Единство-2 (СИ)
Тоннель был таким широким, что по нему мог пройтись и Монтозавр, причем хоть прямо, хоть боком. На полу местами дымились кислотные озерца, окруженные светящимися грибами и крупными насекомыми с воробья величиной — вряд ли они агрессивные, но лучше быть начеку.
— Ух ты! — восхищенно выдохнула Тисса, озираясь по сторонам. Ее глаза горели предвкушением. — Как красиво… и жутко одновременно!
— Да уж, подруга, этот инст своеобразный, — согласился Краулер. — Дальше будет еще страннее, уж поверь.
— Разумные есть, как думаешь? — спросил я.
От этого зависела тактика — все-таки с монстрами чаще всего биться проще, они более прямолинейны.
— В первом круге точно нет, да и босс, как я уже говорил, Кислотный арахнид. — Краулер почесал подбородок и добавил: — Ну что, погнали?
— Не терпится начать, — ухмыльнулся Дэка, поудобнее перехватывая свой верный арбалет. — Но! Хочу напомнить, что правила игры в Дисгардиуме изменились. Умирать нельзя!
— Почему? — спросила девушка. — Здесь же нет Глашатаев Бездны!
— Вы не в курсе? — удивился соло-приключенец. — Ирита рассказала нам, когда навещала здесь, что в последнем «Вестнике Содружества» рассказывают об участившихся случаях, когда неумирающие, погибнув от рядовых мобов, не воскресали. Причем речь только о тех, что не стали последователями Бездны. Неизвестно, что с ними случилось: или погибли окончательно, или… — Дэка многозначительно развел руками.
— …угодили в Чистилище, — мрачно закончил я. — Короче, умирать нельзя.
— Поэтому предлагаю еще раз подумать — так ли нам важно пройти этот инстанс именно сегодня? — спросил Дэка. — В конце концов, у нас есть как минимум год, пока мозг в реале не взорвется, так почему бы нам не подготовиться получше?
— Нет у нас года, — покачал я головой. — С каждым днем последователей Спящих все меньше, а у Бездны — все больше.
К тому же я почти не сомневался, что мы пройдем инстанс относительно легко и с первого раза. То, что этот инстанс рейдовый, да еще и рассчитан на 1500-й уровень игроков, тогда как никто из моих друзей не превышал 900-го, не играло роли. Наши основные характеристики, измерявшиеся миллионами очков за счет Единства, давали огромное преимущество. Не пропадем!
Освоившись, мы выдвинулись вперед, и сразу же вдалеке послышался шорох, переходящий в зловещее шипение. Краулер напрягся:
— Начинается. Первая волна мобов. Дибелслуки, судя по звукам. — Он посмотрел на меня, я кивнул — он здесь был, пусть ведет группу. — Приготовьтесь!
Из-за поворота, быстро перебирая множеством лап, выскочили мерзкие мощные насекомоподобные монстры, плюющиеся ядом. Выглядели они как двухметровые богомолы с блестящим хитином и мощными жвалами. Каждый был выше 1500-го уровня — мы выяснили это, благодаря Истинному зрению Краулера.
Рейд начался! У меня аж мурашки пошли по коже от давно подзабытого чувства — азарт, кураж и предвкушение приключений с друзьями.
— Быстрые и опасные, могут проглотить, — тихо проговорил Краулер. — Если кого-то схватят, хоть тебя, Скиф, дело труба, нельзя такого допустить!
— Пусть попробуют, — хмыкнул я и с боевым кличем ринулся в бой.
Я влетел в самую гущу мобов, размазывая их Сокрушающими буйными кулаками и собирая агро. Волна увечий, рикошетившая урон по ближайшим к цели противникам, и Путь отражения Устойчивости упростили расправу — чем более остервенело они меня били, тем быстрее погибали. По идее, я мог бы вообще не приближаться, действуя духовными атаками, но хотелось дать поработать Проглоту, который конвертировал полученный урон в очки опыта.
Что касается питомцев, включая Монтозавра, то я решил их не призывать. Маловаты они для местных мобов — если погибнут, получат штраф на очки опыта.
Судя по разрывавшимся вокруг меня мобам, которые горели, замораживались и вспыхивали, Краулер с Тиссой помогали мне магией, бьющей по площади. Дэка держался с ними, не решаясь вступить в ближний бой, и расстреливал дибелслуков из арбалета.
Пак был гигантским — в нем насчитывалось не меньше сотни мобов. Но это не помешало нам разобрать его за пять-шесть минут. Справились бы быстрее, если бы я вспыхнул Возмездием Спящих, но этот ресурс я берег и копил на самый крайний случай.
Внешнее, девятое, кольцо инстанса, по словам Краулера, было самым продолжительным — около тридцати километров. В первой трети этой дистанции мы не встречали никого, кроме дибелслуков. Гигантские чудовища, напоминавшие богомолов, бесхитростно атаковали клиновидными конечностями, а потому никаких проблем не доставили. Ничего драгоценного с них не выпадало, а кровь дибелслуков, хитин, сердца и прочие внутренности жадно собирал Краулер для Алхимии.
Проблемы начались, когда мы покинули зону дибелслуков, в которой число кислотных луж резко снизилось, зато светящихся грибов стало особенно много. Собрать их было нельзя, они рассыпались в труху, стоило срезать, и Дэка предположил, что грибница связана с кем-то из боссов.
— Видел когда-то нечто подобное, — рассказал он. — И, если прав, одним из боссов будет супергриб.
— А в этом кольце светящихся мобов-грибов нет? — спросила Тисса.
— Грибов нет, но метров через сто пойдут светящиеся жуки — глойкеверы, — сообщил Краулер. — Убить их легко, но рядом в этот момент лучше не стоять: они взрываются липкой слизью, которая разъедает доспехи и вешает дот.
За счет Пути пожертвования весь урон, даже если он приходился по группе, входил в меня, поэтому словам друга я, к сожалению, не придал значения. Сотни светящихся летающих жуков надвинулись на нас, как сияющее облачко. Даже размер мобов не впечатлил — любой из них легко бы уместился у меня на ладони. Но вот чего я не учел, так это того, что их доты игнорировали Устойчивость и не просто суммировались, а перемножались. Причем, как оказалось, не только доты.
Бить мелких глойкеверов кулаками было глупо, поэтому я, влетев в самый центр пака, полыхнул Возмездием. Цепная реакция взрывов жуков подняла совокупный урон до каких-то астрономических величин — моя шкала жизни просела до минимума, и я не погиб, а вместе с тем не положил весь рейд, только благодаря Содействию Спящих и появившейся Алмазной коже справедливости. Невозмутимость, две минуты игнорирующая урон в начале боя, была на откате.
— Уверенность в своих силах — это хорошо, — проворчал Дэка, — но здравый смысл никто не отменял, Скиф. Ладно первое кольцо, мы тут были, но дальше будь осторожнее!
Он был, конечно, прав. Более того, пока Тисса меня отхиливала, мы обсудили произошедшее и в дальнейшем решили сначала выпуливать незнакомых мобов, чтобы изучать их.
Поняв, в чем опасность глойкеверов, я сменил стратегию и перешел на духовные удары издали. Применяя также массовые заклинания Тиссы и Краулера и взрывающиеся болты Дэки, мы чуть замедлились, но прошли их зону без приключений. Лут с них вывалился получше, появились предметы: шлем, кинжал и кольцо, — но все синие, редкого качества. Такие в нашем клане обычно идут на распыление или на аукцион, но, благодаря своему высокому уровню, эти превосходили даже некоторую нашу легендарную экипировку.
Финальная треть пути в девятом кольце проходила через ареал обитания суурслаков — слизней, фонтанирующих кислотой. Мерзкие студенистые комки с отростками-щупальцами, испускающими удушливый смрад, владели полным сопротивлением к физическому и стихийному урону, так что пришлось бить их возмездием.
Вся группа получила по уровню, а я за счет большего нанесенного урона и Проглота — два, взяв таким образом 1003-й.
Конечный отсек девятого кольца перекрывала стена. Я решил было, что это тупик, но когда в недоумении обернулся к Краулеру за объяснениями, маг улыбнулся:
— Долбани по стене чем-нибудь.
Я врезал Косами Жнеца и чуть не упал — оружие свободно прошло через стену, которая замерцала и растворилась в воздухе. Оказалось, что она была иллюзией, за ней начинались владения босса уровня — Кислотного арахнида. Босс был безымянным — или он неразумен, или так задумано, что странно, ведь даже у матки болотных иглоколов было имя — Чаф.