Валькирии Восточной границы (СИ)

— Но… а как мы тогда с господином Малютиным на дуэли дрались? — не дает мне покоя мысль. Гусар усмехается и внезапно оживает — усаживается на кровати и складывает руки на груди.
— Действительно! — говорит он: — возмутительно, Владимир Григорьевич! А еще гвардии лейтенант! Вы нарушили Манифест Императора про дуэли, какой ужас. А еще вы нарушили Указ нашего монарха о том, что препятствовать воле следователей Службы Имперской Безопасности во время проведения следственных мероприятий — никак нельзя. Ах, ну да, и конечно целую пачку законов о том, что их нельзя убивать. Но беспокоит вас только Манифест о дуэлях.
— Да не то, чтобы беспокоило это меня сильно. Просто как-то… нелогично получается — объясняю я свое замешательство: — вроде дуэли запрещены, а все знают кто и с кем дерётся, даже правила какие-то есть.
— Ну… ты в России, брат. — хмыкает гусар, закладывая руки за голову: — тут еще и не такое бывает. Вот, например — аксельбанты у валькирий твоих видел?
— Ну…
— Вот тебе и ну. Запрещены им аксельбанты. Нету в Уставе такой цацки. И в их Уложениях и Благословениях Святой Елены — тоже нету. Вообще аксельбанты только на парад носят и только гвардейские части… а они у тебя как один — левое плечо в аксельбантах. Потому что в память о Святой Елене и ее ударе копьем в Дракона. Символ. Уж сколько с этим боролись — и на гауптвахты сажали и рублем наказывали — все одно носят. Плюнули все и не замечают… потому как у валькирий, как у легкой кавалерии — век недолог. Все одно больше десяти лет не живет никто.
— Это как?
— Это так. Вот иногда я думаю, а сколько в тебе от Володьки Уварова осталось, если не считать того, что ты бабник и подраться не дурак? Все же забыл. А помнишь, как мы с тобой в веселый домик в Чите хотели заехать, а ты на вокзале с одной вдовушкой познакомился, и мы у нее две ночи гуляли? Не помнишь? Еще ее братья потом за нами гонялись… эх, из благородных была… даже на дуэли подрались… как я ему пол-лица саблей развалил… любо-дорого поглядеть было.
— Не помню. — признаюсь я: — потому у тебя и спрашиваю.
— В обычное время послал бы я тебя, Уваров в лес, с медведями амурами заниматься, но сейчас… все равно делать нечего, спрашивай, чего уж… — машет рукой гусар и валится обратно на койку: — только голову мне не морочь. Запрещена дуэль или нет — все дерутся. Ну… все благородные. Магические рода. Понятное дело простолюдинам не дозволено… ну так у них и чести нет. А если ты благородный — изволь за свое имя стоять…
— И женщины тоже?
— А то. Я ж говорю, Троицкий в свое время умудрился Марии Сергеевне мозоль оттоптать, отозвался он как-то нелестно про дев Святой Елены… а между ними и армией всегда небольшое трение было.
— Это еще почему? — каждая крупица информации об окружающем мире была важна и я впитывал ее словно ссохшаяся от жары земля — капельки первого дождя. Мелочей не бывает, я уже знаю о том, что валькирии — не армейское подразделение, что они — специальные отряды волонтеров, подвергнувшиеся особой подготовке и предназначенные для борьбы как раз с магическими тварями. А раз они — не армия, то логично, что армия не то, чтобы из любит. Кстати, да, среди гусар лейб-гвардии я ни одной женщины не заметил. Все мужчины. А валькирии — наоборот.
— Да почем мне-то знать? — пожимает плечами гусар: — может, потому что валькирии твои — все как одна красавицы, да только толку с того нет. Непорочные девы — они раздражают. Меня так уж точно. Зачем нужна дева, если она — непорочная. Мне вот нужны порочные девы. И совсем не девы. Можно даже несколько, чтобы как у турецкого султана, вокруг танцевали неглиже, а я — виноград вкушал, сорванный их нежными пальчиками… эх… — вздыхает гусар: — и чего мы с тобой натворили, Уваров. Мне до капитанской должности два года оставалось, а там — прощай Восточный Фронтир, снег, холод, медведи, твари, узкоглазые хунхузы с чжурчжэнями, страшные чанкские бабы на базарах… и здравствуй столица! Знаешь, как долго я не был на надлежащем балу? Не этом, местечковом, где барышни Зимины — дивы бомонда? Нет, я Веронику Петровну обожаю, она умудряется светские стандарты не ронять, но остальные? Здесь, в Сибири — уж слишком буквально принимают все эти заповеди. Что значит «не прелюбодействуй»? Там же продолжение должно быть! Например «не прелюбодействуй, если не уверен, что сие во добро будет». Вот это — заповедь, так заповедь. Или там «не возжелай жены ближнего своего, ежели она страшна как смертный грех»…
 
— Заповеди гусара фон Келлера — киваю я: — понимаю.
— Ой, да будто ты не знаешь как оно. У нас в лейб-гвардии обычные линейные части «чумазиками» кличут за их форму цвета хаки, линейные части нас выпендрежниками и клоунами считают, артиллеристы вообще себя богами войны считают, хотя один маг огня в расположении артиллерийской батареи — это кошмар. И все вместе СИБ ненавидят и полевую жандармерию. Только СИБ у нас благородными занимается, а жандармерия — всем остальным. И да — жандармы СИБ терпеть не могут, а сибиля — жандармов «каблуками» кличут и за идиотов держат… никого не забыл?
— А как же гражданская администрация? И…
— Знаешь, что, Уваров? А пойду-ка я на кухню, а то у меня во рту пересохло и в голове пусто, довел ты меня своими вопросами… — ворчит гусар, вставая: — нормально же лежали… про баб говорили… а ты — гражданская администрация… нудный ты Уваров. — он напяливает на голову свой кивер и щелкает каблуками: — честь, имею, нудный гвардии лейтенант! Удаляюсь на поиски приключений! — с тем он и покидает палатку.
Сажусь на кровати. События последних дней мелькали как в калейдоскопе, не оставляя времени на размышления, а кроме того, было ощущение, что нейроны мозга реципиента пересадки личности — приспосабливались к новому рисунку. Рефлексы и умения, принципы и методы — все это словно постепенно укладывалось в голове… а вот времени для этого у меня было катастрофически мало. И вот наконец — у меня есть время раскинуть мозгами, благо немного обиженный фон Келлер удалился на кухню. Когда и думать, как не под арестом? Итак, вводные данные следующие — перенос матрицы сознания, индивидуальности — в иное тело, в ином мире. Почему? Мир явно параллельной Вселенной — потому что в истории планеты Земля такого точно не было. Не было никаких тварей и Прорывов, не было огненных магов шестого ранга или любого иного, не было Ордена Святой Елены Равноапостольной и валькирий, не было… много чего не было. Вывод — существуют альтернативные вселенные. Но, это как раз мозг не взрывает, теория о существовании альтернативных миров в свое время была блестяще доказана Альтрац-Бенуа и взята за основу для так называемого «поля вероятностей Бенуа». А что взрывает мозг — это возможность переноса матрицы сознания и внедрения ее в чужое тело. Является ли это закономерностью или случайное совпадение факторов? Исходя из общей теории вероятностей совпадением это назвать мы не можем. Следовательно — полагаем что имеется закономерность, однако мы не знаем условий и факторов, влияющих на эту закономерность. С этим — все. Принимаем реальность как вводную и по мере возможности — изучаем новые закономерности. Далее — в этом мире есть магия и у меня… вернее у гвардии лейтенанта Уварова — есть Родовой Дар, который заключается в частичной неуязвимости (я не могу назвать ее полной, памятуя об иголке эскулапа) и невероятной физической силе, частично нарушающей законы физики, начиная с инерции и заканчивая законами термодинамики… много вопросов к моей силе. Или нет — к Силе. Дару. Итак — если я такой сильный, что могу голову человеку пробить кулаком (а это не так уж и легко, череп — штука прочная), то, почем я, например — руку тому же гусару Леоне пожимаю и пальцы ему в кровавую пульпу не дроблю? Нужен эксперимент.
Вот например, когда операторы обучаются работе в экзоскелетных мобильных доспехах, то их учат силу соизмерять, один из тестов — яйцами кидаться. Куриными, само собой, ну или близкими по параметрам птичьими или, если на Бетельгейзе-3, то яйцами местных ящериц. Кидать и ловить, при этом — скорлупы не повредить. А ведь усилие на сжатие пальцами в экзоскелете может камень крошить. Базальт, например. С другой стороны — а что если у меня обратный способ управление — в обычном своем состоянии я как все, но если бой, адреналин, тестостерон, смесь боевых гормонов, плюс психическое состояние и вуаля — Уваров дробит руками камень и отрывает головы тварям. По крайней мере единственный фактор, который мне приходит на ум — это стресс. Готовность к бою. В тот раз у эскулапа — не был готов, расслабился, получил иголку в глаз… и даже тогда как-то не получилось ни рассердиться толком, ни ситуацию как угрозу воспринять…