История Ольги (СИ)

— И кто он? Почему нам не говорила?
— Сказала бы. Но потом. Говорите тише, пожалуйста.
— Оля, — раздался из спальни сонный голос Артема.
— Ну вот, разбудили. Теперь можете хоть гимн петь, — разочаровано сказала я родителям. — Раздевайтесь, проходите.
Сама вошла в спальню, закрыв за собой дверь.
— Артем, там мои родители приехали… — начала я, — Наверное, придется вас познакомить. Я понимаю, что рано еще, но куда их теперь деть…
— Отлично, — бодро ответил мужчина. — Только уведи их в гостиную. Мне надо в ванну.
Мужчина встал, и я увидела, что трусы топорщатся. Он пожал плечами.
— Не бойся, с тобой это никак не связано. Это естественный утренний процесс. Хотя… — остановился мужчина, осматривая меня.
Я проследила за его взглядом: полы халата разошлись, оголяя ноги, ткань сбилась и обнажила грудь. Я сглотнула, когда мужчина подошел ко мне, развязал пояс халата, и положил руку на талию.
— Что ты делаешь? — шепотом спросила я, округляя глаза.
— Тсс, — прошептал мужчина, прижимаясь губами к ключице. — Об этом знаем только мы.
Это ощущение тайны, которая объединяет нас, которая недоступна другим, сделало прикосновения еще более интимными. Я прижалась губами к мужской макушке.
— Всё, я пошла, — я отодвинулась от мужчины, завязывая халат.
Выглянула в коридор, и услышала голос мамы, доносившийся из гостиной.
— Иди в ванную.
Артем шлепнул меня по ягодице, и под мой смех продефилировал в ванную комнату.
Я быстро переоделась, и вышла к родителям.
— Куда поехали? — как ни в чем ни бывало спросила я.
— По магазинам. Решила новые шторки в кухню купить, — тараторила мама, отец хмуро молчал. — Мы вообще-то за кое-какими документами заехали, они в сейфе лежат.
— Я надеюсь, сейф на месте и все, что в нем, тоже? — спросил папа.
— И куда бы ему деться? — со скепсисом в голосе спросила я.
— Ну-у, мужчины тут какие-то… — изобразил равнодушие отец.
— Этот мужчина состоятельнее нас и всех наших знакомых вместе взятых, — я начинала злиться. — И это первый мужчина, который ночует в этой квартире. Поэтому могу я тебя попросить вести себя нормально?
Отец отвернулся к окну. Мама развела руками, мол «что я могу сделать?». Молчание затягивалось, его прервал Артем, вошедший в комнату с добродушной улыбкой, сразу же подошел к моему отцу.
— Здравствуйте. Мое имя Артем, — и протянул руку папе.
Отец часто говорил, что узнает все о мужчине по его рукопожатию. Я с интересом наблюдала за этой картиной. Папа протянул в ответ руку, и после пожатия черты его лица несколько разгладились. Хм, значит, Артем все делает правильно. Он успел умыться и переодеться: теперь на нем были брюки и плотно обтягивающая мускулистое тело футболка. Я залюбовалась своим мужчиной, а когда отвела глаза, наткнулась на внимательный взгляд мамы. Она поджала губы, и я с детства знала, что значит этот жест: она сдерживает улыбку.
— Сергей Владимирович, — представился отец.
Артем сел около меня, и взял руку моей мамы, поцеловав ее кисть. Мама зардела, и сказала:
— Артем, мне очень приятно познакомиться с вами! Оля ничего не говорила, — она запнулась, и смущенно посмотрела на меня. — Оля, можно так говорить? Что не рассказывала?
Артем рассмеялся, пожимая руку моей мамы.
— Меня зовут Марина Витальевна. Мне правда очень приятно! Но мы ничего не знали… Вы давно вместе?
— Месяц, — быстро выдала я: если сказать, что без году неделя, то папа с ума сойдет.
— Да, около того, — поддержал мою ложь Артем. — Но Оля говорила, что вы серьезно относитесь ко всем ее отношениям, и мы решили не торопиться.
— Ну, месяц — это уже много. Для Оли. — Мама посмотрела на отца. — Ой, что я болтаю. Не слушайте. Просто Оля нас редко с кем-нибудь знакомит.
— Марина, не болтай лишнего, — остановил ее папа. — Мы вообще на пару минут зашли, я сейчас заберу документы, и мы уедем.
Папа вышел из комнаты, Артем улыбнулся мне, сжав мое колено. Мама внимательно следила за нами.
— Приезжайте в гости! Мы загородом живет, у нас баня, лес, воздух свежий. Я давно в городе не была, тут прямо как-то дышится тяжело.
— Спасибо за приглашение, — вежливо ответил мужчина.
— А чем вы занимаетесь, Артем?
— Я психолог. Открываю в вашем городе центр экстренной психологической помощи.
Мама удивленно посмотрела на меня, видимо, думаю о том, специально ли я выбрала человека этой профессии, или вышло случайно.
— О, психолог, — протянула она. — Какая у вас важная работа.
— Важная, — ответил Артем, глядя ей в глаза.
Они оба думали об одном и том же: пытались понять, как это соотносится с моим прошлым. Мама хотела знать, знает ли мужчина об изнасиловании. Артем пытался понять, как моя мама относится к тому, что он знает.
Прервал этот долгий взгляд отец, который вернулся с папкой. В бывшей спальне родителей за картиной, был сейф, откуда он и достал документы.
— Марина, поехали! Артем, я был рад с вами познакомиться!
— Взаимно, Сергей Владимирович.
Я проводила родителей до двери, пока они одевались, мама успела прошептать мне «А он хорошенький!». Папа скупо поцеловал меня в лоб, тогда как мама обнимала так, будто видит в последний раз — после моей неудавшейся попытки суицида она всегда так делала. Как только дверь закрылась, я хмуро посмотрела на себя в зеркало в прихожей. Не знаю, была ли я рада тому, что произошло это вынужденное знакомство.
Артем стучал тарелками на кухне, я зашла в ванную. Включила воду, подставляя лицо теплым струям воды. Я была влюблена. Мне хотелось наконец-то освободиться от своей «бракованности», но выйдет ли…. Насухо вытерлась, пошла в кухню. Мужчина допивал кофе, посматривая на часы.
— Я убегаю. Тебя увезти?
— Нет, я сама доеду.
Мужчина чмокнул меня в щеку, и еще раз спросил подвезти ли меня. Я отказалась — мне привычнее на метро. Первое занятие начиналось в 12, я еще успею помыть посуду. Сегодня нужно было сдавать отчет о поездке на соревнования. Показатели у моей группы были отличными, и я быстро справилась с бумажками. В 12:00 я уже стояла у тумб, поправляя положение ног у готовящихся к прыжку учеников. Подкорытов разбил нос в школе, и на тренировку не пришел.
— Ольга Сергеевна, а Вова дерется!
Ну вот, 10 минут спокойствия закончились. Пора работать.
— Колесников! Вернись на свою дорожку!
«И так каждый день…. И я счастлива!» — подумала я, разглядывая барахтающихся в воде новичков — на прошлой неделе был набор новой группы.
После обеда позвонила Лариса.
— Оля, привет!
— Привет, Лара! — я была искренне рада слышать голос подруги.
— Как ваши дела? — девушка сделала акцент на слове «ваши».
— Наши — хорошо. Ваши как? — ответила я в такт Ларе.
— И наши хороши, — со смехом сказала подруга. — Может, встретимся?
— Вдвоем? Или опять двойное свидание?
— Нет! Точно вдвоем! — со смехом ответила подруга.
— Давай! На нашем месте?
— Да, ты во сколько сможешь?
— Давай через час? У меня сейчас собрание с родителями, я их через полчаса отпущу. Как раз успею доехать.
— Договорились! Жду тебя на месте, целую!
Родительское собрание прошло даже быстрее, чем я планировала: я отчиталась за соревнования, похвалила всех, мы подписали договора на новый учебный семестр, и разошлись. Я приехала раньше Ларисы, успела заказать ее любимый торт, себе — свежевыжатый сок. Подруга заскочила в наше кафе, излюбленное место встречи еще с самого начала нашего общения, отряхивая снег с шубы. С самого утра шел снег, снегопад обещали и на все последующие дни. Лариса чмокнула меня в щеку, и уселась в кресло напротив меня.
— Ну, рассказывай! — радостно провозгласила она.
— Что рассказать? Собрание вот провела. Подкорытов нос сломал, — Лара ошарашено захлопала ресницами. — Нет, не на тренировке! В школе!
— Слава богам! — тут же поправилась. — В смысле плохо, что сломал, хорошо, что не при тебе! Мне интереснее про твою личную жизнь, а не работу.