Клятва вечности (ЛП)

Что бы ни говорили эти комментарии в сети, как бы ни пытались изобразить меня злодейкой — я не была злой. Я не убивала свою сестру.
Я смахнула слезы, судорожно вздохнув, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Как только меня больше не трясло, я заставила себя встать с кровати. Это должен был быть только сон…
Как мой сон превратился в такой ужасный кошмар?
Мой телефон зазвонил, вырвав меня из моих мыслей. Быстрый взгляд на идентификатор вызывающего абонента сказал мне, что это была Мирай, и я ответила на звонок. 
— Привет.
— Скажи мне, как сильно ты скучаешь по мне, — сказала она своим обычным веселым голосом. Мирай было почти двадцать лет, но она все еще была той же самой Мирай, которую я встретила шесть лет назад. Я не знала, есть ли у нее шестое чувство, но она почти всегда звонила, когда мне нужно было поднять настроение.
— Скажи мне, как сильно ты скучаешь по мне.
— Очень. Не могу дождаться, когда снова увижу Кэмерона. Я скучаю по его милому, пухлому лицу. Я должна вернуться до того, как появятся тройняшки!
Я надеялась, что она это сделает. Мне нужна была вся моральная поддержка с тремя новорожденными. 
— Как Европа? — с нетерпением спросила я.
— Такая красивая! — она практически визжала мне в уши. — И все, о чем я мечтала. Пока я была во Франции, я честно подумывала найти себе хорошего парижанина и поселиться там. Но после двухмесячного путешествия по Европе я поняла, что скучаю по дому. О, как прошло вчерашнее мероприятие по сбору средств? Надеюсь, лучше, чем предыдущая?
— Все было хорошо, — просто ответила я. А у меня не все было хорошо.
На самом деле это была настоящая катастрофа. На меня всю ночь смотрели грязно. Некоторые люди очень поддерживали меня и наше дело — наша миссия заключалась в повышении осведомленности о жертвах торговли людьми в целях сексуальной эксплуатации.
В то время как другие выражали явное отвращение ко мне на своих лицах.
Я слышала ужасный шепот…
— Ее отец был крупнейшим торговцем людьми в стране. Чего она надеется добиться этим событием? Еще одна ее слезливая история?
— Она слишком старается, чтобы казаться фальшивой.
— Я чувствую от нее сомнительные флюиды.
— Бедная ее сестра.
— Это действительно был несчастный случай?
Эти перешептывания ничем не отличались от оскорбительных комментариев, которые я видела сегодня утром в сети. Мерзко и тошнотворно. Зло и отвратительно.
— Это отвратительно, как она вышла замуж за жениха своей покойной сестры.
— Вероятно, ей следует снова носить вуаль. Ее шрамы буквально кошмарят моего малыша.
— Почему она не может просто сделать пластическую операцию?
— Вероятно, использует свои шрамы для сочувствия.
— Не хочу никого обидеть, но это как-то неприятно.
— Держу пари, они трахаются в темноте, чтобы ему не пришлось смотреть на женщину-версию Фредди Крюгера.
— Как он целует ее, когда она выглядит ТАК?
Мирай вздохнула. 
— Звучит не очень. Я видела некоторые посты в Facebook. Твиттер — это сущий кошмар. Эти люди просто жестоки.
Мое горло сжалось, и когда я сглотнула, я чуть не подавилась слюной. 
— Эм, да. Слушай, я должна…
Мой телефон завибрировал от очередного входящего звонка, и я оторвала его от уха. Киллиан звонил. 
— Эй, Мирай. Я перезвоню тебе позже. Киллиан звонит.
— Хорошо, увидимся! — Я вешаю трубку и отвечаю на звонок Киллиана.
— Эй, ты хорошо выспалась? — устало поприветствовал он меня. Его теплый, насыщенный голос вызывает мурашки по моему телу. Хорошая дрожь. Из тех, что заставляли меня чувствовать себя нечетко.
— Не совсем, — честно ответила я, потому что поклялась больше не лгать. Больше никаких секретов. — Что ты делаешь?
— Готовлюсь к дебатам на следующей неделе. Работаю над записями. — На заднем плане послышалось какое-то шуршание, прежде чем он продолжил. — Поэтому я и звоню. Я забыл дома одну из своих папок. Сэмюэль придет за ней, я просто хотел предупредить тебя заранее.
Я села вперед, идея получше играла в моей голове. 
— Все в порядке, я принесу тебе файлы.
 
— Ты не должна. Разве ты не должна отдыхать?
— Я хочу тебя увидеть. — Он ушел этим утром, когда я еще спала, и я ожидала, что он вернется домой сегодня поздно вечером, после того как мы с Кэмероном уснули.
— Все в порядке, принцесса? — спросил Киллиан, его голос стал более глубоким от беспокойства.
— Да, я просто… скучаю по тебе. — Мне нужны были его руки вокруг меня, где я чувствовала себя в большей безопасности.
Вдали от слухов.
— Хорошо, тогда увидимся. Я тебя люблю.
Это заставило меня улыбнуться. 
— Я тоже тебя люблю.
Мы кладем трубку, и после того, как я оделась, я взяла папку из его офиса и пошла искать сына. Я нашла Кэмерона сидящим на диване, смотрящий «Босс-молокосос» в сотый раз и жующего морковь.
— Маленький человек сегодня не хотел спать, — сказала рядом с ним Селена. Он явно обвел ее вокруг своего мизинца.
— Я не знаю, откуда у него столько энергии. — Мой взгляд метался между ним и телевизором. — Ты не против понаблюдать за ним еще немного? Мне просто нужно отнести этот файл в офис Киллиана.
Селена прогнала меня. 
— Иди. Мы с маленьким человеком будем в порядке.
Как только я вышла из дома, меня окружила небольшая группа телохранителей. Четыре. Я подумала, что это уже чересчур, но с Киллианом нельзя было спорить, когда дело касалось моей защиты.
— Добрый день, миссис Спенсер. Ваш муж позвонил и сообщил нам, что вы уезжаете в его офис. Будете ли вы делать какие-либо остановки между ними? — спросил Джексон. Он был главным, а также оказался старшим братом Самуэля.
Киллиану было трудно доверять окружающим меня людям, поэтому все мои телохранители были людьми, которых он лично знал много лет и которым доверял, чтобы защитить меня.
— Неа. Пожалуйста, прямо в офис Киллиана.
Поездка до его офиса заняла двадцать минут, и я использовала это время, чтобы поговорить с Мирай. Она рассказала мне все о своем пребывании в Европе, рассказывая о местах, которые она посетила, и о том, как сильно она хотела переспать с одним из красивых местных жителей. Мирай была спонтанной, и я не удивлюсь, если она уже связалась с упомянутыми местными жителями.
Когда машина остановилась перед знакомым зданием, я вешаю трубку. 
— Мы здесь, миссис Спенсер.
Джексон открыл мне дверь, и я вышла из машины, держа папку под мышкой и сумочку в другой руке.
Это произошло слишком быстро, чтобы я успела осознать, что происходит на самом деле, пока не стало слишком поздно. В тот момент, когда я вышла из машины, меня внезапно окружили люди. Втиснувшись в меня, пытаясь протиснуться мимо моих телохранителей. Мое сердце забилось, и я огляделась в панике.
Что происходило?
Откуда взялись эти люди? Тротуар был пуст секунду назад.
Земля закачалась под моими ногами, когда тревога наполнила мои холодные вены. Паника переросла в ужас, когда я заметила, что на меня полыхают микрофоны и камеры. Они были у меня перед лицом, позади меня, все говорили одновременно.
Ужас превратился в ужас, когда я поняла, что происходит.
В основном я подвергалась нападкам со стороны прессы.
Они были слишком близко; их голоса слишком громкие; их тела прижимаются ко мне. Почти агрессивно. Мои телохранители окружили меня, пытаясь удержать их, поскольку мои легкие сжались, а сердце забилось.
Мое зрение затуманилось, когда я побрела прочь, пытаясь попасть внутрь здания Спенсер. Я подняла папку, спрятав за ней лицо и пытаясь прикрыть глаза от ярких вспышек.
Деваться было некуда.
Я была в ловушке.
Кто-то наткнулся на меня. Я не знала, кто это был — человек, пытающийся меня защитить, или те, кто вот-вот на меня нападет. Неизвестная пара потных рук попыталась схватить меня, и я отшатнулась.
Мое дыхание сбилось, когда я попыталась встать на ноги, но мои ноги ускользнули из-под меня. Мир закачался, когда мое тело наклонилось к дороге, к встречному потоку машин.