Вперед в СССР! Том 2 (СИ)

— Да, отлично.
Едва мы сели, из кафе выскользнула официантка в белом переднике и маленьком колпачке.
— Оставить вам меню, или сразу сделаете заказ? — спросила она, глянув на Кристину и чуть задержав взгляд на мне.
— Сразу, — отозвалась моя спутница. — Я у вас уже была. Мне сливочное крем-брюле и тархун.
— Мне то же самое, — кивнул я, жестом отказываясь от протянутого меню.
  
— Хорошо, — девушка кивнула. — Минутку придётся подождать.
Когда она исчезла, я посмотрел на Кристину.
— Что? — спросила та, улыбнувшись.
— Спасибо за экскурсию. И вообще — отличный…
— Вечер? — рассмеялась она. — Ещё только день.
— Ну да. Потому я и запнулся.
— Слушай, Влад, ты ведь здесь останешься, когда я уеду, так?
— Наверное, да. А что?
— Ну, просто я подумала: почему бы тебе не позвонить мне, когда вернёшься? По-моему, мы здорово проводим время.
— Согласен. И обещаю, что тебе не придётся мне перезванивать, — я улыбнулся.
— Вот и хорошо! Впрочем, у нас ещё будет время здесь. Ты же сможешь разок вырваться с работы?
— Уверен, что да.
В этот момент вернулась официантка с нашим заказом.
— Пожалуйста, — проговорила она, ставя перед нами десерт из заварного крема с карамельной корочкой. С обеих сторон имелись вафли. — Приятного аппетита.
Поблагодарив, мы вернулись к беседе.
— На самом деле, это не мороженое, — проговорила Кристина, вооружившись ложечкой.
Я кивнул.
— Знаю. Распространённое заблуждение. Но мне всё равно нравится.
— Ещё бы! Это моё любимое. Ну, или мой любимый. Если считать, что это десерт. Но не будем об окончаниях.
— Согласен. Как у тебя тут со временем? Когда можно будет тебя похитить в следующий раз?
— Дай подумать.
В таком ключе мы болтали, пока не прикончили крем-брюле и не выпили по стакану тархуна. С детства обожаю этот напиток. Не знаю, почему, но именно он покорил мои сердце и вкусовые рецепторы.
Когда вернулись в машину, Кристина взглянула на часы.
— Я обещала отцу помочь кое с чем, — сказала она. — Если честно, сама навязалась. Но теперь уже отмазываться неудобно. Сам понимаешь.
— Конечно. Никаких проблем. Поезжай.
— Спасибо. Но сначала отвезу тебя обратно. С общественным транспортом тут неважно.
— Если не трудно, то буду весьма признателен.
Спустя некоторое время Кристина затормозила возле входа в исследовательский комплекс.
— Ещё раз спасибо за прогулку, — сказал я.
— А тебе — за крем-брюле.
Мы оба замолчали, и это грозило превратиться в неловкую паузу. Так что я кивнул и вылез из машины.
— Я тебе позвоню, как смогу вырваться.
— Договорились, — улыбнувшись, девушка дала по газам, и машина рванула с места.
Проводив её взглядом, я направился к проходной. Там пришлось показать пропуск и пройти процедуру идентификации. Кем бы ни был отправившийся за мной убийца, сюда ему не попасть. Ну, разве что он прорвётся с боем. Но это маловероятно: не станет киллер рисковать. Да и смысл? Внутри же полно сотрудников.
Оказавшись в здании, я двинул к себе. Настроение было приподнятое, но в то же время я чувствовал озадаченность: красивая девушка с высокими нравственными принципами — это, конечно, замечательно, однако я здесь не для того, чтобы заводить романы. Эмиссар задал мне задачку, и её требовалось решить. Причём как можно скорее — пока Козлов или ещё кто-нибудь не счёл меня бесполезным и не отправил назад. Что-то я начал сомневаться в том, что меня станут терпеть тут две недели, если я не покажу свою значимость.
Зайдя в «номер» (ну, а как ещё назвать временное пристанище?), я убедился в том, что мой сосед так и не появился. Хм… Странно. Может, его отправили куда-то на задание? Например, к менгиру. Больше-то тут, вроде, ездить некуда.
Ладно, мне это только на руку. Особенно учитывая, что сейчас я должен отправиться в подпространство, а это так себе удовольствие. Если ты не демон, конечно, или живущее там существо. Для человека астрал, или лимб, — место неестественное и потому связанное с определёнными рисками. Лишний раз соваться туда не захочется. Вдобавок, зависишь от проводника. В моём случае — от Чу.
Чтобы настроиться на переход (в отличие от фамильяра, я не могу просто взять и исчезнуть здесь, чтобы появиться там), я разделся и отправился в ванную, где минут десять стоял под сильными горячими струями душа. Затем вышел, накинул халат и уселся на пол, выпрямив спину и положив руки на колени.
Так, небольшое дыхательное упражнение, которое я делал много раз, дабы привести сознание в порядок. Это сейчас самое главное, ведь предстоящее путешествие, в некотором роде, будет происходить внутри меня. Тело-то моё никуда не переместится. В подпространство — вернее, его верхний слой, связанный с моей душой, отправится только мой разум. Это не мир духов, а его, скажем так, оболочка. Корочка, если угодно. И в ней я должен найти то, что поможет добраться до эмиссара.
Наконец, я решил, что пора.
— Чупа, я готов.
Фамильяр появился передо мной мгновенно.
— Уверен?
— Да. Поехали.
— Не строй из себя Гагарина, — проговорил Чупакабра укоризненно. — Сейчас не время для шуток. И держись меня.
— Конечно, Вергилий. Мне нисколько не улыбается потеряться в собственном Астрале.
Фамильяр скривил рожицу, давая понять, что и эту шутку не одобряет, а затем опустил голову, сложил лапки и застыл, словно мохнатая статуя.
Прошло несколько секунд, и из пола показалась чёрная жидкость. Она сочилась прямо из дерева, быстро заполняя комнату.
Разумеется, я ожидал её увидеть, ибо уже ходил в тонкий слой подпространства прежде. И всё равно, каждый раз появление эктоплазмы вызывало тревогу.
Жидкость стремительно поднималась. Вот она достигла моего пояса, затем — плеч. Главное — не запаниковать. Не нужно задерживать дыхание или закрывать глаза. Никто не утонет.
Когда эктоплазма затопила меня полностью, я оказался в вязкой темноте. Звуки тоже исчезли. Длилось это состояние секунд двадцать, а затем я словно проснулся.
И увидел себя в огромном холле, уставленном причудливыми статуями. Вернее — застывшими фигурами. Некоторые выглядели вполне реалистично, другие представляли собой настоящие абстракции.
Нет, это был не музей. Разве что в переносном смысле.
Я оказался во Дворце своей памяти. Но то, что хранилось здесь, наверху, меня не интересовало. Ко всем этим воспоминаниям можно получить доступ в любой момент. Чупе же предстояло провести меня ниже. Намного ниже тех мрачных подвалов, где таятся подсознательные страхи, и колодцев, куда спрятаны выработанные в процессе эволюции установки и неосознанные ужасы рептильного мозга.
Мне предстояло спуститься на самое дно — в подземелье анимансера. В место, о существовании которого не знают даже самые продвинутые психиатры.
— Идём? — окликнул меня появившийся справа Чупа.
Я кивнул.
— Веди.
До этого мне лишь пару раз приходилось отправляться в подобное путешествие. И ни один из них не доставил мне ни малейшего удовольствия. Так что и от этого спуска я ничего хорошего не ждал.
Чупа направился к лестнице, но свернул перед ступеньками. Я последовал за ним. Фамильяр задержался у ведущей в подвал двери, чтобы провести по ней пальцами. Коготки оставляли на дверном полотне волнистые символы, складывающиеся в сложный мерцающий узор. Секунд через пять дверь отворилась, и мой провожатый двинулся вниз. Его шерсть начала испускать свечение, превращая питомца в живой фонарь. Я спускался следом, строго следя за тем, чтобы вставать в центр ступенек: хоть лестница и выглядела как спуск в подвал, на самом деле никаких стен слева и справа не было — как и низкого потолка над головой. Всё это являлось лишь визуализацией, создаваемой моим подсознанием, чтобы защитить меня от собственных подавленных страхов — таких, которые появляются в ночных кошмарах. И стоило сбиться с пути, оступиться, как я оказался бы в самом центре кишащего чудовищами ужаса. Собственно, по этой причине анимансеру и требуется проводник.