Кружевница из ковена Будриоли (СИ)

Темный тяжелый взгляд вперился в меня подобно пике. Второй мужчина удивленно приподнял светлые брови.
* Цуйка - традиционный румынский крепкий алкоголь, содержащий ~ 24-86% алкоголя по объему, приготовленный только из слив.
  
Глава 5
 
- Должница? – уточнил черноволосый мужчина, которого экономка назвала господарем. Видимо это и был князь Штефан Рациу. В его голосе не было брезгливости или пренебрежения, лишь констатация факта.
- Да, господарь! – подобострастно закивала женщина. – Вот бумаги! Там все написано! Все, что должна Вайолка Нуцу!
Она подошла ближе и протянула ему писанину о долгах этой странной Вайолки.
Князь внимательно прочел написанное, после чего снова перевел на меня свой грозный взгляд.
- Почему тебе давали в долг, если ты не могла расплатиться?
Действительно, почему? Я не знала, что ответить, а он продолжал буравить меня своими черными очами. Черт, нужно что-то соврать, иначе не отцепится.
- Потому что… э-э-э… все думали, что за меня отдаст деньги мой будущий муж, - ляпнула я и мысленно застонала. Какой лютый бред…
- Почему они так думали? – князь выгнул темную бровь.
Почему, почему… Заладил! По кочану!
- У него были деньги.
- Что же пошло не так? – вставил светловолосый. – Почему твой жених не рассчитался по твоим долгам?
- Он умер, - мне уже было плевать. Я несла все, что приходило в голову. Пришлось даже изобразить печаль, но вряд ли это выглядело правдоподобно.
- Умер? – вторая бровь князя подскочила вверх. – И что же с ним случилось?
- Увидел список ее долгов, - хохотнул его спутник. – Наверное, сердце не выдержало.
- Так что с ним случилось? – повторил князь, улыбаясь другу.
- С ним случилась старость, - тяжело вздохнула я. – Мой жених был очень стар.
- Вот значит как… - протянул хозяин замка. – Кажется, я понимаю. Твое смазливое личико привлекло пожилого господина, и он был согласен жениться. Но не дожил до этого дня. Правильно?
- Да… - кивнула я. – Именно так и было. Умер за обедом. Упал в тарелку с супом и испустил дух.
Мужчины снова с улыбками переглянулись.
- Сколько тебе лет? – продолжил свой допрос Штефан Рациу.
И вот тут я испуганно замерла. Кто знает, сколько этой Вайолке лет? Что если в документах написано, что ей сорок или больше? На вид мне было не больше восемнадцати.
- Где ее документы? – спросил князь у госпожи Йетты, заметив мое смятение.
- Что ты стоишь?! – прошипела та, подталкивая меня к нему. – Покажи господарю паспорт!
Что мне было делать? Я подошла к коню и, подняв руку, протянула карточку мужчине.
Он внимательно изучил документ, после чего задумчиво посмотрел на меня.
- Тебе двадцать лет? Перестарок.
Ага, двадцать… Нормально! Я облегченно выдохнула, беря у него паспорт. Хоть с этим никаких проблем. Перестарок и прекрасно, значит, для замужества уже не котируюсь. Но радовалась я рано.
- Ого! Вот так смазливая мордашка! – вдруг воскликнул светловолосый. Я подняла на него глаза и увидела, что он держит в руке долговые бумаги. – Девчонка пила как сапожник! Курила ядреный табак! Но ты посмотри на ее кожу и зубы…
- Да, Владимир, я заметил, - усмехнулся князь. – Что ж, я подумаю как с ней поступить. А у тебя есть мысли по этому поводу?
- Здесь ты хозяин, Штефан, тебе и решать. Но если бы это случилось в моем доме, то я бы отдал девицу замуж, - светловолосый продолжал рассматривать меня. – Она хороша собой и любой зажиточный горожанин возьмет ее даже без приданого. Присмотри девице умудренного жизнью вдовца, который приструнит ее.
- А что, это хорошая идея, граф. Наверное, я воспользуюсь ею. Нечего этому перестарку шляться по улицам,- согласился с ним князь, а потом обратился к экономке: - Пусть работает как все. И да, пусть помоется, неизвестно, сколько на ней заразы. Возможно, ее одежда кишит вшами.
Я вспыхнула и зло поджала губы. Хотелось сказать пару ласковых этим чванливым господам, но приходилось терпеливо молчать. Было обидно, что меня считают замарашкой, но слова князя о замужестве напугали меня. Замуж я точно не пойду. Пусть и не надеются! Нужно разрабатывать план побега прямо с сегодняшнего дня, иначе можно попасть в еще более неприятную ситуацию.
  
- Как быть с котом, господарь? – спросила госпожа Йетта, поглядывая на Ореля, который прижался ко мне.
- Пусть остается у нее, - ответил князь, натягивая поводья. – Но смотри, Вайолка, чтобы он не путался у меня под ногами.
Меня затопила волна облегчения. Орель остается со мной! Котенок словно почувствовал мое состояние и тихо замурлыкал.
Мужчины поехали дальше, а экономка недовольно произнесла:
- Слышала, что сказал господарь? Не приведи Господь, чтобы твой кот шастал под ногами князя! Тебе повезло, что он любит животных! Пойдем! Морока с тобой, да и только!
Я подхватила мешок и пошла следом за ворчащей женщиной. Мой взгляд скользил по внутреннему двору замка, стараясь запомнить, что и где находится. Напрягало количество охраны, расхаживающей у ворот, в бойницах и на самих стенах. Сбежать будет не так просто.
Мы вошли внутрь замка в коридор для слуг, в котором стоял полумрак из-за отсутствия окон. Где-то совсем рядом находилась кухня. Это я поняла сразу, вдохнув тяжелый воздух наполненный запахами готовящейся еды. Они смешивались, превращаясь в одно амбре, от которого резало глаза. Мимо нас пробегали слуги, бросая любопытные взгляды в мою сторону. Я бы даже сказала не очень дружелюбные взгляды.
Госпожа Йетти привела меня к маленькой двери, расположившейся сразу за кухней и, открыв ее, сказала:
- Здесь ты будешь жить. В общую женскую спальню тебя пускать не хотят.
Похоже, когда-то эта комната была коморкой. Маленькая, мрачная, с узким окошком, в которое с трудом попадали солнечные лучи. Из мебели в ней стояла старая кровать с соломенным матрасом, а еще стол и стул. Каменные полы, каменные стены, беленый потолок с пролегающими по нему балками. Тоска зеленая…
Но для меня лучше было так, чем в общей спальне с остальными служанками. Все-таки я не переставала надеяться, что это ненадолго.
- Жди меня здесь, - приказала экономка. – Я сейчас принесу тебе чистое белье и отведу в помывочную.
Она ушла, а я отпустила котенка и присела на кровать. В душе зашевелился страх, но мне нельзя было раскисать. Жалеть себя стану потом, когда окажусь подальше отсюда и в безопасности.
Вернулась госпожа Йетти, держа в руках стопку чистого белья.
- Здесь постельное белье и чистая сорочка. Бери ее и идем.
Помывочная находилась здесь же. Коридор поворачивал вправо, образовывая тупичок. В конце него была комната для мытья и прачечная.
Экономка показала мне на брусок почти черного мыла, бочку с водой и хмыкнула:
- Вода холодная. Дрова на тебя никто расходовать не будет. Горячей помоешься в пятницу, когда у остальных слуг банный день. И не возись тут.
Оставшись одна, я разделась и, дрожа от холода, вымыла сначала голову, а потом и остальное тело. Закрутив на голове что-то наподобие восточного тюрбана, я подошла к зеркалу, чтобы рассмотреть себя в полный рост. Хорошая фигура, длинные ноги, упругая грудь… О такой внешности в прошлой жизни приходилось только мечтать. Я повернулась задом, отмечая, что эта часть тела тоже выглядит расчудесно и вдруг увидела рисунок между лопатками. Татуировка?! Я берегла свое тело, и даже находясь на зоне, никогда не задумывалась о том, чтобы сделать себе наколку. Пришлось выгнуть шею невероятным образом, чтобы рассмотреть сие сомнительное «украшение». Но нет, это было не просто украшение, а какие-то непонятные символы в круге. Внутреннее чутье сразу же подсказало мне, что тату лучше скрывать от чужих глаз. Неизвестно, что оно значит, а в свете того, что я до недавнего времени имела принадлежность к колдовскому ковену, опасность становилось очевидной.