Пинок азарта (СИ)
Однако, она почувствовала.
Резко тормознув перед дверным проемом, госпожа Тарасова выпучилась на меня с невероятно подозревающим выражением лица. Я замолчал, вопросительно поднимая бровь. Мыш обернулась, вяло помахала лапкой, а потом ушла в себя, хлюпая своим кофе. Алиса стояла, я сидел, кофе хлюпало.
— Чо-то я вспомнила, — хрипло пробормотала рыжая девушка, делая медленный шаг назад, — У меня дела. Срочные. Буду… вечером. Да. Вечером.
— Угу, — безразлично булькнула Мыш.
— Нет, — слегка удивил её я, приставая.
— Д-да! — нервно сказала Алиса, делая пару шагов назад еще быстрее.
— Не-не, — с некоторым сожалением покачал я головой, — Ты мне нуж…
И тут она дала по газам. Под удивленный писк Мыши я рванул за чересчур проницательным «птенцом»!
Говорят, тяжело поймать кошку в темной комнате, но куда тяжелее поймать паникующую вампирессу, даже если ты её видишь! Кроме душераздирающего визга есть еще спортивный бег по стенам и потолку, метание подвернувшимися вещами и котами (те были в шоке), русский мат, всеобщий мат, крики, сакраментальное «не надо!!»… а потом в ход пошли удары когтями.
Почти бескровно одержать верх я сумел, лишь воспользовавшись помощью крипов, да и то не обошлось без жертв. Одно дело поймать вампирессу, а другое дело её обезоружить. Сильная, кусающаяся, лягающаяся, размахивающая десятисантиметровыми когтищами, способными вскрыть толстую жесть как мокрую туалетную бумагу… Если бы не тренировки у Йага Тага Каббази, то в этой битве я бы… ну нет, не продул, но точно бы выпустил эту фурию из дома, а там она бы затерялась в Портовом районе на неделю. А мне терять времени нельзя, завтра книга обнулится. И вообще дел много.
— Отказываюсь!! — хрипло провыла плененная Тарасова, связанная для надежности мокрыми полотенцами, — Я ничего делать не буду!! Ничего!!! Не заставишь! Сатрап! Гад! Диктатор!
— Да ты о чем вообще⁈ — нервно взвизгнула полностью проснувшаяся Мыш, которой чуть не отдавили хвост. Сейчас она бережно прижимала его к груди.
— Он задумал нечто ужасное! — хрипло проплакала вампиресса, отчаянно грызя полотенце. Пришлось дать ей щелбан. Захрипев как атакующий французский бульдог, он вцепилась в него еще сильнее.
— Ты че, головой ударилась? — не поверила ей Мыш, — Чего он задумал, он кофе пи…
— Я задумал.
— Кха! — Мыш забавно выпучила глаза и закашлялась.
— Отпустите меня… — проскулила плененная и вновь вцепилась в полотенце.
— У меня есть срочная и ответственная миссия для неё и для… них, — кивнул я на Хуммельсдорфа с Оппенгеймером, с опаской посматривающих на взбесившихся хозяев, — Дело в том… А НУ СТОЯТЬ!!
Коты, сука, такие умные пошли. Почти как Тарасова. Еще за ними гоняться не хватало.
— Ничего делать не буду-ничего делать не буду-ничего делать не буду… — забубнила Тарасова в полотенце.
Я погладил её по голове.
— Тебе и не придётся.
После этих слов она натурально взвыла, прямо как волчер в брачный сезон.
Задуманное мной было простым как веник. Есть дело, важное дело, по которому везде облом. А результаты нужны как воздух, я должен был придумать какое-то чудо, о котором просил меня Муу… Оргар Волл-третий. Вчера еще, подходя к дому, я был наивным и слепым вампиром, верящим, что где-нибудь да упадет спелый плод, но неудача с батей Дарвина меня подкосила. Слишком уж я раскатал губу, следя за блондином, как наткнусь на спрятанный у них дома архив бумажек, где будут все-все записи как раз о том, куда «Ультрон» нелегально отправляет свои караваны. Увы и ах.
Тем не менее, было одно место, в котором меня бы ждал стопроцентный успех, но увы, я в норы рэтчедов, как и Мыш, не пролезу. Правда, из-за ширины плеч.
А вот Тарасова — пролезет!
— НЕЕЕЕЕТ!!!
Был я как-то раз в Аду, в христианском его отделении, вот там именно так верещали души трусов и лжецов на каком-то круге. Надеюсь, что туда скоро начнут поступать души менеджеров холодного обзвона, хотя это проклятие только начинает окутывать Нижний мир. Вот и рыжая выдала точно такой же вопль…
— Ни ва фто, ни ва кафие кафрифки я не полефу внифв!!!
Это мы услышали не сразу, но затем, когда вампиресса прооралась, отдышалась и отплевалась от полотенца, она сообразила, что тут, в этой операции, требуется её добрая воля, которой, как бы, шиш да маленько. И возликовала, конечно же, улыбаясь опухшими губами и блестя глазенками.
— Ну конечно же ты вниз не полезешь, — ласково погладил я по голове пленницу, — Я полезу. Управляя тобой.
Вы когда-нибудь видели взбесившегося человекоподобного червяка? Страшное зрелище. Такое неистовство, что Алиса даже не заметила, когда я её оседлал. Родео на «птенце» по ванной комнате и коридору было даже некоторым перебором для моей неистребимой жажды новых впечатлений, раньше даже не думал, что такое возможно. Однако, смотри-ка…
Мыш, обняв котов, обнимающих её, зажалась в углу на кухне, глядя на всё это безобразие. Звуки, изрыгаемые Тарасовой, вышли за классификацию всех известных мне существ. Бесилась она до полного истощения сил организма. Да и после…
— Я свободная личность… я Блюститель… — бубнила она носом в пол, лежа в коридоре, — Ты не имеешь права!
— Вообще-то, имею, — вздыхал я, заварив себе свежий кофе, — С юридической точки зрения, ты, по законам Омниполиса, не личность, а молодой красивый труп, используемый для своих надобностей вампиром. В законодательстве нет определения «птенца вампира». Вот после присяги Королю и получения его подтверждения, ты сможешь претендовать на звание личности. Юридически. А пока, Алис, ты — казус.
— Сам ты казус! — «молодой красивый труп» слабо пыхтел и извивался. Его силы были окончательно на исходе.
— Остынь, Алиса, — наконец, вздохнул я, — Ты сильная как тридцать три китайца, с когтями и регенерацией. Всем этим я пользоваться умею, поверь. Быстро смотаемся вниз, найдем какую-нибудь хорошо одетую крысу, допросим, а затем вылезете. Один вампир и два макабрских душелова — это сила, с которой бы пришлось считаться целой армии. Тем более, у нас нет времени, зато есть Мыш. Чем быстрее ты придёшь в себя, тем больше мы у неё успеем узнать. Приключение на пару часов, нырнула и вынырнула.
Я — сама неизбежность, когда речь заходит о действительно важных вещах.
Допрос товарища Мыши занял солидно времени, несмотря на то что девушка вовсю сотрудничала со следствием, посматривая на меня с опаской… и не отпуская котов. Те тоже посматривали. Между делом мы раскупорили одну из подаренных канистр крови, и я наказал Тарасовой выдуть не менее шести кружек, постепенно и вдумчиво. Пока вампиресса была занята гипернасыщением организма, у меня образовался излишек времени, который я решил потратить с пользой.
— Опять ты, Арвистер? — вымученным и невыспавшимся голосом осведомилась из телефонной трубки польза, — Как еще ты собираешься испортить мою жизнь?
— Я бы на твоем месте, Петра, проверил бы дома некоторых младших сотрудников корпорации, — мерно проговорил я в трубку, — Тихих, безответных, зависимых, легко контролируемых. Тех, кто может безропотно сохранить какие-нибудь компрометирующие материалы, вынесенные из архива. Сервера же проходят аудит?
— Тебе что-то известно⁈ — тут же поняла Кестер-младшая, — Назови мне имя, Конрад!
— Не могу, — вздохнул я, — А еще я не могу предсказать, как ты воспользуешься моей подсказкой. Как Петра Кестер или как служащее лицо Управления, находящееся при исполнении.
— Это… — гномка соображала очень быстро, — Это не подсказка, вампир! Это гребаная провокация!! Акос ты двухметровый!!!
Голос у неё был очень и очень злым.
— Это не провокация! — тут же рявкнул я в трубку, — Шевели мозгами, дура! Нормально шевели, а не как Кестер!
Надеюсь, намек поймет. За все нужно платить. Корова, попавшая в бомболюк, стоит, сама ноги раздвинув, но нигде не сказано, что её нельзя дополнительно закрепить в этой позе. На время, пока Старри не вернется. Конечно, накосячить чересчур Петре и так не дадут, мы не та контора, которая вяжет веники, но и она сама — далеко не залежавшийся куриный окорочок, а очень ценный и умелый сотрудник, всего лишь с неправильными настройками лояльности. А поправить их — это мой, Блюстителя, долг.