Герой Империи 2 (СИ)
Профессор принялся изучать через своё устройство недовольно пофыркивающего Хрума. Ёж любил, когда ему уделяют внимание, но столь пристальное наблюдение для него было очень дискомфортным.
— Да, он определённо не странник, — пробормотал Николай Захарович. — Но это и удивительно. Реакция же такая же!
Профессор продолжал рассматривать моего питомца, который в ответ оценивающе наблюдал за профессором. Как говорится, когда ты всматриваешься в Хрума, Хрум начинает всматриваться в тебя.
— Это ведь всё классификация, поймите, — произнёс профессор, снимая окуляр. — И я всё-таки больше склоняюсь к тому, что ваш… кхм… ёж, можно сказать, дальний родственник пузырькового ловца.
Николай Захарович достал с полки большой талмуд, открыл его на определённой странице.
— Вот, и скажите мне, что он не похож? — улыбнулся профессор.
С картинки на меня смотрел небольшой зверёк с длинной мордочкой. По спине его были рассыпаны ядовитые шипы. Змеиный взгляд и раздвоенный язык. Ловцы магических существ, так было написано в определении. Причём ловили эти существа, в основном, насекомых, мелких грызунов, птиц. А также они активно плевались ядом.И выстреливали изредка плотные пузырьки, вроде ценных жемчужин.
— Если честно, Хрум не очень похож на это существо, — подытожил я. — Вот только жемчужины выплёвывает, это верно. Но ни яда, ни шипов, ни этих змеиный глаз.
— Это единственное сходство, которое я нашёл, — печально улыбнулся профессор. — К тому же ваш питомец не ядовит, это верно. И это ещё одна загадка, которую я не могу разгадать. И меня смущает третий глаз на лобной доле, который всё ещё не открылся. Я не понимаю, что это.
В общем, мы сошлись на том, что это далёкий предок ловца. Но Николай Захарович был очень загружен странностями Хрума.
— Это ещё не всё, — продолжил я, когда Хрум перебрался со стола на пол и начал изучать небольшой магический тренажёр в виде человека.
— Не всё? — растерянно взглянул на меня профессор. — У вас ещё есть питомец?
— Нет, я хотел спросить насчёт вот этого артефакта, — я положил на стол белый мешочек и достал из него клык.
Вот же блин! Я и сам удивился. Артефакт был абсолютно целым. На молочно-белой эмали виднелись лишь два боковых скола, и то, уверен, они скоро исчезнут. Этот загадочный артефакт почти восстановился.
— Интересно… — забормотал Николай Захарович, затем протёр глаза, и вновь нацепил окуляр, всматриваясь в таинственный предмет. — Клык древнего магического существа. Такие находки называют в наших кругах накопителями.
— То есть аккумуляторы энергии? — задал я больше риторический вопрос.
— Верно. Он подпитывается энергией мага, а в определённый момент делится накопленной маной, — улыбнулся профессор. — Такие предметы недолго служат.
Я вспомнил, как клык нагревался, и теперь мне всё стало ясно. Во время закрытия портала в «Семёрочке», да и во время дуэли клык поделился со мной энергией. А другими словами выручил меня. Всё как и говорил Вяземский, который подарил этот предмет.
— Всё-таки ресурс этот клык не истратил, — дополнил свои слова профессор. — Ещё один раз он с вами поделится энергией, это точно.
— И как мне понять, что он уже не работает? — поинтересовался я.
— Он распадётся, рассыплется, — объяснил Николай Захарович. — В основном это происходит из-за истощения. Базовая энергия, которая столько лет позволяла находиться артефакту в целости и сохранности, попросту исчезнет.
Мы ещё немного пообщались с профессором насчёт диеты Хрума. Николай Захарович объяснил, что строгих правил нет. Такие питомцы сами знают, что для них в определённый момент полезно. Поэтому и строгих рамок здесь нет. Тем более Хрум не причисляется ни к одному из ныне известных призванных магических питомцев. Поэтому профессор и не мог точно ответить на мой вопрос.
Затем Николая Захаровича понесло в историю. Он рассказал о Тёмном Портале, появившемся более века назад, и сколько тварей и магических питомцев перешло из него в этот мир. О том, как, спустя десять лет, закрывали этот портал. И как потом начали появляться подпольные порталы, а также чёрные торговцы питомцами.
Я поневоле вспомнил о Романе, который сейчас сидит за решёткой в темнице сырой. Ведь он взял же откуда-то гуперронов. Видно на одном из таких рынков и приобрёл, начиная разводить их как поросят.
После информативной беседы, я забрал Хрума, который присмотрел себе в качестве временно жилища лабораторный шкафчик и пытался залезть в одну из стеклянных ёмкостей.
Попрощавшись с профессором, который пообещал ещё поискать информацию насчёт Хрума, я вышел из лаборатории и направился в сторону дома.
Солнце зашло за тучи, подул прохладный ветерок. Поэтому я послал куда подальше подземку и решил прогуляться несколько кварталов пешком.
* * *Полицейский участок № 44, в это же время.
В переговорной комнате было душно. Поэтому Потеряев попросил полицейского открыть окно. Створка скрипнула, и внутрь залетел прохладный ветер.
— Десять минут, — напомнил им полицейский, а затем, поигрывая в руке связкой ключей, удалился из помещения.
Потеряев перевёл взгляд на угрюмого Романа, и тот спрятал взгляд. Если раньше Рома был рад графу, тому самому владельцу подпольного ресторана, сделке с которым он недавно так радовался, то сейчас… Сейчас он понимал, что за провал в поставке мяса гуперронов ничего хорошего ему не светит.
Понятно ведь, почему граф решил навестить его. Хотел напомнить о том, сколько денег ему должен Роман. И намекнуть, что если не сможет вернуть долг, долго он не протянет. Ещё до суда с Романом может случиться несчастный случай. Мало что ли вешается в камерах преступников? Одним больше, одним меньше, разницы вообще никакой.
Но выход из этой непростой ситуации был.
— И что ты молчишь, Рома? — прожёг его взглядом Потеряев, скорчив бульдожью физиономию. — Я ведь не просто так решил лично встретиться. Тебе следует знать о своих перспективах. Они очень не радужные.
— Да понятны перспективы, — вздохнул Роман. — Но я виноват лишь в том, что недооценил своего соседа.
— Я знаю о том, что твою ферму накрыла полиция, — кивнул Потеряев. — Но что ты мелешь? Причём тут какой-то сосед?
— Вот сосед её и привёл, — объяснил Роман. — Аркадий Петрович, я понимаю прекрасно, насколько вы разгневаны.
— Да я не разгневан, Рома, — процедил Потеряев. — Я в ярости. Два миллиона потерял на открытии ресторана! Два! Миллиона! Ты понимаешь, какие это деньги⁈ Поставки сорваны, клиенты ушли к конкурентам.
— Вот я и хочу вам объяснить, что провал поставок произошёл не по моей вине, — тихо ответил Роман. — Я конфликтовал со своим соседом. Вот он и решил мне отомстить. Нашёл ферму, и гуперронов передал в имперские питомники. Он выследил меня. Этот сукин сын очень хитрый. Уверен, он специально это сделал, чтобы помешать нашей сделке.
Роман вскользь посмотрел на лицо Потеряева. Граф бурно о чём-то размышлял.
Конечно, ничего не изменится, если он натравит на своего соседа Потеряева. Граф резкий, общается тесно с криминальными группировками. Потеряев, скорее всего, выжмет деньги из Светлова. А затем замочит его.
Конечно, смерть соседа ничего не даст Роману. Из тюрьмы его не выпустят. Но месть переполняла его. Он должен наказать ублюдка, который поломал ему всю жизнь!
— Сосед… Кто он такой? — наконец-то спросил Потеряев.
— Работает спасателем, фамилия его Светлов, — ответил Роман, стараясь скрыть улыбку.
— Услышал тебя, — покраснел Потеряев. — Разберёмся. Но смотри… Если я не смогу с него стрясти деньги — эти три ляма будешь отдавать ты.
Граф покинул комнату, когда в неё зашёл полицейский. Только теперь Роман широко и очень злорадно улыбнулся.
Ну что ж, Светлов, привет тебе горячий от соседа. И твой питомец теперь уж точно тебе не поможет.
* * *Не успел я зайти в подъезд, как столкнулся с запыхавшейся Раисой Захаровной. Она запахивалась в шаль и не заметила меня на входе. Чем-то явно озабочена, и даже расстроена.