Приключения Таисии Цветковой. Мёртвая отчётность
Я подошла ближе и ахнула. На фотографиях были женщины, которых я узнала – некоторых видела в центре, других нет. Под каждой фотографией была прикреплена карточка с данными: рост, вес, возраст, семейное положение, особые приметы. Как в каталоге товаров.
Среди фотографий я нашла снимок Розалии. На карточке было написано: "Готова к отправке. Заказчик № 7. Дата поставки – 15 мая."
Сегодня как раз было четырнадцатое мая.
С дрожащими руками я открыла несколько папок. В них хранились медицинские карты исчезнувших женщин с результатами анализов, психологическими характеристиками и подробным описанием процедур, которые с ними проводились. "Подготовительный курс", "Корректировка поведения", "Индукция покорности" – эти термины звучали как из фантастического фильма ужасов.
В другом шкафу лежали паспорта – новенькие, с фотографиями знакомых лиц, но совершенно другими именами. Светлана Пирожкова стала Еленой Кузнецовой, Анна Сухарева превратилась в Марию Волкову.
Персик тем временем обнаружил еще один ящик стола. Он настойчиво царапал его лапой, пока я не открыла. Внутри лежали авиабилеты в разные страны – Турцию, ОАЭ, Таиланд. Все на имена женщин из поддельных паспортов.
– Боже мой, – прошептала я. – Это же настоящая фабрика по торговле людьми.
Персик внимательно слушал мое бормотание, а потом вдруг насторожился и замер. Из коридора донеслись шаги и приглушенные голоса.
– Проверь нижний этаж, – говорил знакомый голос Морковкина. – А то мне показалось, что там кто-то был.
– Да ладно, Витольд, кому там быть в такое время? – ответил другой голос с легким акцентом – видимо, Колбасный.
– Лучше перестраховаться. Завтра у нас важная отправка.
Шаги приближались к нашему убежищу. Я в панике озиралась, ища место, где можно спрятаться. Персик спрыгнул со стола и метнулся к противоположной стене, где оказалась еще одна дверь.
Мы юркнули туда буквально за секунду до того, как в коридоре вспыхнул свет. За второй дверью оказалась настоящая камера – маленькая комната с одной койкой и решеткой на крошечном окошке под потолком.
– Здесь никого, – донесся голос от нашего недавнего убежища. – Должно быть, показалось.
– А что это за дверь? – спросил Колбасный.
– Временная камера. Держим там клиенток перед отправкой, если они слишком беспокойные.
У меня мурашки побежали по коже. Значит, в этой комнате держали Розалию и других женщин перед тем, как отправить неизвестно куда.
– А где сейчас наша артистка? – поинтересовался Колбасный.
– В загородном доме. Завтра утром привезем сюда, оформим последние документы и в аэропорт. Заказчик очень доволен – такие экземпляры редко попадаются. Образованная, красивая, без вредных привычек.
– И семья не будет искать?
– Муж уже получил сообщение, что жена уехала лечиться в частную клинику в Германии. Мол, нашла спонсора, который оплатил лечение. Пока он разберется, что к чему, наша Розалия будет далеко отсюда.
– Хорошо. Тогда завтра закончим с артисткой, а на следующей неделе займемся новой группой.
Голоса начали удаляться. Я еще несколько минут сидела в темноте, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Персик лежал у моих ног и тихонько мурлыкал, видимо, пытаясь меня утешить.
Когда в здании стало совсем тихо, мы выбрались из импровизированной тюрьмы. Я быстро сфотографировала на телефон самые важные документы – фотографии женщин, поддельные паспорта, медицинские карты. Доказательств теперь было предостаточно.
На обратном пути Персик шел рядом со мной, гордо задрав хвост. Было видно, что он доволен проделанной работой. И было от чего – мой умный кот самостоятельно раскрыл преступную схему и привел меня к неопровержимым доказательствам.
Дома я долго не могла уснуть. В голове роились мысли о том, что завтра Розалию должны отправить к "заказчику", а через неделю такая же участь ждет еще восемь женщин, включая меня.
Персик устроился рядом на подушке и положил лапу мне на руку. В его янтарных глазах я прочитала решимость и готовность к дальнейшим приключениям. Мой кот явно понимал, что дело еще не закончено.
– Ну что, рыжий детектив, – прошептала я ему. – Завтра пойдем спасать Розалию и других женщин. Только как?
Персик мяукнул так уверенно, словно у него уже был готов план операции. И, как выяснилось позже, так оно и было.
Глава 7. Калории и килограммы
Утром субботы я проснулась с ощущением, что за ночь в моей голове все пазлы наконец-то сложились в единую картину. Персик лежал рядом на подушке и смотрел на меня с выражением глубокого понимания. Видимо, мой умный кот тоже дошел до тех же выводов.
– Персик, – сказала я ему, почесывая за ухом, – кажется, мы с тобой раскрыли преступление века. Морковкин и его подельники торгуют людьми под видом диетического центра!
Кот одобрительно мурлыкнул. В его янтарных глазах я прочитала что-то вроде: "Наконец-то дошло до хозяйки! А я-то думал, она так и будет таблетки глотать."
Но одно дело – строить теории, лежа в кровати, и совсем другое – найти неопровержимые доказательства. У меня были фотографии документов из тайной комнаты, заключение Аркадия Сергеевича о составе таблеток и дневник Розалии. Но хватит ли этого, чтобы полиция серьезно отнеслась к моим заявлениям?
Размышления прервал звонок в дверь. На пороге стояла Марина Булочкина с пакетом свежих булочек и широкой улыбкой.
– Таисия Петровна! – воскликнула она. – Как дела? Не заболели случайно?
– Нет, что вы, – осторожно ответила я, приглашая ее в квартиру. – А что вас навело на такую мысль?
– Да вчера на тренинге вы как-то странно себя вели. Витольд Семенович даже волновался. Говорит, может, программа слишком интенсивная для вас?
Я внимательно посмотрела на Марину. Обычно милая и приветливая женщина сегодня казалась какой-то напряженной. Да и визит в субботу утром выглядел подозрительно.
– Все в порядке, – заверила я ее. – Просто немного устала на работе. Хотите чаю?
– С удовольствием! А булочки я из своего кафе принесла. Свежие, только что из духовки.
Мы устроились на кухне. Персик тут же появился рядом, принюхиваясь к ароматной выпечке. Но вместо обычного заинтересованного мурчания кот настороженно зафырчал и отошел в сторону.
– Что это с вашим котом? – удивилась Марина. – Обычно коты обожают сдобу.
– Персик привередливый, – отмахнулась я, но мысленно отметила странную реакцию кота. – Ест только свой корм.
Марина разломила булочку пополам и протянула мне:
– Попробуйте, они с изюмом и корицей. Мой фирменный рецепт.
Я взяла булочку и поднесла ко рту, но тут Персик издал такой отчаянный вопль, что я чуть не выронила выпечку.
– Персик, что с тобой? – воскликнула я.
Кот метнулся к моим ногам и вцепился когтями в джинсы, явно пытаясь удержать от каких-то действий.
– Какой беспокойный котик, – заметила Марина, но в ее голосе прозвучала досада. – Может, его лучше в другую комнату?
– Не стоит, он скоро успокоится, – ответила я, откладывая булочку на тарелку. – Марина Владимировна, а можно вас кое о чем спросить?
– Конечно, – она натянуто улыбнулась.
– Вчера вы упоминали, что несколько клиенток центра исчезли. А не помните ли, сколько времени они посещали процедуры?
Марина задумалась:
– Ну, Светлана Пирожкова ходила месяца три, Анна Сухарева – примерно столько же. А Валентина Крендель даже дольше, месяца четыре наверное.
– И все они участвовали в каких-то специальных программах?
– Да, в "Экстремальном похудении". Очень дорогая программа, но эффективная. Витольд Семенович лично отбирает кандидаток.
– По каким критериям?
Марина вдруг нахмурилась:
– А зачем вам такие подробности? Собираетесь записаться?
– Просто любопытно, – пожала плечами я. – Хочется понять, подхожу ли я.
– Ну, обычно это одинокие женщины без близких родственников. Витольд Семенович говорит, что им легче соблюдать строгий режим, никто не мешает.