Пинок азарта (СИ)
Но, что касается остальных? Люди, полуэльфы, минотавры, прочие смески с недостаточно высокой зеленостью? Им что, преступления не совершать? Конечно, они ни в коей мере не могут конкурировать с «зеленой волной», но существовать — существуют. Только в последнее время очень тревожненько существуют.
— За время Великой Вони Управа зверски подсуетилась, — изложил свое (или чужое) видение ворюга машин, — Ваши парни прижали гномов, полностью зачистили Золотой Приплод, а орочьи банды извели так, что оставшиеся пацаны в армию писались пачками. Ну так понятно, из Граильни-то попёрли, вот вы и начали жестить, тут, как бы, вариантов нет…
— И? — подбодрил я рассказчика. Волчер жрал соленые жареные орешки и будил во мне ненависть. Это были мои орешки.
— И мы, скромные пацаны и девчата из незеленых, хотим нанять тебя выяснить, чего ждать дальше, — вздохнул Финнеас, — не в том плане, чтобы ты сел и сыграл в авгура, а чтобы выяснил, куда теперь ветры дуют в доках, в Граильне, на окраинах. Ежу понятно, что будет война и передел, это никого кроме зеленых не касается, но мы хотим узнать победителей, Конрад. Тех, с кем придется договариваться. Или, мооожет быть, даже попросить тебя навести мосты первым.
— Очень необычное поручение, — хмыкнул я, — А в чем соль?
— В том, — совершенно трезвым голосом шепнул в ответ полуэльф, — Что есть такая штука, как логика, Блюститель. А знаешь, что она говорит? Что на смену старым проверенным зеленым придут более молодые зеленые. Жадные, молодые и дикие. У нас нет ватаги пулеметчиков, чтобы разводить рамсы с борзыми зеленокожими, зато у нас есть звон, чтобы разрулить этот тугой момент. Через тебя.
Крайне разумно и осторожно. А еще рискованно — для меня, потому как действовать придется на переделе начального капитала, причем, тут Финнеас совершенно не ошибся в своих предположениях, среди куда более дикого контингента, чем раньше.
Граильня бездонна.
— Ладно, теперь давай узнаем за что именно я суну голову в пасть молодому орку, — ухмыльнулся я.
Полуэльф насторожился, но вовсе не готовясь к торгу, а потому как на меня упала тень. Сначала она, плотная такая и зловещая, а потом еще и рука упала, на плечо. Мощная такая лапища с кожей желтовато-зеленоватого цвета, мозолистая, могучая. Такой хорошо бить минотавров по головам и ломать троллей. Я нервно сглотнул. Она была мне очень хорошо знакома.
— Значит, пока мастер в поте лица своего зарабатывает на хлеб насущный, его непутевый ученик вместо самосовершенствования занимается тем, что заливается пивом в харчевне? — гулко грохотнул у меня над головой мощный бас, — Истинно?!!
Глава 2
Возвращение к истокам
Жизнь несправедлива, потому что справедливости не существует без разумных. А разумные, вот те раз, вовсе забывают о границах и нормах, когда вопросы выживания их как общества и индивидуума перестают нежно касаться клыками их горячо любимых жоп. Разумные становятся гордыми индивидуалистами, безответственными и эгоистичными. Проще говоря — теми еще козлами, свято уверенными в том, что они нормальные, а вот вокруг сплошные козлы. Наивность, порожденная похабным союзом лени и необразованности, но совершенно неодолимая на уровне сознания толпы.
Впрочем, подобное касается и лучших из нас. К примеру — моего любимого и дорогого учителя, саппоро Йага Тага Каббази.
Как я стал его учеником? О, всё элементарное просто. Когда-то давно, миллионов десять лет назад, мне понадобилась необоримая мощь, чтобы продвинуться дальше по выбранному пути, то есть в расследовании. Не то чтобы я мог остановиться, не то, чтобы имел выбор, просто так вышло. Каббази более чем мог предоставить эту мощь, но бесплатно? Нет. Ему взамен нужен был я, и он получил желаемое.
Разумеется, может возникнуть вопрос — на хрена козе баян? То есть зачем может понадобиться слабенький вампир талантливому культиватору, алхимику и мастеру учения Руки Вечности?
Отвечу просто — один бессмертный, умный и весьма непростой ученик куда лучше, чем десяток-полтора ленивых бесхребетных лоботрясов, которые еще, к тому же, постоянно меняются.
И вытаптывают ценные травы в саду.
И жалуются.
И жалобно кричат на растяжке.
И вообще дети.
Вы вот представляете, насколько бесполезны, жалки и хрупки дети? В общем, ответ на этот вопрос совершенно не важен, потому что, по глубочайшему убеждению Йага Тага Каббази, некто, известный под именем Конрад Арвистер — в тысячу раз лучше как одного ребенка, так и целой их кучи. В общем — на хрен детей, да здравствуют вампиры!
Нет, ну будь мой достопочтенный учитель не адептом школы Разящего Кулака, а педофилом, то ответ был бы другой, но этому учению нужны ученики, поэтому давно Йаг Таг Каббази приметил для себя самый лучший и удобный вариант! Просто не знал, как ко мне подкатить с таким неоднозначным предложением. Намеки, впрочем, были…
Гад продуманный. Не мог помочь мне просто, по-соседски. Хотя, учитывая, через какой адище пришлось пройти жаболюду… обмен вполне равноценный.
— А еще ты не кричишь, когда тебе растягивают связки, — довольно квакал саппоро, крутя мои руки и ноги так, как будто желал их выдернуть, — эти вопли так утомляют!
— Триста лет боли, учитель… — кряхтел я от этих издевательств, — плюс занятия с вами…
— На этих занятиях ты был грушей для битья, — резонно возразил жаб, продолжая испытывать предел моей гибкости, — Скажи мне, Конрад, ты выполняешь упражнения, что я тебе дал?
— Как условились, — мысленно прощаясь с левой ногой выдохнул я, — Малый круг ежедневно, остальное — по мере свободного времени.
— Истинно славно, ученик… Ты легко перешагнешь начальные стадии подготовки. Чуть позже мы займемся духовными практиками, а пока хватит и этого.
Плюс долгоживущих созданий — мы редко лжем и еще реже тем, кто живет тоже долго. Жизнь штука непредсказуемая и в большинстве случаев скоротечная, поэтому портить себе репутацию из-за какой-то сиюминутности никто не будет. Так что саппоро доволен, очень доволен. У него теперь куда больше времени на себя, чем раньше.
Из его дома я выхожу, пошатываясь, как хорошо приложившийся к кружке с водкой человек. Варварский «массаж», чьи болезненные последствия уже ликвидированы запасами жизненной силы в моем теле, отзывается приятным гудением перевозбужденных мышц. Не то чтобы это мне было надо, но по долгам надо платить, да? Я ж не Шпилька.
Короткий сон, душ, «малый набор» упражнений, чашечка кофе и такая же, но крови из холодильника, всё это превращает Конрада Арвистера в машину, наполненную энергией и готовую к раскрытию тайн лучшего из миров!
Ах да, помощница. Где помощница?
Алису я нахожу у Мыши, сладко посапывающую носом в чужих сиськах. Приходится проявить чуточку ловкости, чтобы изъять нужную девчонку, не побеспокоив ненужную, но у меня это выходит с блеском. А затем, в ванной, под холодной водой, из Тарасовой с визгом выходит сон. Нас ждут приключения!
— Варвар, садист, сволочь, гад… — ноет рыжая вампиресса, вяло жуя бутерброд.
— Кто ныл, что устал сидеть дома и ничего не делать? Кто плакал, что с ней больше никто не играет? Кто хотел новых друзей? — последовательно задаю я вопросы, — И кто, мать его, проспал, Тарасова?
— Я встала раньше всех! — неубедительно врет мне в лицо «птенец».
— Ты пырилась в своё аниме почти до утра, а потом, вспомнив про то, о чем мы с тобой договорились, решила спрятаться в чужой спальне, — фыркаю я, жуя бутерброд с ветчиной, — А потом бы снова стала ныть, что твоя жизнь проходит мимо? Что? Сидеть дома без регулярных поступлений звона некомфортно?
— Ну… — сопят мне в ответ, — Мыш учится постоянно, на телефоне сидит, упражняется или спит. А я…
— … тоже могла бы учиться, упражняться и так далее, тому подобное. Но вместо этого — аниме всю ночь. Ох, отрежу я тебе интернет, будешь знать.
— Ворчишь как старик.
— Ешь быстрее, нас ждут великие дела!
— Насколько великие?