Обратный отсчет (СИ)

Доверившись будущему медицинскому работнику, я вместе с Синди покинул салон автомобиля. Но тут возникла небольшая проблемка: она была ниже меня на целую голову. Однако эта ситуация быстро разрешилась. Я широко распахнул заднюю дверцу и сел на край сиденья, свесив ноги наружу и подставив голову для осмотра. И работа по спасению моей бедной головушки, которая в последнее время очень часто страдает, закипела…
  
Вскоре я узнал, что получил небольшое рассечение левой брови, а также стал обладателем незначительной гематомы на лбу и малюсенькой шишки на темечке. Затем принесли мою сумку с вещами. Я поблагодарил таксиста и заверил, что не держу на него зла и не имею к нему никаких претензий. Он крепко пожал мне руку и, пожелав удачи, вернулся к своему автомобилю.
— Вот и всё, Алекс. Останется только наложить небольшой шов, и будешь как новенький, — закончив обрабатывать рану, сказала Синди и мило улыбнулась. — Приклеивать лейкопластырь я не вижу смысла. Всё равно сюда скоро приедут парамедики, и они по новой будут осматривать твою рану.
Согласившись с её доводами, я поблагодарил девушку и попытался сориентироваться на местности. Но покрутив головой, понял, что этот район города мне совершенно не знаком. Пришлось спрашивать адрес у Джеффа. После его объяснений я так и не разобрался, где именно мы находимся, но зато запомнил названия улиц, на пересечении которых мы оказались. После чего позвонил Лене и быстро рассказал ей о том, что со мной произошло по пути домой. Затем позвонил Элизабет, которая была моим куратором из клубного департамента «Семья» — она помогала мне с бытовыми и другими вопросами, — и сообщил ей о неприятном происшествии. У первой были слёзы и попытки узнать мой точный адрес, чтобы немедленно приехать ко мне, а у второй — маленький шок от непонимания того, как это вообще могло случиться со мной (наверное, она думала, что я отправился домой на танке. Триста тридцать три раза ха-ха!) и уверение в том, что «мы» скоро прибудем. Кого она подразумевала под словом «мы» уточнять я не стал. Мне было как-то не до этого. Немного подумав, позвонил своему агенту, сеньору Антонио. Испанец был немногословен. Он лишь поинтересовался, будем ли мы подавать иск на виновника аварии, и, получив отрицательный ответ, попросил держать его в курсе того, как развиваются события. Затем я незаметно сделал парочку фотографий себя красивого на телефон, а также парочку снимков с Джеффом и Синди и, переведя его на беззвучный режим, убрал во внутренний карман куртки.
Вскоре на место происшествия приехали полицейские, а затем — две бригады скорой помощи. Особенно удивительно, что там оказались и представители телевидения. Сотрудники канала BBC сработали очень оперативно! Они приехали почти одновременно с медиками, с небольшим опозданием. Как они здесь оказались? Могу только предположить, что кто-то из очевидцев аварии сообщил своим знакомым из СМИ, что я попал в ДТП и пострадал. Конечно, это событие привлекло их внимание, и они отправили на место происшествия ближайшую передвижную телевизионную станцию, чтобы сделать, как они думали, интересный репортаж. Ага, нашли ньюсмейкера для очередных вечерних новостей! Только вот забыли спросить меня, хочу ли я участвовать в этом «шоу». На мой взгляд, в этом происшествии нет ничего хорошего и интересного. В Англии, да и по всему миру ежедневно происходят сотни, если не тысячи различных аварий, в которых люди гибнут или получают серьёзные травмы.
Телевизионная братия, увидев меня, сходу попыталась взять у меня небольшое интервью, но у них ничего не вышло. Я наотрез отказался с ними общаться. А настырную миловидную женщину с микрофоном в руках, после того как она не поняла меня с первого раза, послал в дальнее эротическое путешествие. Сначала по-английски, а потом и по-русски. И только после этого опешившая репортёр оставила меня в покое. Обиженно поджав губы (похоже, никто до меня не посылал её куда подальше), она переключилась на место аварии и других пострадавших.
Затем я попал в заботливые руки медиков, дал под протокол небольшое пояснение представителям власти и вместе с подъехавшими сотрудниками клуба отправился в больницу. Там мне наложили швы и провели тщательное обследование моего организма. Вердикт врачей: я абсолютно здоров и почти невредим. Кости, сухожилия и связки целы, голова в порядке, если не замечать едва заметный шов на левой брови, заклеенный лейкопластырем телесного цвета.
Вернулся домой только в половине девятого вечера. Элизабет лично отвезла меня на своей машине и, проводив до двери квартиры, передала в руки Лены. Я был уставшим, немного злым (потому что мой телефон разрывался от звонков и сообщений, и каждый хотел узнать, что со мной всё в порядке) и нестерпимо голодным. Как мне потом рассказал мой куратор, уже через час после аварии все мировые новостные интернет-площадки и выпуски телевизионных новостей пестрили сообщениями о том, что Алекс Граф, новоявленный кумир миллионов и игрок «Манчестер Юнайтед», попал в ДТП. Хорошо хоть телевизионщики отключили звук, когда во время репортажа показывали, как я иду к бригаде скорой помощи и, не сдерживаясь в выражениях, возмущаюсь поведением одной нагловатой тётеньки с микрофоном. Правда, Элизабет с улыбкой сказала, что там звук не нужен: всё и так понятливо читалось по моим губам и выражению лица. Думаете, мне было стыдно за своё поведение? Нисколечко. Ни на грамм. Сами виноваты, нехер было меня доставать своими тупыми просьбами дать небольшое интервью и прокомментировать случившееся со мной.
Переступив порог квартиры, увидел заплаканное лицо любимой и новую порцию её слёз. Пришлось успокаивать беременную жену (много нервничать беременным противопоказано) всеми доступными способами и объяснять, что от такого случая, который произошёл со мной в такси, никто не застрахован. Все мы под Богом ходим. Она успокоилась только после того, как услышала громкое урчание моего живота и поняла, что я очень голоден. Хотя до этого неоднократно говорил, что умираю от голода. Вытерев слёзы и чмокнув меня в губы, она убежала на кухню, а я поплёлся в ванную комнату, на ходу скидывая одежду.
После душа я быстро перекусил и лёг в постель. Я был настолько измотан событиями этого дня, что даже не хотел прикасаться к мобильнику, который продолжал настойчиво вибрировать и светиться экраном от входящих звонков и сообщений. Один только Эрнст оставил около сорока пропущенных вызовов и голосовых сообщений. Про остальных даже не говорю. Те, кому было действительно важно связаться со мной, уже дозвонились до Лены и всё узнали из её уст.
Прикрыв глаза, я постарался отключить своё сознание и побыстрее уснуть. Нужно было хорошенько отдохнуть, ведь завтра предстоял насыщенный день: к 11.00 заезд на тренировочную базу, в 15.00 — выезд на клубном автобусе в Уиган. Сама встреча с местной командой была запланирована на 19:00.
Уже засыпая, я вдруг вспомнил, что не успел поблагодарить брата и сестру Дафф. С появлением этими грёбаных телевизионщиков всё так завертелось, что я просто позабыл про них. А потом приехала Элизабет и, усадив меня в свою машину, отвезла в больницу. Но прежде чем заснуть, я подумал о том, что нужно обязательно разыскать Джеффа и Синди. С этими мыслями я и уснул.
Но, к сожалению, очередной кошмар не дал мне возможности нормально поспать. В четыре утра я снова орал как ненормальный на всю спальню, а потом очень долго мысленно материл Проводника и объяснял Лене, что это последствия вчерашней аварии. Она кивала головой и соглашалась со мной, но по выражению её глаз я видел, что она понимает: со мной происходит что-то неладное и авария тут ни при чём.
После такого пробуждения сон уже не шёл. Я не спеша принял душ, убедился, что любимая спокойно спит, и, прихватив с собой ноутбук, отправился на кухню. Ранним утром во время завтрака мне позвонили из клуба и сообщили, что я не еду на игру с «Уиган Атлетик». Это было решение сэра Алекса. Он посчитал, что после вчерашнего я буду не в лучшем эмоциональном состоянии для игры. Хоть я и чувствовал в себе силы и уверенность, что отыграю этот матч на высоком уровне, спорить с наставником не стал. Он босс, и ему решать, кто из игроков должен выходить на поле и приносить команде результат. Хотя, не скрою, было немного обидно. У меня осталось не так много времени, чтобы пропускать матчи. Хочется не только получить удовольствие от любимой игры и продемонстрировать всё, на что способен, но и напоследок порадовать своих верных болельщиков и поклонников.