, зашёл через ближайший балкон, минуя все камеры и не попадаясь на глаза никому по дороге. То есть, никаких свидетелей того, что я вообще в Лицей возвращался, нет. А тело… при её способностях, растворить труп и спустить раствор в канализацию — дело пары минут. А, если приложить чуть больше усилий и фантазии — никаких даже теоретически обнаружимых следов и улик не останется: «Вода смывает всё…»
— А я? — нахмурилась Алина.
— Что ты?
— Я же знаю, что ты именно к ней полетел.
— Тут два варианта: или ей плевать — «полетел, но не долетел», попробуй докажи обратное, или…
— Или?
— Или тебя она зачистила бы сразу после того, как закончила со мной. С её возможностями и способностями это не сложно. Но этого мы уже, в любом случае, никогда не узнаем.
— Вот ты… — хотела-было ругнуться она, но сдержалась. — А, почему отца твоего она не боится? Он же Богатырь, Князь?
— А это, Алин, — щёлкнул подушечкой своего пальца по её носу я. — Секрет, обладание которым, само по себе убивает. Оно тебе надо?
— Нет, — поморщившись и потерев нос, ответила девочка. — Мне и одного твоего за глаза хватает.
— Ну а так, вообще-то, всё случайно получилось. Катерина не хотела меня убивать. Просто, в конце концов, не рассчитала сложность последнего задания. Я, с моими «петлями», сглупил и показал ей себя более способным и «гениальным», чем есть на самом деле. Вот и получил сразу «задачку со звёздочкой» вместо спокойного поэтапного развития. Не думаю, что она специально.
— А ты не думаешь, что это именно она тебя Огненному Гранду сдаёт? Всё ж, чужаку попасть на закрытую и охраняемую территорию Императорского Лицея без помощи изнутри — практически невозможно.
— Нет, не думаю, — покрутил головой в отрицательном жесте я. — Вообще не думаю, что в Лицее меня убивает Осирио.
— Не понимаю, — нахмурилась девушка.
— Не знаю, Алин, — вздохнул я. — Но у меня картинка совсем не сходится. В Лицее меня убивают тихо, незаметно и во сне. Так, что я даже не успеваю заметить своего отхода в мир иной… чисто, аккуратно и профессионально. Совсем не так, как это сделал тот ЮАрский Гранд. Осирио не церемонился и не утруждался незаметностью. Он просто вломился сразу в ту комнату, где горел свет, заметный с улицы.
— Точно… — наморщила лоб Алина, вспоминая. — У нас ночник тогда горел… В принципе, снаружи его свет увидеть возможно…
— Вот и я о том же: Огевик вломился и атаковал. Да — быстро. Да — мощно. Да — так, что не оставил мне и шанса на применение каких-либо моих Водных штучек. Он в несколько секунд испепелил нас, вместе со всей кроватью и ещё половиной комнаты. Подозреваю, что после его ухода, остался пожар, от которого могло выгореть вообще всё здание. Минимум — весь этаж. Ни о какой незаметности и речи не шло. Пришёл, обнаружил, сжёг. И свою смерть я прекрасно успел прочувствовать, в отличие от того, что каждый раз происходит в общаге.
— И к чему ты ведёшь? — хмуро спросила девочка.
— К тому, что в Лицее и здесь меня убивают разные люди. Никто иностранного Огненного Гранда на территорию Императорского Лицея не пускал и не пустит — замечательно справляются и своими силами.
— То есть…
— А ты сама подумай: как этот Гранд нас нашёл? Твой Питерский адрес в Поиске по первому запросу не выскакивает. Да и где гарантия, что именно в этот час я сижу именно у тебя? Что мы не шляемся с тобой заполночь где-нибудь по городу? В другие-то вечера этот факел к тебе на огонёк не заглядывал, когда меня рядом не было. Значит, что? Значит — кто-то его наводит. Кто-то, кто имеет возможность достаточно оперативно отслеживать моё местоположение.
— Ты уверен в этом? — совсем уже мрачно спросила Алина.
— Не до конца, — честно признал я. — Всё складывается, пока, именно в такую картинку, но надо ещё проверять.
— И как ты хочешь проверить?
— Элементарно: заночую где-нибудь в третьем месте. То есть, не у тебя и не в Лицее. И посмотрим, что из этого выйдет. Кто, когда и куда явится меня убивать. И явится ли?
— То есть? Может не явиться?
— Может. Если я что-то не так понял и накрутил себе лишнего, то, может быть, никто и не явится. Тогда: это будет тихий, простой и незаметный выход из «петли» для нас с тобой. Вероятность такого события не нулевая.
— Стоп! — тут же вскинулась она. — Когда конкретно ты собираешься проверять?
— Ну, в принципе, могу и сегодня, — подумав, пожал я плечами.
— Нет! Сегодня — нет, — с серьёзным и деловитым видом заявила она. — Если это может привести к наступлению «завтра», то наше «сегодня» должно быть проведено идеально! А мы уже почти час с тобой за завтраком и разговорами потеряли. Я самые важные финансовые звонки не успела сделать. Так что, сегодня проверять не надо. Займись тем, чем ты там хотел заняться, а вечером перед «проверкой» предупреди.
— А если «проверка» даст всего лишь отсрочку в день, и меня потом, всё равно, убьют?
— Значит, идеальных дней будет несколько, — спокойно ответила она и даже плечами пожимать не стала.
— Ладно, — улыбнулся на это я, подумав, что девочка, наконец, прошла-таки все стадии принятия моих темпоральных странностей, в которые умудрилась вляпаться. Вписала-таки их в свою картину мира. Начинает думать и действовать конструктивно. — Сегодня заночую в общаге… если раньше сам не убьюсь своими опытами…
* * *
 Глава 25 
* * *
Море — почему с прошлого года оно стало таким огромным? И даже грандиозным? Почему я не замечал этого раньше? Как я мог так спокойно к нему относиться? Оно ведь невероятно! У меня слов не хватает, чтобы выразить то чувство, которое овладело мной при встрече с этим невероятным… существом? Разумно ли море?.. Разумен ли океан?..
Не знаю. Не могу ответить на такие сложные вопросы. Но то, что он жив — это совершенно однозначно. Как живо и это море.
Утром, первого января две тысячи двадцать пятого года, как и таким же утром первого января две тысячи двадцать четвёртого, я бежал по набережной Сириуса, по специально оборудованной здесь беговой дорожке из резиновой крошки. Это начинает становиться уже традицией.
Не знаю, что принесёт мне двадцать пятый, и каким будет переход его в двадцать шестой, вроде бы новую поездку сюда на Новый Год мы в наступившем году не планируем. Жена решила, что двух сборов ей пока хватит — надо отточить те навыки, которые у неё уже есть, прежде чем нахватывать новых знаний и направлений, что надо сначала укрепить базу. Ну и второй Новый Год без снега, лыж и коньков — это многовато. Она слишком любит зиму и даруемое ей ощущение праздника, чтобы отказываться от него и в третий раз подряд.
Не знаю. Попаду ли сюда ещё когда-нибудь, но пробежка утром первого января — это слишком хорошая идея, чтобы от неё отказываться, даже, если рядом больше не будет моря. Снег, лёд и лес — ничуть не хуже…
Вчерашний день тоже оказался выброшенным на свалку. Тяжёлый день. Точнее, позавчерашний. Вчера-то был уже Новый Год, в канун праздника никаких поездок мы уже не затевали. А вот перед ним, тридцатого… скажу только одно: ездить из Сириуса в Сочи на автобусе — это очень плохая идея. Очень плохая! И повторять подобный опыт я не советую никому. Здешние дороги — это отдельный, весьма специфический аттракцион, предназначенный только для людей с железными нервами и меланхолией. А уж поездка вместе с маленькими детьми…