Мой ненастоящий (СИ)

— Я могу его взять на время? — спрашиваю нерешительно, поднимая взгляд. — Мне очень нужно сделать экспертизу.
Моя слезливая история о муже-тиране, который силой навязывает мне брак и все подстроил — пробрала эту тетку до глубины души.
— Под расписку, — кивает она понимающе и двигает ко мне лист бумаги.
Из ЗАГСа я выхожу с заявлением во внутреннем кармане жакета и какой-то неясной легкостью на душе.
С ума сойти. Неужели у меня все-таки получится?
Юра обещал, что один его приятель готов прикрыть меня от Ветрова и помочь добиться признания брака недействительным.
Я и не рассчитывала, что сбежать удастся настолько быстро. И просто.
Юра ждет меня у машины, галантно открывает дверь. В последние несколько часов откровенных взглядов и откровенных жестов с его стороны стало гораздо больше, чем за полгода до этого.
Ну, он хотя бы не делает из меня инкубатор, предназначенный исключительно для оплодотворения.
Я стекаю на место рядом с водителем и прикрываю глаза.
Боже, что я делаю?
А что делает он?
Возможно, в его мире это нормально, а я хочу держать свою жизнь в своих руках. Хотя бы чуточку. Рядом с Ветровым слишком страшно.
— Куда теперь? — спрашиваю, когда Юра устраивается за рулем. — К нему обратно? Ждать результатов экспертизы?
— Рискованно, — Городецкий покачивает головой, — раз уж ты решилась от него сбежать, к нему обратно тебе нельзя. Второй раз ты без охраны уже из дома не выберешься. Да и выпустит ли он тебя?
— Думаешь, он уже знает, что я уехала с тобой?
— Знает, — криво ухмыляется Городецкий, — ну и пусть знает. Телефоны мы с тобой оставили в камере хранения, в машине моей прослушки и маячков нет. Он нас сейчас не найдет. В конце концов, не ясновидящий же он.
— Куда тогда? — тихо спрашиваю я, стискивая в кармане ключи от Ветровской квартиры. Мы уезжали быстро, экономя время. Всё, что мне удалось с собой взять — только обычную ежедневную сумку с документами и заначкой. Надолго её не хватит.
— Мой приятель сказал, что предоставит тебе квартиру, — Городецкий даже не задумывается, кажется, этот план хорошо продуман, — поехали туда. 
Едем в тишине. Я искоса смотрю на руки Городецкого на оплетке руля и пытаюсь ими любоваться.
Он хороший. Приятный. Умный. Осторожный. И оставляет за мной право выбора.
Его интерес не был для меня каким-то секретом, за полгода он четыре раза пытался пригласить меня на свидание. И какого-то отторжения я к нему не испытывала, но я предпочитала оставаться в рамках границ «коллеги по работе». До сегодняшнего дня.
Перестанешь быть такой холодной, Марго?
Я не смогла прямо ответить на его вопрос. Менять одну сделку на другую мне не хотелось. Я так устала быть чертовым товаром. Так я ему и сказал. Не хочу менять одного «хозяина» на другого. Юра же клятвенно заверил, что торопить меня не будет, но сейчас просит просто принять его помощь. И хотя бы подумать.
Я и думаю.
Из всех мужчин, что вообще хоть как-то оказывали мне знаки внимания, только у Юры хватает и решимости противодействовать Ветрову, и настойчивости, чтобы по-прежнему на что-то со мной надеяться, и уважения, чтобы даже сейчас оставлять для меня возможность отказа.
Вот только он меня ни капельки не волнует.
Эмоций нет.
Пустота — да. Усталость — вагон её. Благодарность.
Вряд ли этого всего Юре будет достаточно.
Возможно, мне нужно время. Просто перевести дух.
— Твой приятель… — решаюсь наконец заговорить, — кто он?
— Человек со средствами, — Городецкий пожимает плечами, — тот, кому очень не нравится Ветров.
— А кто конкретно? Я его знаю?
— Ритуль, ты сама с ним скоро познакомишься. Не нервничай.
— Скоро — это сегодня?
— Не знаю, — Городецкий вздыхает, — я правда не знаю, Рит. Я тут человек, которому сказано не распускать язык и не оглашать имени покровителя, до того как он сам решит себя обозначить. Поддержка в борьбе с Ветровым дорогого стоит. Согласись, за такое можно и потерпеть мелкие капризы?
Можно.
Но как же меня ужасно напрягают все эти секреты.
 
Едем долго. Далеко от центра. Юра останавливается у одной из типовых многоэтажек. Старых, блеклых хрущевок, таких угнетающих на вид. Что ж… Отлично. Чем незаметнее, тем лучше.
Выхожу из машины и по инерции оглядываюсь. После неудачного забега до тети Раи я в принципе боюсь снова увидеть в точке назначения Ветрова и его охрану. Псов, что меня для него охраняют.
Нет. Никого нет. Как же сложно в это поверить!
Я ушла, у меня получилось.
Нехорошо, что это вышло после иска к отчиму, который он для меня составил. Получается, я просто воспользовалась его трудами и сбежала. Намереваясь вытянуть на поверхность его обман и преступление. Правда… Этого ведь мало.
— О чем ты думаешь, Марго? — Юра крепче сжимает пальцы на моем локте, заставляя меня обратить на него внимание. — Ты такая потерянная…
— Не знаю, — я неровно пожимаю плечами, — боюсь. Просто подделки документа или подписи — мало, чтобы организовать Ветрову действительно много неприятностей.
— Не волнуйся, — Городецкий уверенно улыбается, — мы все продумали, обвинения будут серьезнее. Конечно, не на пятнадцать лет строгача, но хватит для того, чтобы заставить его отвалить и пустить на дно его бизнес. Ему будет не до тебя. Мы с тобой сможем расслабиться.
Я буквально скручиваю себя, заставляя не отдергивать руку. И не отскакивать в сторону.
Все хорошо. Я знаю Городецкого уже долго. Он не причинит мне вреда. Он обещал.
Мой мозг не желает в это верить.
Пора бы уже это забыть, пора отпустить, пережить, начать жить дальше.
Только просто взять и начать — не получается.
Только одно ощущение не отпускает меня с того самого момента, как я покинула квартиру Ветрова. Чувство, что я совершила грандиозную ошибку.
— Он здесь, — задумчиво роняет Юра за моей спиной и обернувшись я вижу, как он сверлит взглядом темный мерседес, брошенный в дальнем углу парковки, — наш покровитель здесь, Марго. Кажется, она решила не откладывать знакомство.
— Она? — я переспрашиваю, внутренне напрягаясь, а через минуту, когда из упомянутой машины выбирается высокая девушка, мой вопрос отпадает сам по себе.
Так вот ты какой, человек, которому не нравится Владислав Ветров.
Как же так, а ведь замуж за него собиралась!
Беги, беги — мне шепчет подсознание, наблюдая за тем, как хищной, воистину тигриной походкой плывет в мою сторону Лана Михальчук.
— Вы долго, — она капризно морщится, — я уже успела заскучать.
— Я не предполагал, что вы приедете сегодня, Лана Викторовна, — голос у Городецкого напрягается, и меня это почему-то беспокоит.
В общем-то…
Если покровительство предлагает Лана — так даже проще. Она по крайней мере женщина. Ветров её задел, она мстит. Все вполне понятно.
Но что напрягает Юрия?
— Хочу побыстрее с этим разделаться, — бывшая невеста Ветрова кутается в шарф, закрывая им нижнюю половину лица, — идемте внутрь, не хочу, чтобы меня видели в этой дыре.
Это звучит как приказ.
Квартира, в которой мне предстоит прятаться, расположена на первом этаже. Юра довольно быстро находит общий язык с замком, пропускает меня внутрь первой. Я оглядываюсь, привычно отмечая некую запущенность ремонта. Это точно не квартира звезды. Даже близко не стояла. Возможно, съемная?
Если Ветров меня здесь не достанет — я уже согласна. Даже на комнатушку в коммуналке. Лишь бы не нашел.
— Ну что, нравится? — в тоне Ланы, наблюдающей за мной, оглядывающейся по сторонам. — Сойдет для тебя?
Небрежность сквозит в каждом её слове, но… Человек, предоставляющий мне помощь, не обязан дуть мне в попу. Она мстит Ветрову, я для неё инструмент. Окей, я согласна им побыть.
 
— Спасибо, — я вежливо улыбаюсь, — я не рассчитывала на вашу помощь, Лана Викторовна.
— Ничего, — холодно усмехается моя собеседница, — я помогу тебе, а ты поможешь мне. Готова услышать наш план?