Стрелок из-за кромки (СИ)
После своей речи я выпустил вверх облако дыма от своей сигары и пошел прочь. А переговоры как-то очень быстро завершились безоговорочной капитуляцией наших врагов. Всего в этот раз к нам в плен сдались сразу сто двадцать девять человек. По итогу этой битвы было убито или потом умерло от ран восемьдесят девять пограничных хулиганов из Миссури. И это было шоком для местных. Обычно то в подобных сражениях Дикого Запада где сражаются сразу несколько сотен человек. Умирают от пяти до десяти человек. И то не всегда. Часто противники просто выпускают друг по другу кучу боеприпасов без особого толка. После чего расходятся в разные стороны. Но сегодня мы устроили настоящую массовую бойню по местным меркам. Не готово пока еще было американское общество к таким огромным потерям в ходе скоротечного боя. Нет, через несколько лет закипит уже гражданская, война между северными и южными штатами этой большой страны. Вот тогда там потери будут очень большими. Однако, сейчас смерть сразу восьмидесяти девяти человек с одной стороны – это было чем-то невероятным.
Кстати, мы в этом бою потеряли всего лишь троих человек убитыми случайными пулями. И еще четверо наших бойцов были ранены. По нынешним меркам эта победа была грандиозной. И имя Джона Брауна стало общеизвестным всем американцам. Его теперь стали ассоциировать с этой битвой. Между прочим это эпохальное для Дикого Запада сражение, случившееся 28 августа 1856 года, журналисты обозвали битвой за Кровосток. А назвали ее так, потому что в этом месте между холмами после сражения вся земля покраснела от большого количества пролитой крови. В общем, Джон Браун после этого получил большую известность в американском обществе. На него свалились все лавры этой победы. А про меня с Белым Копьем как-то мало кто знал. И какую роль мы сыграли во всем этом событии. И мне на это было пофиг. Я к подобной известности точно не стремлюсь.
Зато я получил деньги. После продажи трофеев мне досталось ровно две тысячи долларов. Я тут прикинул и понял, что будет гораздо прибыльнее и безопаснее угонять лошадей. А не участвовать в крупном сражении. Деньги те же самые получаешь, а риска гораздо меньше при краже лошадок будет. Гораздо меньше шансов словить пулю!
Вождь Белое Копье тоже отнесся к этому равнодушно. Его известность среди белых людей мало интересовала. Главное – что его воины узнали, как нереально крут их вождь. И еще индейцы все же получили свою долю трофейного оружия, которое досталось нам по результатам этого сражения. И наши индейские союзники были этим очень довольны. Я и Джон Браун их не обманули.
Глава 13
Глава 13.
Перемирие.
Следующие три месяца после битвы за Кровосток слились для меня в череду рейдов и мелких стычек со сторонниками рабства. Весь Канзас был охвачен боями. В которых принимали участие не только я и люди Джона Брауна. Многие аболиционисты вдохновились нашей кровавой победой над армией Джона Рида. И начали активно участвовать в столкновениях с пограничными хулиганами. Мне под это дело аболиционистское правительство в Топеке официально даже присвоило воинское звание капитана ополчения джейхокеров штата Канзас. И у меня даже появился свой отряд из тридцати человек, которые вместе со мной участвовали в боях. В связи с этим я также не забыл себе оформить американское гражданство по всем правилам и юридическим нормам. И теперь я считался полноправным гражданином Северо-Американских Соединенных Штатов. И никто уже не мог назвать меня незаконным мигрантом.
Нет, на Диком Западе к этому проще относились. Здесь всем было пофиг, гражданином какой страны вы являетесь и откуда сюда приехали. Тут людей оценивали по поступкам, а не по наличию паспорта. Но вот в более цивилизованных местах у меня могли возникнуть проблемы с оформлением различных документов, с собственностью на недвижимость и землю, а также с размещением моих денег в крупном банке. Там обязательно нужно было подтвердить свою личность и гражданство. Зачем мне эта возня с гражданством САСШ нужна была? Сейчас я вам все популярно объясню. Я ведь уже устал от всех этих постоянных рейдов и перестрелок. Людям свойственно уставать от войны. Да, мне нравился адреналин и драйв, которые я получал во время сражений. Но я не адреналиновый наркоман, как многие из вас могли подумать. Я нормальный. Да, люблю пострелять. Но не все же время это делать? Мне не нравится постоянно грабить людей и убивать их. Я не кровавый маньяк.
Поэтому за эти месяцы мне все чаще и чаще в голову стали приходить мысли о моей дальнейшей жизни. Что мне делать? Оставаться в Канзасе и до последнего патрона отстаивать права негров. У меня не было ни малейшего желания. И хотя в народе у меня за это время уже успела сложиться репутация непреклонного борца против рабства. И многие меня даже причисляли к ярым помощникам Джона Брауна. Который успел за эти месяцы стать настоящей иконой и священной фигурой для всех аболиционистов. Но я то прекрасно знал, что ввязался в эту бестолковую гражданскую войну на стороне борцов с рабством только лишь ради денег.
В общем, чем дальше, тем больше Джон Браун терял связь с реальностью. Он явно зазвездился и начал ощущать себя неприкасаемым суперменом. И как-то в приступе откровения Джон Браун даже сознался, что он хочет перенести войну на территорию рабовладельческих штатов Юга. Хочет захватить там какой-нибудь военный арсенал. Для того чтобы потом поднять там массовое восстание черных рабов, раздав им захваченное у военных оружие.
Я тогда не выдержал и начал критиковать его бредовый план. Указывая на то, что сами негры в силу своей трусливой натуры не поддержат этот светлый порыв Джона Брауна. Не станут они восставать и браться за оружие. Эти трусливые и хитропопые кадры предпочитают другие методы сопротивления. Например – бегство от своих хозяев на Север в свободные штаты. Но никак не вооруженную борьбу. Ведь за всю историю американского рабовладения вооруженные восстания среди черных рабов были очень редкими и незначительными. Не было среди трусливых и ленивых негров своих Спартаков. Поэтому и этот план Джона Брауна с массовым восстанием негров – это просто нереальный бред какой-то.
И в заключении своей речи я сказал, чтобы Браун не маялся дурью и отказался от этой авантюры, обреченной на провал. Он же там только бесполезно погибнет и ничего не добьется. А вообще, почему он только за права негров борется? И совсем не замечает геноцида индейцев, который планомерно ведут белые поселенцы на Диком Западе. Чем негры лучше индейцев? Последних хотя бы можно уважать за то, что их белые люди так и не смогли обратить в рабов. А ведь вначале пытались. Но из индейцев получались плохие рабы. Слишком строптивые и непокорные. Не то что негры, которые сами не хотят бороться за свою свободу. А покорно ждут, когда им ее кто-нибудь принесет на блюде.
В итоге – мы с Джоном Брауном сильно тогда повздорили. И потом наши отряды действовали уже отдельно друг от друга. Кстати, я эту идею борьбы за права индейцев потом еще и в массы запустил. И знаете что? Мои слова о правах индейцев и той несправедливости, что творят белые люди в их сторону местных аболиционистов заставили серьезно задуматься. Эти споры постепенно охватили не только весь штат Канзас. Но и позже даже до Вашингтона добрались. Если уже там на заседании Конгресса стали обсуждать на официальном уровне тот беспредел, что сейчас творится в отношении индейцев. Конечно, я не думал, что так вот все будет. Когда запускал в народ свою идею борьбы за права индейцев. И естественно, что геноцид коренных американцев это не остановит. Но хоть немного ослабит.
И конечно, я не планировал становиться новым мессией и вождем борьбы за права индейцев типа Джона Брауна. Я только эти идеи озвучил. А уж борются там пускай другие дураки. А я в стороне постою и посмотрю, что из этого выйдет. Тут я прямо как Карл Маркс себя веду. Который создал свой Капитал и теорию коммунизма. А потом спокойно наблюдал, какой беспредел устроили различные революционеры, опиравшиеся на его идеи о всеобщем равенстве. И ведь Маркс ни к чему такому народ не призывал. Это уже другие народные вожди все за него придумали. Вот и я посеял семена сомнения в умах американцев. А потом просто отошел в сторону. Люди же сейчас почему-то в САСШ очень любят бороться за чьи-то права. Так почему бы им не побороться за права индейцев? Может быть из этого что и выйдет путное? И конечно, распространению моих идей о несчастных индейцах способствовала слава Джона Брауна. Люди узнали о нашем с ним споре. И поэтому заговорили о правах индейцев, которые здесь в САСШ постоянно нарушались.