История Ольги (СИ)
Глава 4
Ближе к обеду позвонил Артем, начал разговор с осторожного «Как твой дела?»., и пригласил вечером погулять. У меня как раз сегодня только два занятия в спортшколе. Но оставаться наедине с мужчиной после моего вчерашнего «взбрыкивания» не хотелось. Поэтому я позвала Ларису. А Артем — Германа. Наши двойные свидания становились традицией, что мне было на руку. При встрече Артем не подал виду, что даже помнит о вчерашнем вечере. Как ни в чем не бывало, держал меня за руку, целовал. Я уже бывала в квартире Германа, где с ним жил Артем. А вот Лара вела себя как любопытный сурок: все рассматривала, заперлась в спальне Германа, и судя по всему, не собиралась выходить оттуда. Потом туда же зашел Герман, и они пропали.
Артем болтал, увлекая меня разговором, и я вскоре расслабилась, и даже сама перебралась к нему на колени. Вино раскрепощало. Я очень редко пила алкоголь: когда занималась спортом — не позволяла диета, а сейчас ни привычки, ни желания особого не было. Но такие вечера были исключениями, когда просто хотелось отпустить все мысли и расслабиться, не только физически (за годы спорта и йоги физически расслабляться я научилась), а вот морально пока не умела…
— Во сколько тебе завтра вставать?
— Ооочень рано, — протянула я. — Я сейчас приеду домой и сразу лягу спать. Хорошо, что хотя бы не нужно централизовано вести детей на место проведения соревнований. Каждый родитель вызвался сам увести своего ребенка. Тех, у кого в семье нет машины, заберут чьи-то родители. Поэтому я должна доставить только свое тельце.
— Давай я сегодня доставлю твое тельце до дома, а завтра до бассейна?
— В 6 часов утра уже нужно выезжать. Ты встанешь?
— Я то точно встану. А вот ты, если выпьешь еще бокал, вряд ли, — иронично ответил мужчина.
— Эй, я нормальная! — рассмеялась я. — О, вот и Лара.
Через полчаса я поняла, что начинаю засыпать. Артем проводил меня домой, мы как подростки целовались у подъезда, но приглашать я его не стала. Это удачно списывалось на мою усталость и ранний завтрашний подъем. Мужчина пообещал меня увезти на соревнования. Хотя я сильно не верила в его силу воли: он пока не вышел на работу в мединститут, а все встречи были у него после обеда, поэтому спал он долго. Тем не менее, в 5:50 мне на телефон пришло смс «Я у подъезда. Кофе, бутерброды, кроссворды, презервативы — все взял. Шучу. Никаких кроссвордов. Выходи быстрее!». Я в голос рассмеялась, начала быстрее закидывать вещи в сумку.
— Доброе утро, — Артем поцеловал меня в щеку, и открыл пассажирскую дверь. — Как настрой?
— Пока боевой. Но как только увижу детей — сразу начну скулить, — рассеяно ответила я, пытаясь пристегнуть ремень.
Мужчина забрал у меня ремень, пристегнул его, и ласково поцеловал.
— Всё будет так, как будет.
— Эмм… Обычно в таких случаях говорят «Все будет хорошо».
— Не люблю врать. Я не знаю, как именно будет, плохо или хорошо, но все будет точно так, как должно быть, — уверенно ответил он.
— Ммм, позитивненько…
— Хочешь, пойду с тобой?
— Будешь проигравшим психологическую помощь оказывать?
— Могу. Могу тебе, как слишком волнующемуся тренеру помощь оказать.
— Поехали уже, помощник. По результатам соревнований посмотрим, кому она понадобится.
Дорога хоть и заняла два часа, прошла как одно мгновение. Артем рассказывал про планы на создание центра психологической помощи. Он уже практически оформил все документы, оставалось найти здание, и подобрать квалифицированный персонал.
Герман хотел и дальше продолжить работать с пациентами, но, из-за занятости в вузе, мог принимать только в выходные и в позднее вечернее время. Сам Артем, хоть и взял маленькую учебную нагрузку в мединституте, собирался взвалить на себя административную часть работы. Поэтому в данный момент мой мужчина постоянно проводил собеседования, сам искал претендентов, пытался увлечь этой идеей старых знакомых, готовых переехать в новое место. Последних пугала мысль о переезде в Сибирь.
По приезду я сразу пошла в раздевалку, а Артем ушел на трибуны. Первый заплыв начинался через полчаса. В раздевалке я произнесла, стараясь не выдать дрожащий голос, мотивационную речь, поправила всем шапочки, обменялась со всеми детьми нашим ритуальным объятием, и вышла в сектор, отведенный для тренеров. В первом заплыве участвовала Леночка Стегнеева. По результатам она была первой, и выполнила требования для 2 юношеского разряда. Кажется, я была более счастлива, чем сама девочка. Она подбежала сначала ко мне, прижавшись мокрым тельцем, и прошептала запыхавшимся голоском «вы самая лучшая!», а ее мама преподнесла мне букет. Я заулыбалась, подняв глаза, поймала гордый взгляд Артема. Он изобразил аплодисменты, и я в шутку поклонилась. Мой Подкорытов получил 1 юношеский разряд. По итогам соревнований мою маленькую команду признали лучшей в области, и уже в машине, по дороге домой, я получила шикарный букет от Артема. И даже не знаю, какой из двух букетов меня радовал больше: от родителей ученицы или от дорогого мне мужчины. Наверное, все же второй!
— Так сильно устала? — выдернул меня из сна голос Артема.
Я открыла глаза, и поняла, что мы уже у моего подъезда. Я, конечно, привыкла спать в машинах, автобусах, поездах, самолетах из-за бесконечных передвижений по стране и миру во время соревнований. Но чтобы уснуть в машине наедине с мужчиной…. Видимо, я начала ему доверять.
— Ммм… — потянулась я. — А почему ты меня не разбудил?
— А зачем? Ты такая милая, когда спишь. И молчишь к тому же, — пошутил мужчина.
— Я достала тебя своей болтовней? — удивилась я.
— Это шутка. На самом деле наоборот, ты — идеальный пассажир. Ехать рано утром, в потемках, достаточно сложно, а ты не давала мне уснуть. Теперь давай мы поднимемся, и я не буду давать спать тебе, — промурлыкал мужчина, сжимая мое бедро.
— Не-е, — протянула я. — Я слишком сильно устала. Прости, но все эти соревнования слишком сильно меня выматывают.
Мужчина понимающе кивнул, рассматривая мою сонную мордашку.
— Я завтра улетаю на пару дней.
— Точно вернешься? — наигранно серьезно спросила я. — А то улетишь обратно в свою Германию.
— Вернусь, — уверено ответил мужчина.
Что сказать? Эти 2 дня отсутствия Артема дались мне чрезвычайно тяжело…. Я даже не подозревала, что настолько привыкла к его присутствию. Я постоянно крутила в руках телефон, ожидая звонка или сообщения от него.
Артем уехал в Москву, на заключение какого-то договора с министерством здравоохранения. Я полностью ушла в работу: на эти два дня я поставила максимальную нагрузку по персональным тренировкам. С 9 утра до 21 часов вечера я находилась в здании бассейна. Но даже это не спасло меня от чувства тоски и одиночества. Я очень скучала по Артему. Но в то же время очень боялась нашей следующей встречи — мужчина уже неоднократно намекал на то, что хочет «познакомиться поближе».
Вечером 3-го дня я не выдержала, и сама поехала в аэропорт. Приехала раньше, истомилась, гуляя между рядами скамеек. Но когда увидела его, то сразу же забыла про всё. Он не ожидал, что его будут встречать, и поэтому не искал никого взглядом в зале ожидания. Артем был, как и в первый день нашего знакомства, скучающим, равнодушным. Выражение лица абсолютно непроницаемое, понять, о чем думал мужчина, было совершенно невозможно. Какая-то дамочка, стоявшая недалеко от него, пыталась поднять, по всей видимости, тяжеленный чемодан. Она суетливо покрутилась, потом окинула взглядом Артема. Поправила прическу, и дотронулась до рукава пальто мужчины. Он равнодушно скользнул по девушке взглядом (которая, кстати, была очень даже симпатичной), одной рукой поднял чемодан и легко опустил его к ногам девушки. Она что-то залепетала, и потом протянула ему маленький бумажный квадратик. Визитка. Артем улыбнулся ей, и меня как током ударило: плечи дернулись сами по себе, и по рукам прошла дрожь. «Вот сучка крашенная. И Артем не лучше — взял же!» — пронесло в голове. Эта мысль пару раз ударилась о виски, скача в голове, и начала медленно растворятся, когда я увидела, как Артем, проходя мимо урны, выбросил эту самую бумажку. Окончательно эта мысль исчезла, когда он, встретившись со мной взглядом, моментально поменялся в лице: спокойное умиротворение сменилось на яркую вспышку радости. Я засеменила к мужчине, обходя людей и их багажи, и повисла на шее у Артема, и хаотично расцеловала его красивое лицо: щеки, подбородок, нос, скулы. После этого припадка щенячьей нежности он остановил меня и поцеловал полноценно, в губы, с языком, как говорили мы в детстве — «по-взрослому».