Единство-2 (СИ)

— Как же ты меня достал!
С этими словами он вынимает жреческий кинжал — узкий, очень острый и с бороздкой для крови — и вонзает его мне в глаз. В следующее мгновение мой разум освобождается, и ощущения возвращаются в прежнее русло.
Первые же мысли — спасусь ли в этот раз? Откат на откате, но у меня есть Вторая жизнь. В бою с Эджакекере не удалось проверить ее в деле, потому оставался шанс, что перк не сработает, ведь я погибну от рук верховного жреца Бездны — богини, искажающей игровую механику так, как ей заблагорассудится. Оставалось набраться терпения и дождаться исхода.
Убивая меня, Дестур спешил. Какой бы могущественной ни казалась сущность, которой он был одержим, его тело оставалось человеческим. Злость на меня и на Бездну, обида, скука, желание поскорее закончить — все это заставило его заткнуться.
Молча и упорно, как мясник на скотобойне, он терзал мое тело кинжалом, напитанным ублюдочной, искаженной и нелогичной магией бездны, и в этот раз превзошел себя — справился со мной быстрее. Нафаршировал мою плоть так, что она превратилась в мясное пюре — детское питание для маленьких Разорителей! Бездарные шутки всегда помогали мне вытерпеть издевательства, и этот момент не стал исключением.
Старания Дестура увенчались успехом, и, стоило ему выйти из временной петли, вместе с адской кошмарной болью, сжирающей заживо каждую клеточку, пришло облегчение — я умер, и смерть прекратила мучения.
Я даже не рухнул, обтек грудой кровавого фарша, мир погас, и после череды строчек о проглоченном опыте за полученный урон я увидел перед собой уведомления:
Вы мертвы. 
До перерождения в Чистилище 9… 8… 7… 
Вторая жизнь! Вам удалось ускользнуть от смерти! 
Желаете воскреснуть на месте гибели или в привязанной точке возрождения «Остров Кхаринза»? 
Наверное, не будь у меня пусть и убывающего с каждым использованием, но шанса на повторную активацию перка, я бы смалодушничал и сбежал. Конечно, и в этом случае могла вмешаться Бездна и не дать мне уйти, но, как бы там ни было, я предпочел драться дальше. Иначе все зря, и, если Тисса не найдет свитки Роя или не сможет доставить их на Кхаринзу, мне все равно придется возвращаться в Дарант.
Дестур что-то подозревал, а потому не сводил глаз с моего трупа. Он был наготове, но даже ему с его пространственно-временной магией не тягаться со мной в скорости. К тому же мне мало в очередной раз опустить его шкалу жизни — важно не дать ему включить Божественное вмешательство. Поэтому, воскреснув, я, помимо Ясности, врубил Стремительность урагана, что вкупе ускорило меня в двадцать раз.
Первым делом я метнулся туда-обратно Полетом, чтобы зацепить рукой плевок дымящейся слизи кого-то из Глашатаев и тем самым активировать Правосудие Спящих.
«Правосудие Спящих» активировано: ваши основные характеристики и объем возмездия повышены в шестнадцать раз, как и основные характеристики ваших союзников! 
Союзников? Ага, Тисса все еще в группе со мной, хотя ее метки не видно на мини-карте. Мысль проскользнула по краю сознания, когда я начал методично избивать Дестура. Настала его очередь побыть манекеном, и в этот раз я был уверен, что он не сможет призвать Бездну, потому что из моего восприятия течение времени для него, даже ускоренное, выглядело как стоп-кадр, а я почти не видел последствий своих ударов: Когти Жнеца рвут ткань одеяний, пробивают грудь, раздирают кожу и дробят кости, но стоит вытащить кулачное оружие, и будто не было ничего, потому что кровь не успевает покинуть разорванные сосуды и выплеснуться мне в лицо.
Моя ставка на Стремительность урагана оправдалась: Дестур не успел ничего сделать, его шкала жизни обнулилась в считаные миллисекунды реального времени, и только я победно вскинул руки, как…
 
…мир погрузился во тьму, в абсолютный мрак, и снова осветился. Он был поставлен на паузу, как какая-то симуляция на вселенском компьютере. Очки здоровья Дестура заморозились в тот кратчайший миг, когда единица здоровья превращается в ноль. Видимо, смерть верховного жреца не входила в планы Бездны ни при каких обстоятельствах, и она была готова на любые жертвы. Мои сильнейшие эмоции: разочарование, злость и даже усталость, понимание того, что мне снова придется прожить еще один цикл бесконечных истязаний и адской боли, чтобы получить новую попытку прикончить Дестура, — были все же поглощены любопытством. Что же он ей пообещал?
Я так удивился, что даже не сразу осознал, что спокойно мыслю, хотя в этот раз мир остановлен не способностью жреца, а самой Бездной. Впрочем, его призывы Божественного вмешательства, теперь это очевидно, — всего лишь крик о помощи, а все дальнейшее, включая временную петлю, — работа той, кого я называл Девяткой.
Ее всегда невозмутимое и безмятежное лицо искажено яростью, и ничего подобного я не видел за все время совместного существования с ней в бета-мире. Причем гнев направлен не на меня, а на Дестура. Время потекло, как ему полагается, и все повреждения, что называется, расцвели: раскромсанное стеклом лицо обнажило месиво из крови и мозга, плещущееся на дне костяной чаши, оставшейся от черепа; отсеченные руки отвалились и упали на брусчатку; в груди проявилась гигантская дыра.
Прежде чем изливать негодование на незадачливого жреца, богиня восстановила порядок: руки Дестура вернулись на место и приросли к телу, дыра в груди заросла, кровавое облачко увенчало фигуру и сформировало голову, жреческие одеяния собрались из лоскутков в единое целое.
— Ты мое самое большое разочарование, — певуче сообщила Бездна. — Лишь наши общие планы удерживают меня от того, чтобы не порвать с тобой.
— Не ожидал услышать от тебя такую глупость, — усмехнулся Дестур. — Думал, за десять тысяч лет в Бездне ты стала способна на более здравые размышления. Ты же знаешь, что эта моя оболочка слаба, она юна даже по меркам того мира, в который ты так стремишься вернуться, в этом возрасте смертных даже в армию не берут.
— Скиф еще моложе, — возразила Бездна.
— Скиф, будем объективны, сильнее, — очень по-человечески вздохнул он. — Да, ты дала мне все лучшее из арсенала жрецов сгинувших Новых богов, но этот парень увешан талантами, как хвойное дерево в честь рождения сына чванливого бога того мира. Причем, как видишь, особенно сильные таланты у него чуть ли не дублируются подобными! Я такого даже в Преисподней не видел, а там, поверь, у великих князей и их генералов способности не чета магии Дисгардиума. Демоническая магия…
— Оставь свои лекции на лучшее время, — перебила Бездна.
— Заткнись, сука! — прошипел Дестур, и, к моему изумлению, она так и сделала, поджав губы. — Просто уясни: то, что эта моя оболочка слабее Скифа, не делает истинного меня слабее или хуже, чем я был при нашей первой с тобой встрече. Без меня ты обречена быть запертой этом мире, со мной же откроешь для себя путь в вечное бессмертие и бесчисленное множество миров.
И снова она промолчала. Поморщилась, но не возразила. А мне после этого окончательно стало понятно, что они считают меня таким же поставленным «на паузу», как и весь остальной мир.
Вот только мой разум не «на паузе», а за счет того, что моя голова застыла, повернутой в нужную сторону, я видел, как Дестур насмешливо наблюдает за девушкой, такой красивой, юной и невинной, что я теперь, наверное, до конца жизни буду вздрагивать при виде таких же.
— Раз твоя оболочка слабее Скифа, я сделаю все сама — прикончу и отправлю в Чистилище. Это станет нарушением вселенского баланса такого уровня, что мне долго придется ждать восстановления равновесия.
— Ничего страшного, — фыркнул Дестур. — Убери Скифа, и я поставлю на колени весь Дисгардиум без твоей помощи. Особенно если ты дашь мне обещанное, не ссылаясь на нарушение равновесия мироздания.