Единство-2 (СИ)

Он сделал паузу, дав мне осмыслить его слова, и я спросил:
— Бездна?
— Бездна близка к этому, но и у нее много ограничений, обойти которые она или не способна, или пока не может. И все же речь не о ней, инициал. Сверхновая богиня создала еще одно измерение, небольшое, потому что на что-то более величественное ее способностей пока не хватает, но силы ее растут. И дело тут не только в постоянно прибавляющемся числе последователей и вере, нет.
— Тогда в чем? — удивился я.
— Бездна обзавелась невероятно сильным союзником, ставшим к тому же ее верховным жрецом. Парадоксально, но он обладает куда большими возможностями, просто не в рамках Дисгардиума, где его аватар пока не развит.
— И кто же он?
— Ты с ним знаком, — металлический голос Кингу прозвучал как обвинение. — Это Люций, великий князь Преисподней.
— Кто?
— Ты не ослышался, — съязвил Бегемот, — наша речь передается тебе напрямую в мозг. Младший великий князь Преисподней — всего лишь маска сущности намного более могущественной. Тысячелетиями она паразитировала в твоем настоящем мире, создав в смежном измерении то, что вы называете адом. Адом, джаханнамом, тартаром, геенной огненной, подземным царством, наракой, дийюем.
— И преисподней, — добавил Левиафан.
— И преисподней, — кивнул Бегемот. — Местом, куда паразитическая сущность затягивала души, не давая им уйти во вселенское инфополе.
— То есть Сатана… — начал я говорить, но Спящий снова меня перебил:
— Сатана, Шайтан, Люцифер — у него множество имен, ведь он прожил тысячи жизней в разных обличьях, сея зло и питаясь эманациями чужого горя. Сейчас он паразитирует в твоем мире и тянется к Дисгардиуму. Такого же уровня могущества мог бы достичь и Нергал через тысячи тысяч лет эволюции — чтобы ты понимал, что из себя представляет Люций.
— Все сходится… — Я рассказал им о лидере Объединенного картеля, Исмаэле Кальдероне. Они наверняка уже знали об этом из моей головы, но проговорить все было важно для меня самого. — Получается, у Бездны теперь есть очень сильный союзник, который может влиять и на настоящий мир…
Придя к такому выводу, я содрогнулся. Значит, мои родители, мои близкие… Никто не в безопасности даже под защитой Хагена.
— И что мне делать? За что хвататься? Да и смогу ли я? Если даже Глубинная телепортация меня подводит, то что говорить о способностях, которые я получил от вас? — Я выдохнул и сказал уже спокойнее: — Каким будет ваше следующее задание, Спящие?
Они переглянулись, но, думаю, это было сделано для меня, ведь между собой они общаются телепатически.
— Даже не будь у Бездны в союзниках Люция, мы бы все равно не стали требовать от тебя того, что по всем критериям является невозможным, — сказала Тиамат.
— Самоубийственным, — добавил Левиафан.
— Мы не вправе давать тебе задания, — выдал совсем уж неожиданное Бегемот. — Но мы можем попросить…
— Посоветовать, — поправила его Тиамат.
— Предложить, — нашел нужную формулировку Кингу. — А ты уже сам решишь, что и как будешь делать.
— То, что мы предлагаем, — сказал Бегемот, — более не является игровым заданием, инициал. Это стратегия, выбранная нами после анализа миллиардов других вероятных развитий будущего. Она самая опасная, с крайне малой вероятностью на успех, но в то же время самая благоприятная для всех. Для Дисгардиума, для нас, для тебя и твоих близких, для вашего мира. Это будет самый лучший исход для всего мира. Для всех миров.
— Для всей вселенной, — добавила Тиамат.
— Но сначала я хочу с тобой рассчитаться, — сказал Бегемот.
Задание Спящих богов «Смерть Чумному мору!» выполнено. 
Вы уничтожили Ядро Чумного мора . 
Награда: 
— ваш классовый навык « Освобождение » преобразован в божественный перк . 
Божественное освобождение 
Автоматически отменяет любые эффекты контроля вне зависимости от того, кто их применил. С вероятностью 10% отразит эффект контроля. 
 
Не имеет отката. 
Изучив описание нового перка, я не сдержался:
— А раньше нельзя было его преобразовать? Скольких проблем я бы избежал…
— Нельзя, — отрезал Бегемот. — Сам подумай, наше существование зависит от тебя, неужели мы бы не поделились с тобой всем сразу? Мироздание так не работает, инициал, прими это.
— Ладно, понял, принял. С целями тоже понятно: уничтожить или нейтрализовать Бездну, чтобы освободить Дисгардиум и всех неумирающих, запертых в нем и в Чистилище. Вопрос: в чем стратегия? С чего мне лучше начать? Я планировал двинуть в Террастеру, чтобы получить доступ в мир Бездны. Запертые там бета-тестеры — сильнейшие сущности после Бездны, может быть, даже сильнее великих князей Преисподней. Если освободить их, они могут помочь. К тому же с Девяткой у них отношения так себе.
— Обзавестись такими союзниками не помешает, — ответил Бегемот. — Но что бы ты ни думал о нас, инициал, мы единственные, кто может противостоять Бездне и Люцию и одолеть их. Но есть одно условие: мы должны войти в полную силу.
— И почему я не удивлен… — вздохнул я. — Вам нужен пятый храм, правильно?
Откуда-то из мглы донёсся тихий шепот:
— Не только, но сейчас это главное.
— Пятый Спящий, это ты? — спросил я. — Абзу?
— Да, инициал, с тобой говорит Абзу. Из всех мест силы только одно пригодно для моего храма. Пытаясь поставить его в других местах, ты зря потратишь силы. Те, что заняты храмами Старых богов на Бакаббе, спешно перестраиваются во имя и во славу Бездны. Аналогично с местами силы на Латтерии и Шэд’Эрунге. В Бездонном океане и на Террастере места силы уже заняты храмами Левиафана и Тиамат.
— Я свой перенес, — пробурчал Левиафан. — От греха подальше, так сказать.
— А что с тем местом в Лахарийской пустыне? — спросил я.
— Там стоит храм Бездны, его охраняет Эрвигот, Глашатай Бездны.
— Он же Разоритель по имени Плевок, — вспомнил я питомца Девятки. — Остается Меаз?
— Меаз.
— Но туда невозможно проникнуть, материк покрыт непроницаемой магической пеленой!
— Невозможно, — согласился Абзу. Остальные Спящие молчали. — Но среди твоих друзей был тот, кто мог открыть тебе портал к Тем, Кто Ушел. Мы, Спящие, не видим их присутствия в Дисгардиуме. Вполне возможно, под магической пеленой Меаза ничего нет, и ты сможешь поставить там мой храм.
— Вы об Инфекте? — горько спросил я. — Да, он почти собрал строительный проект «Святилище Ушедших», но мало того что у меня больше нет строителей, никто из них сюда не попадет при всем желании, так еще и Малик, если вы не в курсе, погиб.
— Как и Тисса, он является нашим жрецом, — напомнил Бегемот. — Не хотел тебя обнадеживать раньше времени, но мы сможем воскресить Инфекта, по крайней мере, в Дисгардиуме.
— Сможете? — глухо переспросил я. — Сможете, если что? Если я построю вам еще храм? Два? Так это замкнутый круг какой-то получается. Нет Инфекта — нет Меаза — нет храма — нет Инфекта? А как вы тогда воскресили Тиссу?
— У Тиссы было тело в твоем мире, — ответил Бегемот. — Она вошла в Дисгардиум, мироздание воплотило ее персонажа, а я вернул в него ее душу и личность. С Маликом-Инфектом иначе. У нас есть его душа и личность, но их не в чем воплотить. Любой кадавр, используемый вместо тела, отторгнет душу или, что страшнее, исказит ее. Душа и тело должны подходить друг другу. Как только мы поместим душу в тело, мироздание Дисгардиума должно узнать Инфекта, как игрока, уже существующего в его базе данных.
— И где я вам достану новое тело?
— Рой, — ответил Бегемот и объяснил: — Рой способен создавать точные копии тел любых смертных, и они это успешно делали во время войны с Содружеством и Империей, внедряя своих агентов.
— Типа как в твоем мире создают клонов по ДНК, — добавил Левиафан. — А у нас в базе есть образцы плоти всех наших жрецов… и обычных последователей.