"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Бывай Ники, и ты, мама. Не поминайте лихом, если что!
– К черту, Мишкин, – ответил Николай и обнял брата, а Мария Федоровна украдкой приложила к глазам кружевной платок.
Великий князь Михаил схватил меня за рукав, и мы поспешили к штабному вагону. Эшелон медленно набирал ход.
«Пусть будет все, как Богу угодно», – подумал я, запрыгивая на подножку. Как в Святом Писании говорится: «Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя…»
Часть 4
Рижский экспресс
30 (17) октября 1917 года, 12:00 Петроград, Таврический дворец
Капитан Александр Васильевич Тамбовцев
Уф… Кажется, выдалась свободная минута и можно немного отдохнуть от дел. Пока наши военные и дипломаты занимаются вопросом перемирия с Германией, по ходу дела сокрушая аглицких джеймсов бондов, мы, тыловые крысы, шуршим потихонечку бумагами, не высовываясь и не паля из револьверов с двух рук.
Вчера, к примеру, ко мне вломилась сама Надежда Константиновна и устроила скандал. Дело в том, что товарищ Ленин сейчас весь в работе. А именно – занимается созданием новой законодательной базы. Видели бы вы, какую речь произнес Владимир Ильич на очередном заседании ЦИК! Когда некоторые «несознательные товагищи» попытались сказать ему, что, дескать, законы – это дело завтрашнего дня, а главное – текущий момент, он вышел из себя и картавя сильнее, чем обычно, обрушился на них:
– Как вы не поймете, что это агхиважно! Нельзя упгавлять госудагством с помощью декгетов! Какая безответственность и благоглупость! Нам нужны новые законы – и чем быстгее, тем лучше! Иначе мы пгопадем – анагхия захлестнет нас! Вгемя не ждет!
Действительно, чтобы нормально работали заводы и фабрики, нужно создать КЗоТ, в котором регулировались бы взаимоотношения между рабочими и работодателями. Мы ведь не спешим проводить повальную национализацию. Если владелец завода будет соблюдать трудовое законодательство и платить налоги, пусть и дальше продолжает быть владельцем. Если же попадется на нарушении законов – загремит под суд, а его собственность будет конфискована. А чтобы лучше за ним присматривать, кроме соответствующих контрольных органов на каждом предприятии создан рабочий комитет, который получил право наблюдать за всем происходящим, и в случае обнаружения чего-либо, нарушающего закон, принимать соответствующие меры.
Владимир Ильич создал рабочую группу, занимающуюся законотворчеством, и с головой ушел в работу. Да так глубоко, что, по словам Надежды Константиновны, стал страдать бессонницей, и у него стала неметь правая половина тела. Я не стал спорить с супругой Ильича и посоветовал ей обратиться к нашим медикам на «Енисей», попросить консультацию и лекарств.
Только я отдышался, как ко мне пришел генерал Потапов, который сейчас занимался реорганизацией военной разведки. Николай Михайлович потихоньку вызывал в Петроград военных агентов из европейских столиц и здесь, с использованием наших архивов, уже решал – стоит ли оставлять данного человека на своем месте или лучше предложить ему более подходящую для него должность.
Завтра, кстати, должен прибыть из Парижа генерал Игнатьев Алексей Алексеевич. Да-да, тот самый Красный граф, написавший в нашем времени прекрасную книгу «Пятьдесят лет в строю». Надо обсудить с ним возможность изъять из французских банков денежные средства, положенные на его имя еще при царе-батюшке. А их там немало – 225 миллионов золотых франков.
А вот генерала Виктора Александровича Яхонтова, нашего военного агента в Японии, который в это время находился в Петрограде, мы решили отправить обратно в Токио. Скорее всего, его помощь понадобится нам в самое ближайшее время. Не буду пока ничего говорить об этом, но дело предстоит интересное.
Но не всем так везет. Военный агент в Италии полковник Оскар Карлович Энкель, вызванный в Петроград из Рима, до Северной столицы так и не доехал. Сгинул где-то по дороге. Гм… Будем считать, что он стал жертвой итальянского уголовного элемента – мафии или Каморры… Я уже не помню точно, кто в тех краях шкодит.
Но зато не будет в Финляндии «Линии Энкеля», которую очень часто в нашей истории неправильно называли «Линией Маннергейма». Да и одним русофобом тоже стало меньше.
Кстати, генерал Потапов принес датскую газету, в которой была напечатана небольшая заметка о том, что содержавшийся под стражей в крепости Магдебурга известный польский террорист Юзеф Пилсудский попытался бежать, но был убит конвоирами. Вот так вот. Наши германские партнеры по переговорам дело свое знают туго. Не будет теперь «чуда на Висле», как и реинкарнации Речи Посполитой. Под германским сапогом гордые ляхи не очень-то побунтуют.
Попрощался с Потаповым, а на пороге новая делегация. Причем у всех такие имена… Впрочем, обо всем по порядку.
Два дня назад наши патрули притащили из Таврического сада подозрительную личность, которая снимала допотопным фотоаппаратом приземление на нашем импровизированном аэродроме очередного вертолета. После итогам процесса выяснения, этой подозрительной личностью оказался не кто иной, как Игорь Иванович Сикорский! Вот те на! Конструктор, можно сказать, отец вертолетостроения аки тать в нощи снимает наш вертолет, не ведая о том, что именно он и разработал саму концепцию винтокрылого аппарата. Пришлось извиниться перед Игорем Ивановичем, попросить наших бдительных товарищей отвести его к вертолету и дать возможность все пощупать и посмотреть.
Побеседовав с пилотами и узнав тактико-технические характеристики нашего скромного трудяги Ка-27 ПСД, Сикорский пришел в восторг и невероятное возбуждение. А когда его снова привели ко мне, и я ему продемонстрировал на ноутбуке полеты наших «сушек». Нервы у Сикорского не выдержали, и пришлось отпаивать его валерьянкой.
Я пообещал Игорю Ивановичу, что ближайшим же рейсом отправлю его на «Адмирала Кузнецова», чтобы он своими глазами увидел «новейшие самолеты русского флота». Кстати, о том, что мы пришельцы из будущего, я ему до поры до времени рассказывать не стал. Заодно я попросил захватить с собой работающего у него на РБВЗ (Русско-Балтийском вагонном заводе) инженера Николая Николаевича Поликарпова. Да-да, того самого, которого при советской власти будут называть «королем истребителей». Пусть и он посмотрит на наши самолеты – ведь вклад Николая Николаевича в развитие советской авиации огромен, хотя многие и старались это замалчивать.
Кроме Сикорского и Поликарпова на «Кузю» должны были лететь и корабелы. Во-первых, генерал-лейтенант по флоту Алексей Николаевич Крылов. Академик сам нашел нас и, тряся своей роскошной бородой, потребовал, чтобы ему немедленно показали те чудо-корабли, которые разгромили германскую эскадру под Моонзундом.
– Только одним глазом на них взглянуть, – уговаривал он меня. – Особенно эту огромную авиаматку, которая несет на себе тяжелые аэропланы, о которой поведал мне контр-адмирал Пилкин. Ничего подобного я и представить себе не мог!
Я посоветовался по рации с адмиралом Ларионовым и получил от него добро на визит Алексея Николаевича. Была у наших моряков мысль – начать перестройку уже спущенных на воду, но еще не достроенных корпусов новейших линейных кораблей типа «Измаил». Они вспомнили, что в 1925 году был утвержден проект перестройки этих четырех огромных кораблей в авианосцы. Но через год, уже после начала работ, по указанию тогдашнего заместителя наркомвоенмора Иосифа Уншлихта все работы были приостановлены, а корпуса продали на металлолом в Германию. В этой истории можно построить четыре авианосца, которые по своим ТТХ будут лучшими в мире. Ведь ресурсы «Адмирала Кузнецова» рано или поздно закончатся.
Второй кораблестроитель – конструктор русских подводных лодок генерал-майор корпуса корабельных инженеров Иван Григорьевич Бубнов. В нашей истории он умер в 1919 году в Петрограде от тифа. В этой, как мне кажется, возглавит КБ, которое будет проектировать лучшие в мире подводные лодки. Что-то вроде нашего «Рубина». Мы пригласили в Таврический дворец Ивана Григорьевича. Когда он увидел фото ДЭПЛ «Алроса» и узнал, что может эта подводная лодка, то его чуть не хватил удар. Теперь он рвется на эскадру, чтобы своими глазами увидеть подводную лодку своей мечты. Про АПЛ «Северодвинск» я пока распространяться не стал. Этой подлодке еще предстоит выполнить несколько миссий высшей степени секретности.