Анна К

Когда она спросила, почему Анны нет с ними, ее брат ответил, что сестра велела ехать без нее: она зависла, общаясь по телефону со своим бойфрендом, Александром.
Очевидно, возникли какие-то проблемы с решением Анны остаться в городе на выходные: ведь она пропустит ежемесячное чаепитие, устраиваемое младшей сестрой Александра. Анна послала Элеоноре свои вежливые извинения, и, хотя та ответила: «О’кей», – наверное, все было далеко не о’кей. Ведь девушка сразу же позвонила Александру в Гарвард и устроила истерику по поводу того, что его подружка в последнюю минуту отказалась приехать. Ему не оставалось ничего иного, кроме как позвонить Анне и спросить, не передумала ли она.
– Почему бы после вечеринки просто не вернуться в Гринвич, а не оставаться в Нью-Йорке? – сказал он.
Анна выпалила, что, возможно, и передумала бы, спроси ее Элеонора напрямую, но закулисная болтовня взбесила ее.
Когда Стивен пересказывал эту сцену, сидя на заднем сидении лимузина, то разыграл все в лицах, и вскоре четверо смеялись до упаду. Они хватались за животы и умоляли, чтобы Стивен прекратил. После того как у Лолли началась икота, она простонала, что, если он не прекратит, ее стошнит, и тогда ей снова придется переодеваться. Продолжая играть роль хорошего мальчика и зная, как серьезно она относится к смене нарядов, он подчинился.
Фотографы начали снимать, едва лишь лимузин подрулил к клубу, и это был именно тот эффект, которого добивался Стивен. После быстрого обсуждения было решено, что Стивен выйдет первым, дабы помочь Лолли. Дастин – следующим, а за ним – Кимми. Конечно, она не могла возразить, поскольку не было альтернативы, ведь их четверо, а не пятеро, как предполагалось. Однако девушка не могла не задаться вопросом, не будет ли все выглядеть так, будто она и Дастин – пара. Она решила, что, как только они выберутся из машины, она обязательно немного отойдет от Дастина, чтобы папарацци не приняли ложь за действительность. А если они попросят сфотографировать их, она настоит на том, чтоб к ним присоединились сестра и Стивен. Она чувствовала себя виноватой за такие мысли, но знала: Дастин влюблен в нее, а ей казалось неправильным давать мальчишке ложные надежды. И, что раздражало еще больше, сестра выступала в команде поддержки Дастина, и пока они бок о бок стояли в ванной комнате, накладывая макияж, Лолли трещала о том, какой он гений и что его ждет безусловно блестящее будущее. Ее доводы не произвели впечатления на Кимми. Она лишь пока что спокойно училась в старшей школе и не беспокоилась о подобных вещах.
Раздраженная, она наконец огрызнулась, что ей плевать на идеальные оценки Дастина, он ей нравится только как друг – и все.
Лолли, зная настоящую причину, по которой Лолли не интересовалась Дастином, возразила:
– К твоему сведению, Вронский бросил половину девчонок Спенса.
Не желая оставлять последнее слово за сестрой, Кимми ответила:
– Разве они не станут все завидовать тому, что я – его новая девушка?
Кимми сразу пожалела о том, что поделилась своим тайным желанием с сестрой, но, по крайней мере, та вернулась к укладке волос и не сказала больше ни слова.
Водитель открыл заднюю дверь, и Кимми услышала возгласы фотографов. Она была готова начать лучшую ночь в своей жизни.
XXI
Пока они шли по ковровой дорожке в сопровождении охранников, а потом ждали, когда их впустят, Дастин вновь сказал Кимми, как потрясающе она выглядит. Это заставило ее почувствовать себя счастливой, и она ответила на комплимент, заметив, что ей тоже нравится его прикид. Она уже загуглила «стиль хип-хоп», и Дастин был одет прямо как некоторые парни на фото.
– Выглядишь очень аутентично. Как будто только что прибыла из девяностых… прямо как Терминатор.
Ей захотелось быть с Дастином еще милее: ведь ему наверняка будет тяжело смотреть, как она целую ночь напролет танцует с Вронским.
– На самом деле в оригинальном фильме Шварценеггер прибывает из будущего обнаженным. – Дастин тотчас пожалел о своих словах. Зачем он заговорил о наготе? Он попытался исправиться, добавив: – А ход с наготой был элементом комедии, чтобы внести некоторую живость в серьезную тональность фильма. – А вот теперь он жалел о том, что треплется, как кино-задрот. – Эй, ты потанцуешь со мной? Когда – или если – мы попадем внутрь?
 
– Удивлена, что ты любишь танцевать, – пробормотала Кимми. – Извини, прозвучало странно. Мне казалось, что, когда речь заходит о гениях, как-то не думаешь о танцах.
– Очевидно, я не гений, потому что я и правда хочу потанцевать с тобой.
Теперь Дастин понимал, почему у него развязался язык: он мог нести любой бред и околесицу, не задумываясь о последствиях. Раньше ему не хотелось пробовать наркотики, но Стивен убедил друга, что одна-две полоски – как раз то, что нужно, чтобы выбросить любые здравые мысли из головы. Он чувствовал себя глупо, пойдя на поводу у сверстника, но весь день был на взводе из-за встречи с Кимми и, посмотрев на Стивена, понял, что отчаянно хочет расслабиться. Теперь он даже не думал ни о своих личных перспективах, ни о будущем, хотя подозревал, что причина тому – наркотики.
Кимми согласилась потанцевать с ним, и она действительно намеревалась сделать это. Она любила танцы и не хотела быть одной из тех девиц, которые отплясывают лишь с другими девушками. Ей всегда было жаль их. Ей также казалось, что будет неплохо показать Вронскому, что она не станет стоять в стороне и ждать его.
Танцпол был уже переполнен: когда они вошли, из динамиков ревел какой-то ремикс на трек Крейга Мака «Крутотень тебе прямо в ухо» [27]. Подростковый бар предоставлял выбор безалкогольных коктейлей, проспонсированных «Ред Булл», но казалось, что каждый посасывал фляжку или вейп. Очереди в туалет тоже были длинными, с головой выдавая поклонников более жестких веществ. Стивен спросил Дастина, не хочет ли он туда заглянуть, но парень отрицательно покачал головой. Он уже нацелился исполнить свою миссию потанцевать с Кимми и чувствовал, что ему больше не нужна помощь химии. Он увидел, как Стивен схватил Лолли за руку и повел ее прочь, а, обернувшись, обнаружил, что Кимми протягивает ему два желе-шота.
– Красный или зеленый? – крикнула Кимми, перекрывая музыку.
Он уже собирался ответить, что возьмет любой, какой не нравится ей, но напомнил себе, что девушки предпочитаю напористых мужчин.
– Зеленый, определенно зеленый. – Дастин взял крошечный пластиковый стаканчик, который протягивала Кимми и осушил его.
– С чем это?
Кимми рассмеялась и пожала плечами.
– Понятия не имею! Какой-то парень просто вручил мне их, – сказала она и быстро расправилась с красным желе-шотом.
Она немного нервничала, потому что один бог знает, что там могло бы быть, но с того момента, как они прибыли на вечеринку, беспокойство лишь росло, а ей нужно было расслабиться. В клубе оказалось столько народа, что она не представляла, как Вронский сможет ее найти.
Кимми схватила руку Дастина и повела на танцпол. Вскоре они уже находились в центре, дергаясь под «Живую вещицу», которую начитывал Кью-Тип [28]. На середине песни Дастин заметил Вронского, стоявшего возле танцпола и пившего из серебряной фляжки. Дастин узнал его, поскольку рыскал в «Гугле» сразу после того, как Стивен упомянул про Графа. Дастин был в курсе, что Алексей хорош собой, но не был готов к подобному. Единственное, что заставляло его чувствовать себя несколько лучше: число фотографий Вронского с самыми разными привлекательными девушками. Логично было, что он заинтересован в Кимми, поскольку та была красивее всех девиц, которых он видел под руку с Вронским, но он надеялся, что Граф, возможно, тот парень, который не остановится на одной пассии.
Когда он увидел Вронского вживую, то сразу подумал, что лучше убраться подальше с танцпола вместе с Кимми, но было уже слишком поздно. Вронский заметил их и, поймав взгляд Дастина, отсалютовал фляжкой. Дастин затаил дыхание, надеясь, что соперник не приблизится к ним, и с облегчением обнаружил, что Граф, похоже, не собирается этого делать. Алексей, казалось, был слишком занят, оглядывая толпу в поисках кого-то еще.