Храм жизни (СИ)

Только вот такими делами на Фламинике занимались исключительно биомехи.
Я помахал рукой, глядя в камеру, а потом перевел взгляд на жреца.
— Тебе б в театре играть, цены б не было. — Медленно произнес я.
— Неверный, тебе не избежать мести! Дерись в Колизее, или покрой себя позором!
— Да отстань ты уже, актер погорелого театра. Из тебя такой же жрец, как и балерина, яйца мешают. Эй, наверху! Охрана! Почему посторонние на территории?
  
Биомехи с гребня забора скалились острыми, кривыми клыками, но вмешиваться не спешили. Наверное, этот тип имел право тут находиться.
От караулки к нам спешил охранник, дядька с электрическим шокером.
— Уважаемые, все разборки за территорией! — Набросился на нас он.
— Ты что-то попутал, уважаемый! На меня вот тут почти напали, неизвестный намеревается причинить мне вред. Это охраняемая стоянка, или так себе? За что вам деньги платят?
— Что? — Опешил охранник.
«Ха, мудро!» Прокомментировал Миро.
— Если вы охрана, то вот, разбирайтесь! — Я кивнул на фальшивого жреца. — Или буду жаловаться!
Охраннику нарываться на жалобы клиентов не хотелось, но ещё меньше хотелось связываться со жрецами мстительной высшей сущности.
Он поглядел на шокер в своей руке, повесил на пояс.
— Уважаемый жрец Богини, вам следует покинуть территорию стоянки, иначе я вызову полицию.
— Неверный! — Жрец сделал пару шагов ближе, пытаясь встать лицом к лицу. — Честь Богини…
— Интересно, как Богиня отнесется к кому-то, кто напялил одежду её слуг? — Задумчиво спросил я. — Пойдёт ли это как искупительная жертва? Погодите, уважаемый! — Это охраннику. — Все в порядке, мы сами разберемся. Эй, иди сюда… — А вот это уже лже-жрецу.
Актер быстро сообразил, что запахло жареным, но отыгрывал свою роль до конца. Ещё чуть ссутулился, открыл было рот…
Я схватил его за плечо правой рукой, и ударил энергией, приводя в расстройство нервную систему. А потом подхватил обмякшее тело.
— Человеку плохо. — Объяснил я охраннику. — Перегрелся, наверное, вот какой плащ теплый! Отведу в машину, у нас есть лазарет. Приведем в себя…
— Стой! Стой! Что ты делаешь, неверный… — Начал приходить в себя фальшивый жрец.
— Ещё раз дернешься, ударю сильнее. — Пообещал я, втаскивая его по трапу вверх.
— Да стой же ты! Стой! — Жрец вырываться не пытался. — Я не жрец!
— Вот это совсем хорошо! — Я толкнул его в коридор, захлопнул дверь. Экран покоя не включился, нижний люк открыт, Кира с Яромиром работают под днищем машины. — Вот прямо совсем хорошо, и ты попал вовремя. Отвезу тебя на Аттику, и принесу в жертву на алтаре Богини. То-то она обрадуется! Может, и меня простит…
— Ваша Светлость, Мирослав Трегарт! — Жрец вдруг вывернулся, чуть отошёл назад, сдернул шляпу и маску. Короткая черная бородка со следами грима, узкие губы, чуть широкие скулы. На голове чуть вьющиеся волосы, удерживаемые сеткой.
Нет, какой это жрец?
— Прошу простить за этот глупый розыгрыш!
Физиономия фальшивого жреца выражала раскаяние, когда он протянул мне карточку.
«Этик Менелий Август. Журналист. Издательство Прима Файс».
Сверил изображение на фото с лицом.
— У вас не очень хорошие шутки, Этик Менелий Август. — Покачал я головой. — А что, если бы я и в самом деле отвез вас в Аттику?
— Этого бы не получилось, Ваша Светлость! — Легко, с чувством силы, заулыбался Этик. — Все было под контролем… Простите, мне очень нужно было взять у вас интервью! Это небольшая хитрость, прошу не держать зла! Скажите, как долго вы собираетесь пробыть на Фламинике?
«А ещё что тебе сказать?»
— У нас разрешение на пребывание. Этик Менелий, я вполне мог вызвать вас на дуэль в Колизее… Что тогда?
— Да ничего опасного! Вы же не стали бы меня убивать?
— Почему это? — Удивился я. — Насколько я слышал, в боях на арене нет правил.
— Ну, придумали бы…
— Мирослав, к нам снова гости. — Сказала Снежана по внутренней связи.
— Кто там?
— Три машины. Остановились у трапа.
— Ну вот. Этик Менелий Август, не скажу, что рад знакомству, но вам нужно покинуть наш транспорт. Заходите через пару дней, с удовольствием пообщаемся. — Я распахнул двери, легко подтолкнул журналиста к выходу.
Тот не сопротивлялся.
Снаружи стояли три машины. Две похожи на уменьшенные копии среднего разведчика, без орудийных башен, и один роскошный лимузин, похожий на наши «Ролсы». Длинный, сверкающий лаком капот, зеркальные стекла, широкие двери. Конструкции мало чем отличались от царских машин, разве что в сторону роскоши. «Ролсу» до этого произведения автомобильного искусства далековато.
По стенам прошла волна энергии.
Обезьяны, рассевшиеся на гребне стены, застыли, и посыпались вниз как яблоки. Свет в караулке погас, ворота гаража, открытые днем и ночью, захлопнулись.
На стоянке воцарилась тишина.
Слуга, вырвавшись с пассажирского места, открыл дверь лимузина, склонился в поклоне.
Наружу выбрался человек.
Полноватый, в черных брюках и сером клетчатом пиджаке, под которым проглядывала светлая рубашка. Галстука нет, ворот рубашки раскрыт, обнажая заросшую черным волосом грудь. Круглолицый, с крепким носом и сухими губами, тщательно выбритый, с простой, аккуратной прической.
Вслед за ним выбрались пара охранников, среднего роста и среднего телосложения.
И вот тут я напрягся. Если аура полноватого закрыта защитным амулетом, и это видно и понятно, то от парочки средних охранников несло биомехами. Не люди это, совсем не люди, это скорее Защитники, те, которые были в городе эльфийского линкора.
«Верно, это два человекообразных биомеха. Сделаны похожими на людей, чтобы население не пугать».
— В машину. — Бросил поникшему Этику полноватый мужчина. И расплылся в менеджерской улыбке, вскипев деловой энергией. Не той, которая Искусство, а намерением творить сделки и получать прибыль.
— Ваша Светлость, Мирослав Трегарт! Рад познакомиться лично!
— Кто вы? — Я спустился вниз, отсекая полноватого от нашего транспорта. Там ещё работают Кира и Яромир, кто знает, на что способна эта компания?
— Моё имя Квинт Менелий Август. Может, пройдем в более удобное место для разговора?
«Пригласи его на борт!» Вдруг сказал Миро. «Посмотрим, как себя поведет».
— Добро пожаловать! — Посторонился от трапа я. — Прошу, не в обиду, мы не ждали гостей так поздно.
— Ничего-ничего!
Из машины выбрался молодой юноша, немного нескладный, с планшетом под мышкой, и встал рядом с Квинтом Менелием.
— Мой секретарь, Тиберий. — Представил юношу Квинт.
— Несчастный! — Раздался гулкий бас от ворот.
К нам шагали сразу два жреца. На этот-то раз настоящие, видно по походке и осанке! Ну как я мог перепутать-то маскарад местного журналиста и слуг Богини?
Биомехи-охранники спали, сторож делал вид, что его тут нет. Жрецы, дежурившие около стоянки, решили зайти и спеть свою песню.
И как теперь от них избавиться-то?
— Принеси искупительную жертву!
«Разрубить на куски и спустить в канализацию!»
Квинт Менелий Август обернулся, сделал едва уловимый знак, щёлкнул пальцами.
Дверцы машин распахнулись, и наружу выбрались с десяток мускулистых парней, вооруженных дубинками. Молодчики огляделись, нацепили на лица угрюмый вид, и отправились навстречу жрецам.
— Надейся на великодушие великой Богини! Невиновные… Эп…
Пара парней зашли сзади, дубинки с размаху опустились на головы. Упавшие жрецы скрылись среди мелькающих ног, мотались плащи под ударами ботинок, отлетела и укатилась в сторону широкополая шляпа.
— Прошу. — Я посторонился, пропуская крестного отца местной мафии и его секретаря. Ну мир на Италию же похож, куда тут без мафии-то?
Квинт Август энергично взлетел по трапу вверх, его охрана осталась внизу. Встряхнул мне руку твердым рукопожатием, и направился вдаль по коридору, туда, где у нас находилась кают-компания.
«Гляди, какие задорные ребята!» С восторгом сказал Миро.