"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Вздыхаю и отчаянно борюсь с недоверием. Слово то он дал… Хотя, чем мне может повредить история проклятий? Учитывая, что он и без того, знает многовато моих тайн.
В общем, чистосердечно сознаюсь, что подцепил еще одно, на гостеприимном севере. Пришедший в обычное равнодушное состояние Трианов, едва заслышав про хульдру, оживляется.
— Так это остаточное действие! — заявляет мне он с горящими глазами.
  
— Чего?
Вот пугают меня люди, шибанутые на научно-магической почве. В этом неуемном любопытстве они с жрецом очень похожи. И надо же, совпадение, именно от этих двух мне и прилетали нежданчики в последнее время.
— Снятие проклятия избавляет лишь от прямого воздействия. Но след остается всегда. И в случае, когда несколько проклятий взаимодействуют, последствия могут быть совершенно непредсказуемые!
Приходится сильно охладить его детскую радость своим возмущением:
— То есть, проклиная меня, ты знал об этом?!
До Макса сказанное им же самим доходит медленно. Парень бледнеет и часто хлопает ресницами, то ли пугаясь, то ли обижаясь.
— Нет, — наконец определяется он с чувствами и расстраивается. — Тогда я об этом не знал. Твой случай настолько редкий, что сами старшие не знали. Говорю же, в древней книге нашел…
Судя по всему, он готов расплакаться. И что мне теперь, его успокаивать? Проклятие получил я, непредсказуемые последствия тоже, а в печали теперь он.
— Ты это, Макс, соберись. Снять то это теперь как?
— А зачем? — непонимающе хмурится проклинатель. — Сам же сказал, что сработало наоборот. Разве ж это плохо?
— Давай-ка напомню, — терпеливо объясняю я, игнорируя легкую зависть в последнем вопросе. — Ты изначально мне хотел помочь со снятием другого проклятия. Оно, так то, меня может с ума свести.
— А ты уверен?
И тут я подвисаю. Если допустить, что одно на другое как-то воздействует, то может и в случае сейдконы оно сработало не так? Ведь именно проклятие сейдконы не дает сработать магии закрепления клятв. Пусть даже лично я списываю побочные эффекты на символы ифритов.
Но тогда творилось такое светопреставление, что вспомнить отдельные моменты я не могу. Да и не особо хочу вспоминать, что пришлось сделать.
— А думаешь стоит проверять? — подытоживаю я это бессмысленное обсуждение.
Этим экспериментаторам лишь бы очередную теорию или идею проверить. А мне потом бегать безумным, пусть и удовлетворенным. Представляю это зрелище и содрогаюсь. Демон тогда будет не самым страшным, что водится на острове.
— Можно проверить другое, — с энтузиазмом предлагает Макс. — Я могу наложить еще одно проклятие…
— Иди нахрен, Трианов, — от души выражаю я свое мнение по этому поводу.
— Но это бы точно подтвердило мою догадку, — проклинатель канючит, словно маленький ребенок выпрашивает конфету.
— Без догадок, теорий и идей. Я тебе ноги оторву, если ты вздумаешь меня еще чем-нибудь проклинать.
Трианов заметно пугается, но выдает согласный кивок. Вот теперь Машенька точно на меня накинется за наезд на брата. Но с этого станется попробовать.
Я зябко ежусь, с тоской поглядывая на затянутое серыми облаками небо. Дождь прекратился, но влажность в воздухе стоит такая, что можно вздохнуть и утолить жажду одновременно. Вот бы меня прокляли на разгон облаков…
— Давай подведем итог, — перевожу я взгляд на скуксившегося проклинателя. — Твое проклятие сработало не так, как ты хотел, из-за того, что на мне уже были и есть другие проклятия. Возможно, и другое работает не так, по этой же причине. Поблагодарим за это любвеобильную горную жительницу. Ну а как снять свое же проклятие, ты выяснил?
— Да, — Макс смотрит на меня с опаской. — Нужно провести ритуал в храме Шесемтет, только наша верховная сможет снять его. Но…
— Но это не точно? — подсказываю я, усмехаясь.
— Нет. В смысле да, но не в этом суть. Необходим совместный ритуал с участием нескольких верховных жриц. Требуется целительная сила верховной Хека и верховная Маат в качестве наблюдателя и подтверждения справедливости.
— Ну, это не проблема, — отмахиваюсь, обрадовавшись.
Пышногрудая Зоряна и моя строгая бабуля точно не откажут в помощи.
— Но это не все. Для таких ритуалов необходимо разрешение императора. Глава рода должен обратиться с прошением.
А вот это проблема. Или нет. Раз уж Трианова ко мне послал сам император, то почему бы не помочь и с разрешением на проведение ритуала. Если только это не было изначальным планом. Хтонь, я постоянно подозреваю главу империи в заговоре против меня.
Впрочем, это выяснить несложно. Передам деду информацию и проверим. И только я хочу сообщить пригорюнившемуся Максу хорошую новость, как до меня доходит один нюанс. Жрица Маат может ощущать силу хаоса во мне, как и жрица Хека.
Одно дело помогать наследнику великого рода, другое — одержимому. А чтобы выяснить, возможно ли такое, и дед, и император должны узнать о том, что во мне хаоса, мягко говоря, дохрена.
Макс видит, что я помрачнел, и расстраивается еще больше.
— Извини, Игорь, это я виноват. Если бы я знал, что так получится…
— Так, завязывай, — останавливаю я его. — Знал, не знал. Все равно бы попробовали. Уже неважно. Ты выяснил, из-за чего и что можно сделать. За это тебе спасибо. Дальше я сам буду разбираться.
Парень вроде и соглашается, но продолжает грустить и я по доброте душевной зову его на праздник. Макс отнекивается, отговариваясь тем, что никто его видеть не хочет. Приходится делать официальное приглашение, но он хоть улыбается.
На том мы и расходимся. Взглянув с надеждой на пасмурное небо, я отправляюсь к себе. Еще есть возможность поспать перед ужином и началом праздника.
Как мне отправить сообщение о необходимости группового сеанса верховных, я не знаю. Вся эта конспирация меня напрягает. Нужно придумать способ оперативной связи без придумывания завуалированных сообщений. И, пожалуй, предстоящий праздник может дать такую возможность.
Снится мне снова какая-то дичь. Но вместо кошмаров про неудачи в любви, ко мне приходят тени в тенях. По-другому это и не назвать. Я почему-то вижу красноглазую фигуру, которая появилась во время финала противостояния со страшим Панаевским. Тогда мне показалось, что это его и убило.
Является и загадочная персона в капюшоне, что разговаривала со мной на севере. И дряхлый дедок из развалин в пустыне, давший силу Нергала, тоже ворчит в темноте. Тревожный, но непонятный сон.
Просыпаюсь я ровно перед ужином и с чувством неясной угрозы. Заспанный, помятый и с отпечатком подушки на щеке, я стучусь в дверь к тому, кто может прояснить такие загадки разума.
Володя открывает быстро, словно ждал моего визита.
— А я все думал, когда же ты ко мне придешь, — прорицатель жестом приглашает войти.
К Истровскому у меня много вопросов, но прямо сейчас только один. Тру слипающиеся глаза и подхожу вплотную. Пока в голове гуляют отголоски сна, пусть он их считает. Ну или как там это происходит.
— Возьмись-ка за мою башку и скажи, что ты видишь.
К моему удивлению, парень не задает лишних вопросов и не возражает. Просто исполняет мою просьбу, положив прохладные ладони на мои виски и прикрыв глаза. Молчит он долго. Морщится, как от боли, но руки не убирает.
— Несусветица какая-то, — в итоге сообщает Володя. — Словно ты не человек вовсе.
— Чего? — я тут же просыпаюсь.
Но прорицатель внешне спокоен, только задумчиво хмурится.
— Ничего. В смысле ничего нет, как между мирами или в другом мире… И ты там не человек, хотя ты тут и человек, — окончательно запутывает меня он.
— И что, никаких императорских дочерей? — я пытаюсь перевести все в шутку, чтобы избавиться от жуткого ощущения.
Прорицатель осуждающе мотает головой.
— Что тебе снилось? Вообще-то трактовка сновидений в умения прорицателей не входит. Да и в большинстве случаев сны это просто сны. Сильные прорицатели способны и во сне видеть многое. Но не помню, чтобы ты мне был хоть сколько дальним родственником.