За порогом 5. Бег к горизонту

— Да, ваша светлость, — вновь вскочил на ноги ошарашенный парень, который за секунду превратился из помощника Реймоса «по общим вопросам», в руководителя направления. Серов в этом плане был быстр на решения: предлагаешь — делай, а дальше будем смотреть по результатам, годишься ты в генералы или в штрафбат пойдешь в одной винтовкой на троих. Такой подход мотивировал выкладываться на полную, давая результат здесь и сейчас.
— Отлично, что еще? Сушить, солить фрукты и овощи? Можем мы централизованно заняться закупками сейчас у крестьян, чтобы зимой хотя бы армия и города не голодали?
— Мы и так выкупаем сейчас, по сути, весь свободный излишек, ваше сиятельство — отозвался Хоривид, отвечающий за производство и продажу алкоголя. — Я больше скажу, нам того, что удается купить едва хватает чтобы загрузить все аппараты. А если остановить процесс, спрос-то никуда не денется, потеряем рынок — обязательно кто-нибудь подсуетился, потом придется долго отбивать обратно.
— Надо было еще и сады свои закладывать, — тяжело вздохнул Граф и сделал пометку в блокноте. Кроме поиска доступных источников еды, он одновременно прикидывал возможные работы, на которые можно будет бросить оголодавших крестьян, согласных работать за плошку супа. Кормить никого бесплатно Серов не собирался, а, значит, нужно было заранее наметить места будущих строек, озаботиться материалами и инструментом. Впрочем, именно посадка фруктовых садов явно была не тем делом, которым можно заниматься в голодные зимние месяцы. — Нужно открыть заготовительные конторы на границах графства, чтобы туда могли сдавать продукцию крестьяне соседних владетелей. И лавки сразу с бытовой продукцией наших мастерских: топоры там, серпы, гвозди. Ткань опять же. То, что пригодится в любом хозяйстве. Цену поставить сладкую, по себестоимости, чтобы золото и серебро не утекало на сторону и не поднимало цену на продукты заранее. Потом, зимой-весной все равно это будет стоить дороже, еще и заработаем.
Кое-какой запас зерна у Серова был. Он как нормальный куркуль, предвидел ситуацию, когда что-нибудь может произойти и придется открывать кубышку, вот только на такой масштаб бедствия он не рассчитывал.
— И что делать с заготовленными дополнительно продуктами? Пускать в производство? — Уточнил Хоривид.
— Все что на зерне останавливай, — покачал головой Александр. — Переходим в режим жесткой экономии. В спирт перегоняем только то, что точно не получится сохранить до весны. Всякие нежные фрукты и ягоды. В продажу потихоньку начинай пускать старые запасы, с соответствующей ценой. Все равно, когда жрать нечего, деньги на дорогой алкоголь найдутся только у самых богатых, а они в любом случае заплатят столько, сколько мы запросим. Возвращаемся к аукционам, как в самом начале делали, только теперь придём «элитный» продукт для способных его оценить и оплатить гурманов.
Как уже говорилось, часть произведенной алкогольной продукции с самого начала Александр не продавал, а закладывал в весьма объемные подвалы под своим замком на выдержку в бочках. Это была одновременно и инвестиция на будущее — каждая такая бочка с течением времени становилась все дороже — и ликвидный резерв на черный день. И вот теперь такой день настал.
— Нужно будет проконтролировать, чтобы осенью забили весь скот, который не получится прокормить, — подала голос графиня. — А то крестьяне будут тянуть с этим до последнего, пытаясь сохранить поголовье, выкармливая скотину, отказывая себе в пище, а в итоге и животные зиму не переживут и люди погибнут. Так происходит каждый раз в неурожайные года.
— И как это можно проконтролировать? — Проворчал Реймос, — у нас крестьяне как ни крути — свободные люди, а скот — их собственность. Если упрутся — хрен там что объяснишь.
— Очень просто, — пожала плечами Элианна. — В конце осени нужно проехаться по селам и просто выкупить часть скота. Это даст нам запас мяса на зиму, а крестьянам — излишек кормов для прокорма оставшихся буренок. Прошу прощения господа…
Девушка встала с кресла и нетвердой походкой вышла из кабинета, провожаемая сочувственными взглядами остальных участников совещания. Несмотря на то, что срок беременности уже уверенно перевалил за половину, девушку все так же мучали токсикозы, обостренное обоняние, перемены настроения и прочие «радости» ее положения.
 
Серов даже начал беспокоиться по поводу здоровья жены и неродившегося ребенка и спросил об этом у Жерарда, который то и дело бегал приводить графиню в чувство.
— Я, конечно, не слишком хорошо разбираюсь во всех этих женских штуках, но разве к середине беременности не должно становиться легче? — После того как целитель в очередной раз был вынужден прибегнуть к использованию своего дара для помощи Элианне, капитан перехватил его на выходе из графских покоев и начал задавать вопросы, — во всяком случае, если я правильно помню, Мариетте было плохо только первые два месяца из шести.
— Ммм… — Жерард задумчиво сдвинул брови, — скорее всего дело в толике эльфийской крови, которая течет в жилах графини.
— Эльфийской крови? — Удивился Серов.
— Да, ваше сиятельство, вы разве не знали?
— Первый раз слышу, — покачал головой граф. — Впрочем это многое объясняет. И какая доля крови длинноухих у моей жены?
— Небольшая. Точно сказать мне сложно, не так много полукровок я встречал, скорее всего не больше восьмой части. Может меньше.
— То есть кого-то из прабабушек или прадедушек на экзотику потянуло, — задумчиво потер подбородок Александр. — Ну ладно, бывает, кто без греха? Но к беременности-то, как это относится?
— Напрямую, ваше сиятельство. Проблемы с зачатием, вынашиванием ребенка и родами — это, можно сказать, их отличительная черта, как говорят данная им богами чтобы уравновесить долголетие. У эльфов никогда не рождается больше одного ребенка, беременность у эльфиек протекает всегда очень тяжело и также высокая родовая смертность. Если бы не все это, эльфы с их продолжительностью жизни уже давно вытеснили бы все остальные расы. А так, очень редко когда за всю длящуюся сотни и даже тысячи лет жизнь эльфийская женщина рождает больше трех, иногда четырех детей.
— Очень интересно, — чувствуя, что его хорошенько поимели и с трудом сдерживая злость на жену, на тестя, на себя и даже на Диная, за то, что тот вовремя не предоставил ему такую важную информацию, глубоко вздохнул Александр. — Ну ладно, а насколько сильно наличие толики эльфийской крови будет влиять на Элианнау? Учитывая, что этой самой крови не так много?
— Не думаю, что в четвертом-пятом поколении это скажется хоть как-то. Ну да, токсикозы сильные, но в общем-то ничего выходящего за рамки, — пожал плечами Жерард. — Тем более, что я всегда рядом и, если что, помогу, подстрахую. Вот бабке ее, — если кровь ушастых по женской линии шла — вероятно, было гораздо хуже. Не имея более мощного энергетического тела, присущего эльфам, родить полукровку без помощи целителя, скорее всего, вообще невозможно. Собственно, именно проблемами с зачатием и родами объясняется исчезающе малое количество человеко-эльфийских полукровок. Они просто не могут зачать или умирают родами, иначе, учитывая, что две расы живут бок о бок тысячи лет, их было бы гораздо больше.
— А польза от этого какая-то есть?
— В четвёртом-пятом поколении практически нет. Может чуть лучше здоровье, чуть выше продолжительность жизни, но опять же, — Жерард покачал головой, — не настолько, чтобы это было сильно заметно.
В результате мозгового штурма, продлившегося целый день, была вчерне принята стратегия, которая должна была позволить не только пережить голодное время без больших потерь, но еще и выйти из непростой ситуации с прибытком. Ведь когда вокруг у всех жрать будет нечего, а на дороги выйдут вчерашние крестьяне, посчитавшие превращение в разбойники меньшим злом чем голодная смерть, графство должно было остаться таким себе островом спокойствия, где можно худо-бедно прокормиться, а власть крепко держит ситуацию. Серов надеялся на существенное увеличение численности своей страны за счет беженцев и переселенцев и заранее начал готовить организацию еще трех хозяйств способных дать жилье и работу нескольким тысячам человек.