Единство-2 (СИ)

Рядом снова оказалась Пайпер.
— Так как дела, Скиф?
Когда мы познакомились, девушка числилась в «Т-Модусе», молодежном крыле «Модуса». Это было на Дистивале. Мы с ней еще встречались, в том числе у меня дома, на спонтанной вечеринке в то время, когда Скиф застрял в Бездне. Но потом она куда-то пропала.
С тех пор девушка получила повышение, о чем говорил ее профиль:
Пайпер, человек, друид ???-го уровня 
Клан: «Модус». 
То, что я был атакован человеком союзного «Модуса», само по себе странно, но еще больше удивил ее уровень. Настолько высокий, что система показывала мне, как я думал, самому высокоуровневому игроку, знаки вопроса! Я неверяще уставился в профиль Пайпер — как она достигла такого? Где пропадала с того дня, когда я видел ее в последний раз? Почему атаковала нас? Удивляла и ее экипировка, чем-то напоминавшая мое Хладнокровие карателя. Литая броня, окутанная полупрозрачным дымом, покрывала девушку с головы до ног, отражая все вокруг и сливаясь с местностью. Я начал подозревать, что не мы первыми прошли инстанс «Источник Тлеющей пустоты».
Удивление на грани шока привело к тому, что я потерял дар речи. Девушка, насмешливо изучив выражение моего лица, вдруг надула губы:
— Фу, как невежливо. Так и будешь молчать? А я-то думала, что между нами что-то есть…
— Эй, Пайпер, от тебя не укрыться, — едва ворочая языком, проговорил я. Это была наша с ней кодовая фраза времен Священной войны. — Что происходит?
— Это точно, — ухмыльнулась девушка, проигнорировав вопрос. — Ладно, было приятно снова увидеться и поболтать, но я здесь не за этим. — Обернувшись, она кому-то сказала: — У тебя чуть меньше десяти минут, папуля.
Не успел я задуматься, кого она назвала папулей, как ее рука отпустила мою голову, и я тут же больно приложился скулой о каменистую землю. Пайпер снова исчезла, причем не отошла, а просто растворилась в воздухе, словно ее и не было, а следом раздался ее приглушенный ливнем голос:
— А вы трое — за мной. Нечего вам подслушивать!
Я уловил, как что-то приподняло моих друзей над землей и поволокло прочь. Их тела были искорежены и сплющены, как будто попали под пресс, не завершивший свою работу, но, судя по индикаторам жизни в групповом интерфейсе, друзья были живы. Вот только никто из нас ничего не мог сделать: эффект Земных объятий лишил возможности применить способность или магию. Я не мог даже призвать на помощь питомцев.
Некоторое время ничего не происходило. В ушах звенело, голову наполнял нарастающий гул, было трудно дышать. Только когда кто-то приблизился и поставил ногу мне на лицо, я рассмотрел изящный сапожок с длинным изогнутым носком. Такие носил лишь один скользкий гном-маг…
Так-так. Пайпер, познакомившая меня с Хинтерлистом, «Модус», гном-маг — мозаика начала складываться. Изучив список жрецов Спящих, я убедился: там не осталось никого из «Модуса». Гном-маг Хинтерлист, человек-богатырь Ярый и титан-паладин Саян перестали ими быть, как и подчиненный Сергея Полоцкого, человек-варвар Печенег. Похоже, оба клана отреклись от Спящих, а я упустил соответствующие логи в пылу схваток в инстансе.
— Что делать с остальными, папочка? — прорвался голос Пайпер откуда-то издалека.
— Избавься от них, — велел тот, кто поставил ногу мне на лицо, подтвердив, что он, Хинтерлист, лидер «Модуса», является отцом Пайпер, если, конечно, между ними не сложились отношения другого, более мерзкого характера. Склонившись надо мной, он со смешком проговорил: — Извини, Скиф, уж очень удачный расклад — грех было не воспользоваться. В том мире мне оставалось немного, а в этом… — Не закончив, он усмехнулся.
— Что «в этом»?
— А в этом меня ждет вечная жизнь. Меня и мой клан. Что касается тебя, то для тебя есть сообщение от сам знаешь кого: «Ты слишком сильно меня обидел, чтобы отделаться легкой смертью; ты будешь страдать вечность!» Немного пафосно, на мой взгляд, но я обещал, что повторю слово в слово.
 
От бессилия и злобы, охвативших меня при мысли о предательстве бывших союзников, я чуть не взорвался. Едва сдержавшись, спросил первое, что пришло в голову, — лишь бы не молчать. Нужно потянуть время, пока подсознание придумает выход или хотя бы подскажет идею… Что? Я уставился на таймер Земных объятий, с ним происходило что-то странное. Хотя… Нет, показалось.
— Ты же дал клятву, Хинтерлист, — процедил я. — Не боишься кары Небесного арбитража?
Он рассмеялся, и в этом смехе я услышал не веселье, не злорадство, а счастье и облегчение человека, получившего шанс избежать неминуемой смерти — а в реальном мире он был очень стар — и получить вечную жизнь.
Пока он смеялся, где-то в тумане кислотных испарений Пайпер расправлялась с моими друзьями:
— Как дела, Тисса? Надеюсь, ты хорошо провела время, потому что впереди у тебя века пыток и мучений в Чистилище! Пух! — Пайпер озвучила какую-то смертельную магию, и иконка моей подруги потеряла цвет и накрылась черепом. — Пока, Тисса! Привет, Краулер! И тебе хорошо провести время там же! Пух! — Еще один череп. — Дэка, тот самый! Слышала о тебе, ты крут! Не знала, что ты теперь со Скифом… Хм… Ну, ты сам виноват, что оказался здесь. Пух!
Тисса, Краулер и Дэка погибли, не издав ни звука. Из всей группы в живых остался только я, а от клана, не считая работяг и неписей, еще Ирита и Утес, пропадающий в бета-мире. Сердце сжалось, глаза наполнились непрошеными слезами. Так глупо!
Собрав волю в кулак, я уставился на Хинтерлиста, который наконец перестал смеяться. Его лицо посуровело, взгляд стал торжествующим, таким, словно он давно ждал этого момента. Очевидно, статус моего союзника не нравился Хинтерлисту, он считал меня юнцом и выскочкой, который чуть не сломал все то, что он выстраивал двадцать лет.
Таймер Земных объятий показывал, что до конца стана чуть меньше семи минут, когда Хинтерлист соизволил ответить:
— С явлением Бездны мир не стоял на месте, Скиф. Все клятвы, данные до нее, к твоему сведенью, обнулены. Похоже, этот момент прошел мимо тебя, а я был бы последним дураком, если бы упустил такой шанс! Истинное бессмертие!
Таймер стана скакнул и показал, что до конца осталось не шесть, а меньше трех минут, а потом это произошло снова. Логи дали объяснение, сложнее всего было сдержать ухмылку и не дать насторожиться Хинтерлисту раньше времени. Ведь «аура горевестника несет несчастья всем тем, кто уступает ему в удачливости, но осмелился поднять на него руку».
— Решив, что это твой шанс, ты и стал последним дураком, — сказал я. — Но, раз так вышло, расскажи, как Пайпер достигла такого уровня. По старой дружбе.
— Я тебе не опереточный злодей, чтобы бахвалиться почем зря, — покачал головой Хинтерлист. — Поймешь, когда моя девочка сделает то, что должна.
В этот момент таймер снова скакнул, и до конца дебафа осталось тридцать две секунды. Меньше минуты до шанса спастись.
— Да брось, старик, мы же через столько прошли вместе! — воскликнул я. — Скажи хотя бы, как и почему Бездна вышла именно на ваш клан? Наверное, потому, что вы сильнейшие в Дисе?
— Не умеешь ты льстить, парень, — вздохнул Хинтерлист. — Но раз уж просишь по старой дружбе… Скоро сам все узнаешь. — Он повернул голову и крикнул: — Доченька, мы закончили!
— Нет, мы только начали! — гаркнул я и ушел в Ясность, ускоренную Стремительностью урагана.
Мир вокруг застыл, звуки стихли, кислотные капли зависли в воздухе.
Взлетев, я смог рассмотреть всех: отвернувшегося Хинтерлиста, Ярого и Саяна с оружием наготове, Пайпер среди группы более молодых членов «Модуса», среди которых я различил разбойника Квинто, охотника Кобу, храмовницу Элисон, паладина Эквилибриума… Всего сорок человек, включая Пайпер. С кем-то из них я побеждал на Демонических играх, но при мысли о погибших Краулере и Тиссе мое сердце не дрогнуло — каждого я заразил Порченой кровью. Буйство Хаоса сделало так, что дебаф каждого стал уникальным. Каждые шесть часов они будут умирать, терять 10% набранных уровней, а потом снова умирать, если, конечно, не смогут снять проклятье.