Последний реанорец. Том V (СИ)

— Нечему здесь радоваться, — пожал плечами Захар с насмешливой улыбкой. — Астор не более чем отброс в моих глазах.
— Если архимаг третьей степени в твоих глазах отброс, то что уж говорить о нас магистрах, — с лёгкой обидой заметила Потёмкина.
— В моих глазах вы весьма импозантные боярышни с большим будущим. Возможно, три года спустя кто-то из вас будет сражаться на это арене, — мгновенно отозвался парень с тёплой улыбкой на губах, введя в лёгкое замешательство всех девушек. — Правда, говорил я сейчас не о его силе, а о самом Кирке. Малефицизм скользкая тропа и многое зависит от самого одарённого. Люди со светлыми и относительно добрыми намерениями и посылами не смогут стать малефиками. Призвать демона отнюдь не рядовое дело. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю.
— Хочешь сказать он зло во плоти? — приподняла брови заметно смутившаяся Прасковья.
— Для многих прямо сейчас я тоже зло во плоти, — хохотнул весело Лазарев. — Но между мной и уже покойным Астором есть небольшая разница. Если я не ошибаюсь, проклинателей готовят с детства и убив его, я загубил немало трудов толпы амеров, лишив их потенциально могущественного столпа в отдалённом будущем, но разговор сейчас не об этом. Когда убивает малефик, то кроме упоения своей силой и получения удовольствия от причинения боли и убийства он не чувствует более ничего. Это и есть та самая питательная среда для их будущего развития. Именно поэтому я и сказал, что Астор отброс.
— Тогда, что чувствуешь ты, когда убиваешь других, Зеантар? — тихо спросила Алина, сделав несколько шагов к парню и остановившись подле него. — Неужели тоже упиваешься силой и получаешь удовольствие?
После вопроса Трубецкой ухмылка у Лазарева стала шире некуда.
— Всё зависит от того, кто встал у меня на пути, — лукаво отозвался столп, не сводя тёплого взгляда с магини.
— Тогда что вы чувствовали по отношению к Астору в момент его смерти? — подала голос Романова.
— Ничего. Только… жалость, — спокойно изрёк юноша. — Ведь он разозлил не того человека.
— Жалость? — удивлённо приподняла брови Потёмкина. — Зачем его жал… — но договорить княжна так и не смогла, а лишь прикрыла рот и с лёгким смущением воззрилась в сторону уникума. — Ты не только холодный чурбан и эксцентрик, но еще жуткий нарцисс и самоуверенный мужлан.
— Тут вы правы, ваше сиятельство, — рассмеялся тихо Лазарев. — Подобные грешки за мной имеются.
— Иииитак! — рьяно завопил маг. — Кровавый Лазарь подарил нам незабываемое зрелище, но пора двигаться дальше! Прошу на арену следующую пару претендентов! Ведь мы… ПРОДОЛЖАЕМ!
***
Первое кольцо. Вена.
Зимняя резиденция Габсбургов-Австрийских. Хофбург.
Личные апартаменты Оттона Габсбурга-Австрийского.
После окончания первого дня…
— Ну что?! Убедились сами?! — раздраженно выпалила аристократка, стоило ей ворваться в личные покои своего друга, а дверям громко захлопнутся. — Или до сих пор считаете, что я себя всё еще накручиваю?! Я вам говорила Лазарев не так прост. Что теперь скажете?! И что скажешь ты, малыш Юстан?
— Что ты хочешь услышать от меня, Селена? — тотчас набычился Нассау, медленно поднимаясь со своего места. — Ну убил он Астора и влюбил в себя публику! Так что с того? Одно ничтожество убило другое ничтожество! Только и всего. Плевал я на них.
— Что с того?! — вспылила моментально Валуа, оказавшись рядом с парнем. — Ты действительно идиот, или вправду ничего не понимаешь и не видишь всего происходящего дальше своего носа? Считаешь, что Романов и другие правители просто так настояли на включение договора жизни и смерти в турнир? Этим решением они лишь развязали ему руки. Лазарев гораздо сильнее своего заявленного ранга.
— Хватит! Успокоились оба! — холодно отчеканил Оттон, хлопнув по подлокотнику кресла кулаком. — Не хватало тут еще ссор из-за вчерашнего простолюдина. Не истери по каждому поводу, Селена, ведь ничего непоправимого еще не произошло. А ты сядь на место, Юстан. Не фонтанируй силой. Здесь все свои.
 
— Только не говори мне, что и ты ничего не заметил? — скривилась почти сразу Валуа, раздраженно присаживаясь на одно из кресел позади.
— Заметил! Я не слепой и не слабоумный! И понимаю к чему ты клонишь! — не остался в долгу Габсбург. — А теперь услышь меня, Селена, и ответь всего на один вопрос, будь так добра. Ты когда-нибудь видела девятнадцатилетнего архимага и ратая в одном лице или хотя бы слышала о подобных случаях? Хочешь сказать, что у нас на глазах рушатся вековые магические законы и устои?
Лицо девушки в очередной раз невольно скривилось и заметно омрачилось, но после недолгих размышлений та отрицательно покачала головой.
— Нет. Не видела и не слышал. Но это не отменяет того факта, что такое возможно.
— Вот и мой дед так думает. К тому же многое еще зависит и от нас, понимаешь к чему я клоню?! Мы молодое поколение! — припечатал беспощадно Австрийский. — Деду пришлось сильно постараться, чтобы сетка была построена именно таким образом. Я бы даже сказал, что прикончив Астора, Лазарев сделал нам одолжение. Теперь между их империями будет идти прямая конфронтация и открытая вражда. На дистанции мы от этого лишь выиграем.
— Что ты предлагаешь? — с трудом уняв свои эмоции тихо осведомилась девушка.
— Наблюдать. Хотя бы до завтрашнего вечера, — рассудительным тоном проговорил Оттон. — Завтра у него будет сражение с Веймином. Тогда и будет ясно, что к чему. Что касательно самого Лазарева, то повторюсь. Он у нас на крючке. К тому же я не думаю, что кто-то из вас считает себя слабее русской черни, — презрительно заявил Габсбург.
***
Первое кольцо. Вена.
Резиденция претендентов Российской Империи.
Поздний вечер…
Как бы то ни было, но должен был признать, что впервые за долгое время мне удалось выпустить пар. Причем в весьма изощренной манере. Давно мне не выпадала возможность так порезвиться. Да и если честно я был на грани. Особенно после слов Виктории о моём прошлом.
— Это может стать проблемой… — тихо пробормотал я себе под нос, с интересом наблюдая за красочными ночными огнями столицы Австро-Венгерской Империи, пока слабый морозный ветерок обдувал моё лицо.
В остальном же третий день столпового магинария, само собой, если исключить мою казнь над Астором, не принес с собой ничего запредельного и интересного. Все свои бои четверка архимагов выиграла без особого напряга. И теперь на состязании оставалось всего шестнадцать столпов.
Веймин даже как-то играючи одолел свою соперницу и теперь моим следующим противником будет именно он. И на счёт этого ассианина у меня были некие сомнения по своим дальнейшим действиям. Весьма двоякое чувство.
Валуа же выбила Империю Амеров к чертовой матери из турнира. Но, по крайней мере, становилось понятно, за что эта мелкая пигалица получила своё прозвище. К тому же второй амер был не так силен, как Астор. Он оказался еще большим ничтожеством, чем Кирк.
Габсбург тоже выиграл в своей излюбленной подавляющей манере, а вот малыш Юстан захотел отличиться подобно мне.
— Идиот… — выдохнул тихо я.
Веселый колбасник тоже попытался прибегнуть к договору жизни и смерти, вот только испанцы его и не думали принимать, и послали того куда подальше. В схватке он, разумеется, выиграл, но голову даю на отсечение, неприятный осадочек на его душе остался.
А в следующий миг из пучины размышлений и анализа меня вывел почти бесшумный звук отворяющихся дверей. Нос уловил приятный нектар лесных трав. Далее прозвучал щелчок, и дверь закрылась на замок. Послышались тихие шаги по кафелю плитки. И пару вдохов спустя, со спины ко мне прижалось теплое девичье тело. Ощутил мерное дыхание на своём затылке, а заботливые нежные руки оплели меня подобно потокам воды.
— Ты сегодня сам не свой… — тихо проговорила Алина, щекой прикладываясь к моей спине. — Что-то случилось?
— Вовсе нет, — отрицательно покачал я головой. — Скука, не более. Теперь лишь пытаюсь понять, что будет дальше.