Премилые будни (СИ)

После пробуждения Лэнс сразу морщится. Он совершенно не планирует вставать и даже не хочет шевелиться, насколько пелена после сна с него ещё не спала и зовёт обратно. Да вот только по-нормальному, увы, уснуть уже не удаётся. Парень совсем немного ворочается, не открывает глаз и сумбурно мычит то ли от недовольства, то ли от расслабленности.
Рядом ощущается что-то странное, но такое тёплое и почему-то родное, потому Лэнс придвигается к этому волшебному существу ещё ближе. Желание понять, что это, немного перекрывается тем, что его голова в не лучшем своём состоянии — похоже, он вчера слишком переусердствовал, напрягая её, или не выспался, или что-то ещё.
  
Не перекрывается ничем лишь желание быть ближе к этому нечто тёплому.
— Хеееееей, — вяло и с еле заметной лепечет Лэнс, после чего утыкается носом в это что-то, как оказывается, мягкое. Похоже, это кожа какого-то человека, который дёрнулся, но дрёма не позволяет сконцентрироваться на действиях этого комка счастья. Этот комок тёплый и приятный — вот что его волнует.
Лэнс не раскрывая глаз открывает рот и прикасается к чему-то губами. Нечто сбоку теперь возмущённо пискает, но сразу же и перестаёт, так как Лэнс накрывает губами источник звука. Внутри что-то пляшет и загорается, Лэнс не понимает, что происходит, откуда такая нежность в душе, но он не останавливается — кладёт руку на чужую, похоже, талию и придвигается ещё ближе.
В недовольных и изумлённых бурчаниях проглядывается вроде бы знакомый голос и, что самое главное, такой родной и ласкающий слух, который хочется услышать ещё больше. В объятиях вяло ёрзают, но Лэнс всё равно целует его в нос, в переносицу, в бровь, а затем обхватывает за талию и размеренно выцеловывает всё лицо.
К сонной неге прибавляется глухое счастье — не пламенное, а именно что лёгкое и трепетное. Его Лэнс не планирует отпускать, потому целует снова. От него совсем вяло отбрыкивались пиханиями в грудь, но в итоге всё же сдались под напором. Пусть и не сразу, но Лэнс чувствует, как к его языку тянется чужой, и, когда они соприкасаются, он рвано выдыхает. Его тело словно простреливают какое-то точечные и резкие разряды, распаляя ещё больше.
Поцелуй несвязный, слишком ленивый, потому что после пробуждения на большее затуманенный мозг не способен. Кажется, неспешные ласки длятся минуту, кажется, две, а кажется, вообще все десять — Лэнс не знает, знает лишь, что ему приятно и хочется ещё.
Почему-то хочется прошептать ласковое и непонятное «Кит».
Рука с щеки плавно перетекает за спину и, надавливая по косточкам под тканью футболки, опускается ниже, к пояснице. Она обводит выступающие позвонки, а затем заставляет вцепиться в Лэнсовы плечи чуть ли не отчаянной хваткой, когда нащупывает резинку шорт. Пальцы юрко проскальзывают под ткань, мучающими движениями кружатся по тёплой коже и двигаются дальше, чтобы всей ладонью лечь на ягодицу.
Именно тогда Лэнс слышит то, что возвращает его в реальность.
— Лэнс…
От такого хриплого, просящего, жалобного шёпота он разом распахивает глаза. То, что он видит, по меньшей мере его поразило. Лэнс видит перед собой Кита — его друга, одногруппника, запыханного и покрасневшего парня. Его глаза тоже широко распахнуты, напуганы, а грудь мелко трясётся от учащённого дыхания. А ещё он красивый. Сейчас, смущённый, растерянный и такой искренний, с припухшими и влажноватыми губами, он настолько красивый, что сердце у Лэнса просто замирает. Именно эти губы, к которым взгляд Лэнса опускается, и заставляют забиться это несчастное сердце как ненормальное.
То есть всё, что Лэнс творил в своём сне, он творил со своим другом? О Боги, нет-нет-нет, что он только что натворил?
— Яяяя… прости! — выпаливает Лэнс и шарахается от него на кровати. На руку, которой он обхватывал задницу Кита, он даже смотреть боится и трясёт ей как ошпаренный. Паника застилает всё, глаза бегают, и хочется провалиться вообще под землю от такого конфуза.
— Я… эм… а… да. Ну да, — бормочет Кит и, мотнув головой, приподнимается на постели. Он усаживается на неё и кладёт локоть на согнутые в коленях ноги, а лбом, в свою очередь, упирается в ладонь. — Что-то, эм, э… бывает.
У Кита поразительно легко выходит вернуть себе душевное равновесие, и Лэнс, прижавшийся к кровати, с этого даже бесится. Да Кит только что трясся и, как Лэнс, был готов убежать на другой конец вселенной, а теперь как ни в чём не бывало сминает губы и морщится? Стыд напрочь покидает Лэнса, и теперь он с интересом пялится на Кита.
— Я обслюнявил тебе всё лицо, и это просто бывает? — Лэнс косится на него подозрительно сощуренными глазами.
— Слушай, мне кажется, ты сам не против замять этот инцидент, так? — рыкает Кит и, оторвавшись от руки, смеряет его злостным взглядом. — Забей, в общем, просто тупанули после сна. Мне надо было сразу тебя оттолкнуть, — в глазах Кита теперь не паника или смущение, а нечто, что Лэнс смог бы охарактеризовать как глухую печаль и укор к себе. Голова отказывается размышлять об этих спорных эмоциях, потому Лэнс отводит от него глаза и осматривает помещение, в котором оказался.
— А, точно, мы же готовились к экзамену весь вчерашний день.
— Что-то типа того, — бросает Кит и перехватывает мобильный телефон с тумбочки. — Мы устали.
— И как я оказался в твоей постели?..
— Лэнс, ты совсем больной?! — сначала Кит орёт, а потом, оглянувшись на дверь и утихомирившись, продолжает уже тише. — Это я выиграл у тебя кровать в споре, так что ты должен был спать на полу. Я без понятия, какого лешего тебя занесло ко мне, не тупи. С утра принять меня за другую — это одно, но не помнить вчерашний день — уже другое.
— Принял за другую?.. — подозрительно выговаривает Лэнс, и щурясь на него, приподнимается на локте.
— Да, поэтому забей, это…
— Неа, Кит, не это, — Лэнс подскакивает и, хватая Кита за плечи, пихает того на кровать. Пока он сверлит его напряжённым взглядом, Кит вопит совсем беззвучно и позволяет паническим ноткам отразиться на лице. Лэнс их ловит, и в голове непонятный интерес разрастается всё больше. — И кстати, а так почему ты меня не оттолкнул?
Кит злится и снова сметает с себя это застигнутое врасплох выражение лица — можно даже сказать скованное и с какой-то стороны отчаянно желающее чего-то. Он скрещивает руки и ноги, а затем, отворачиваясь на подушке лицом, фыркает.
— Не твоё дело. Я тоже был сонный.
— И потому, ооо, прошептал своим интимным голоском «ах, Лэнс» и состроил такое соблазнительное выражение лица? — игриво выдаёт Лэнс и, упирая по бокам от его плеч ладони, придвигается ближе. Он приваливается своими бёдрами к чужим, нависает, склоняется всё ниже и чуть ли не укладывается на парня.
— Слушай, нет, я не шептал никакие «Лэнсы».
— Нет, прошептал, когда я залез тебе в трусы.
— Вот, видишь? — вопит Кит и тыкает в него пальцем. — Ты залез мне в трусы, может, пожалуйста, оставим эту тему, Лэнс? Тебе должно быть так же неловко, как и мне.
— Почему ты не оттолкнул меня? — упорно стоит на своём Лэнс.
— Я был не в се…
— Почему, — Лэнс очень настойчив, и Кита это нервирует — он хрипит, немного отворачивается и напрягается.
— Я не хочу этого говорить, — буркает Кит. А вот это нервирует уже Лэнса, потому он мигом тянется наверх и коротко целует его в губы, спровоцировав хаос в голове и кучу воплей. — Ваааа, да зачем ты?!
— Мне захотелось, потому я тебя сейчас поцеловал. Так почему продолжал целовать меня ты?
Кит хмурится, злится, раздражается, но в итоге делает невообразимое. Он сощуривает глаза, кладёт руку ему на затылок и мощно поддаётся вперёд, целуя прямо в губы. Теперь очередь Лэнса охать, закипать мозгом и хлопать глазами, в то время как Кита незатейливо поводить головой вбок.
  
— Вот сейчас мне тоже захотелось поцеловать тебя в отместку. Что-то не так?
Лэнс быстро возвращается в прежнее расположение духа и даже лучшее — внутри словно что-то всколыхивается и радуется такому повороту событий. Он ухмыляется и изящно облизывает губы, от которых Кит не может оторвать тяжёлого взгляда.