Клятва вечности (ЛП)

— Хорошо, теперь мы готовы.
Священник снова заговорил, и я отключила его, когда он начал говорить о значении брака — о важности священных уз между мужем и женой.
— Вы, Киллиан Спенсер, берете Джулиану...
— Я хочу произнести свои клятвы, — перебил Киллиан.
— Ладно, хорошо. Давайте.
Руки Киллиана сжались вокруг моих, и он переплел наши пальцы. Торжественное выражение покрыло его лицо. 
— Я всегда буду сожалеть о том дне, когда произнес эти клятвы ненависти к тебе, жалея, что не могу взять их обратно, потому что я чертовски хорошо знаю, как сильно эти слова ранят тебя.
Я покачала головой, мои глаза защипало от непролитых слез. 
— Я тоже причинила тебе боль, — прошептала я.
Губы Киллиана изогнулись в горько-сладкой улыбке, которая разбила мне сердце. 
— Сегодня я хочу взять тебя в жены — так, как я должен был сделать это в первый раз. С надлежащими клятвами, — сказал Киллиан, его голос был глубоким и хриплым от грубых эмоций. — Я обещаю любить тебя безоговорочно, чтить тебя каждый день, вытирать твои слезы и заставлять тебя улыбаться сильнее. Заставлять тебя смеяться, когда тебе грустно, обнимать тебя, когда тебе больно, и любить тебя, даже когда ты не можешь любить себя. Я выбираю тебя, Джулианна. 
 Вот и все. Та часть нашей истории, которую нужно было переписать. Та часть, где я не дала ему шанса выбрать меня. В прошлом я отняла у него этот выбор. Отняла его, как дура и безжалостная любовница. А теперь он выбрал меня. Вопреки всему. После всего. Оставив позади всю боль и ложь, все секреты и манипуляции, Киллиан выбрал меня своей женой.
В его голосе было столько убежденности, когда он продолжал говорить.
— Я выбрал тебя тогда, и я выбираю тебя сейчас, и я выбираю на всю оставшуюся жизнь. Я выбираю тебя, потому что ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал. Ты боролась со всем безобразным и жестоким, и посмотри на себя – ты вышла живой и борющейся, ты восстала из пепла и ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Я выбираю тебя, потому что ты делаешь мое сердце счастливым. Я выбираю тебя, потому что твоя душа чиста. Я выбираю тебя, потому что ты создана для меня. Я клянусь приложить все усилия, чтобы этот брак состоялся, и дать тебе лучшую версию себя. Хорошие дни или плохие дни, я отдам тебе все самое лучшее, потому что ты не заслуживаешь ничего меньшего, принцесса. Ибо, пока мы оба живы, я буду рядом с тобой, в лучшем или худшем, в болезни и здравии, в богатстве или бедности. Ты моя единственная и неповторимая сегодня и каждый день. А ты? Ты… выбираешь меня? Ты принимаешь меня в мужья?
Сдавленный звук вырвался из моего горла, прежде чем я смогла остановиться. Я кивнула, когда не смогла найти свой голос. 
— Да, — сказала я тихо, а затем громче, увереннее. — Я хочу, Киллиан. Я выбираю тебя.
— Хотите произнести свои собственные клятвы? – спросил меня священник.
— Да, — сказала я. — Я, Джулианна Спенсер, выбираю тебя, Киллиана Спенсера, чтобы ты был моим мужем и моим партнером в жизни и вечности. Я клянусь всегда уважать тебя, любить тебя, утешать тебя, ободрять тебя и никогда не разочаровываться в нас. Будь мы в лучшем или худшем состоянии, я буду твоей женой и лучшим другом. Я разделю твои надежды и твои мечты. Я клянусь всегда ставить нас на первое место, всегда выбирать нас, когда время становится тяжелым. Я буду любить тебя, даже если ты меня разозлишь. Я буду любить тебя, даже если мы ссоримся, потому что я знаю, что в конце дня мы всегда будем утешать друг друга. Я пойду в бой за тебя. Я буду сражаться за тебя со всем миром, и, поскольку брак и уродлив, и прекрасен, я клянусь пройти с тобой через уродство и красоту. К лучшему, к худшему, к богатству, к бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас. Ты принимаешь меня в жены?
Я плакала к тому времени, когда закончила произносить свои клятвы, и красивая работа Мирай над моим макияжем, вероятно, была испорчена.
— Пока смерть не разлучит нас, я беру, — торжественно поклялся Киллиан.
 
Мое сердце разрывалось, когда мы обменивались кольцами. Я надела кольцо из черного золота на его палец, наконец-то почувствовав покой. По-настоящему.
Мы сделали это.
Мы открыли новую главу... и закрыли старую. Но это был не конец.
Только начало.
В этой главе не было ни утомительного пера, ни красивых чернил. Но каждое слово слетало с наших языков, когда его губы встречались с моими, когда наши поцелуи превращались в абзацы.
Его сердцебиение совпадало с моим.
И это была идеальная страница в нашей истории.
ГЛАВА 2
Джулианна
Наши губы разошлись, и я была ошеломлена, мой разум пошатнулся. Он подхватил меня на руки, и мое сердце забилось быстрее, когда он осторожно унес меня прочь. Деликатно. Как будто он нес на руках самый ценный груз. Наши гости смеялись, а Киллиан? Он ухмылялся.
— Я не буду ждать нашего приема, — высокомерно заявил он. — Сегодня вечером тебя восхитительно оттрахают, принцесса. Я ждал достаточно долго.
— Ты ждал всего двенадцать часов, — парировала я, но не могла отрицать, что этого действительно было достаточно долго.
— Двенадцать чертовых часов.
Я закатила глаза, и мой желудок снова затрепетал. Я обхватила свой живот, лаская крошечную выпуклость моего беременного живота. Это был ребенок?
Нет, для этого было слишком рано. Едва исполнилось одиннадцать недель. Так что порхание было определенно бабочками в моем животе. Нет, это был целый зоопарк. Мой муж довел меня до обморока. Снова.
Киллиан занес меня внутрь и поднял по лестнице в нашу комнату. Как только мы оказались внутри, он позволил мне встать, и я стояла на дрожащих ногах, когда он практически сорвал свой пиджак, бросив его на пол к нашим ногам. Следующей слетела его черная рубашка, присоединившись к пиджаку на полу.
Мой взгляд скользнул по его широкой мускулистой груди и рельефному животу. Его тело было произведением искусства; доказательство часов и часов преданности делу в тренажерном зале. У меня пересохло в горле при виде его в таком виде, хотя я бесчисленное количество раз видела его обнаженную грудь. Мне было хорошо знакомо тело мужа, но каждый раз я испытывала к нему такую же боль, как и в первый раз.
— Раздевайся, Джулианна. — В его голосе звучал предостерегающий тон, словно он висел на тонкой ниточке и едва сдерживал себя.
Я вздернула подбородок, чувствуя себя надменно, и поджала губы. 
— Или ты можешь раздеть меня.
Если он мог быть таким высокомерно требовательным, то я могла быть опасно смелой.
Его глаза потемнели, а губы изогнулись в сексуальной ухмылке. Он расстегнул ремень и приблизился ко мне. То, как он крался вперед, с такой уверенностью, было похоже, что он охотился на меня. Дикое, дикое животное, зацикленное на своей добыче.
За исключением того, что я очень этого хотела.
Я сделала шаг назад, потому что мысль о том, что он преследует меня, заставила адреналин струиться по моим венам. Хотя я знала, что не уйду далеко со своей хромотой, я все же пыталась убежать от него, когда он потянулся ко мне.
Грудь его загрохотала резким звуком; он зарычал, когда его пальцы коснулись моих рук, но я уже сделала несколько шагов назад. Шагая от него.
— Джулианна, — медленно предупредил он.
— Да? — Я ответила, очень невинно.
— Не делай этого.
— Что не делать?
Он нахмурился. 
— Ты мне нужна.
— Тогда возьми меня.
Киллиан рванулся вперед, и я едва успела пискнуть, как его рука обвила меня и притянула к себе. Мои пальцы скользнули по его обнаженной груди, и смех вырвался из моего горла. 
— Такой нетерпеливый.
— Проказница, — прохрипел он себе под нос. — Я говорил тебе это однажды и скажу еще раз — я знаю, как усмирить невоспитанного ребенка, принцесса.