Ветеран или Мародер (СИ)
Хотя рынок — это громко сказано, так барахолка. Причем от слова барахло. Бабенки вытаскивали свои старые запасы, чего целые поколения семьи нажить успели и меняли на еду, сигареты, мыло, иногда шоколад, который был у некоторых наших солдат (трофеи), понятно алкоголь. Хотя чаще его пытались наши солдатики скупить. Хорошо сейчас разных либерастов нет, те бы сказали о вечно пьющем русском солдате. Ну во первых у людей радость и счастье — Победа! Надо отпраздновать. Во вторых, алкашкой наесться нельзя, а вот жратва есть у солдат, плюс их кормят в расположении частей. Не сказать, что у нас прямо разносолы, пища довольно грубая и явно не ресторан, но питательная. Хотя именно по этой причине рыба и раки будут пользоваться спросом даже у наших солдат.
Итого прикинув все так, да эдак, пошел и нарезал ветки ивы, стал плести морды. Понятное дело это заметили бойцы моего отделения.
— Что командир, собрался рыбки поймать? Спросил меня Пац, крепкий коренастый белорус, которого из-за фамилии некоторые в отделении пытались окрестить евреем, хотя ничего семитского в чертах его лица не было.
— Так Победа Николай, а жрем всякую гадость, хочу ушицей своих бойцов порадовать. Ответил я…
— Эх! Ушица — это хорошо… Согласился белорус и сел рядом и стал плести вторую «морду».
Как я и говорил, нельзя в мужском коллективе жить крысой. Тем более воюющем коллективе, есть риск даже пулю в спину схлопотать, но пуля еще туда-сюда. Могут бойкот объявиться и перестать уважать, тогда сам в петлю полезешь. Потому жрать свою пайку тайком под одеялом оно конечно получиться, но жить ты будешь после такого плохо. Для примера я как командир отделения не мог приказать своим бойцам помочь мне плести «морды» для рыбалки, послали бы на хрен и были бы правы. Только сержант задумал хорошее дело, что Николаю понравилось, потому и сел помогать. Такие вещи, что уху будем вместе есть даже не оговаривались. Трое же просто молча встали и отправились только в им известном направлении. Не надо думать, что отлынивали от работы. Когда мы уже справились с изготовлением ловушек, а заготовили их с запасом, целых 10 штук, они вернулись с запасом веревки, дабы закрепить наши «морды», на вопрос где раздобыли только загадочно улыбались, дескать где взяли там уже нет командир.
— Так парни на случай если нас будут искать мы с Пацем ушли в медсанбат на перевязку, я сопровождаю ему скажите плохо и кружилась голова.
— Понятное дело, заулыбались бойцы, когда мы собрали ловушки для рыбы и двинулись на выход.
Надо сказать Победа не легко далась из 10 положенных бойцов в отделении, нас оставалось только 5 человек, Пац был легко ранен. Перевязки ему не требовались, как сказали в санбате, если только начнет кровоточить. Но как отмазка такое действовало. Учитывая, что Победа была еще условно «вчера», командование из высоких чинов о нас или забыло, решая куда более важные задачи или… Есть вероятность солдатикам давали неофициальные выходные, так сказать «побухать», отоспаться и просто приятно провести время. Понятно назначались часовые, были патрули, ибо военное положение, но те кто не в наряде вроде нас сейчас, могли страдать разной ерундой по типу рыбалки. Покидать расположение части не рекомендовалось, кроме уважительных причин. Перевязка и сопровождение легко раненного бойца, причина уважительная. Хотя взводный или ротный, если встрепенется нас искать, поймет, что ушли по своим делам (например рыбалку, если догадается), но закроет глаза т. к. у нас есть эта самая отмазка. Которая надо сказать шита белыми нитками. При желании можно обратиться в санбат, были ли тут такие персонажи, делали перевязку рядовому Пацу? Не были? Ну там можно и на губу, а при желании даже под трибунал отдать, но как я говорил воевали мы вместе и на мелочи глаза закрывали.
Касательно же установки ловушек для рыбы все прошло стандартно. Благо в квартире, что мы занимали валялась разорванная и испачканная до безобразия занавески, частично обгоревшая, вот из нее я и нарезал куски материи, набрать кусочки битого кирпича в доме, который пострадал об бомбежки тоже не было невыполнимой задачей. Далее были размочены сухари, а на двух кирпичах измельчен чеснок, сразу целыми головками давили, ибо нам было без разницы с кожурой он или очищенный. Затем мокрый сухарь и чеснок соединялся в руке и разминался, формировались относительно ровные кругляши. При наличие сока чеснока и самого чеснока от такого куска хлеба воняло понятно чем. Вот эти куски и поместили в ткань бывшей занавески. Несколько грубых стяжков, благо у каждого солдата Красной Армии была нитка с иголкой и готово, зашит хлеб с кусочком кирпича, дабы не всплывало. Это и была приманка для раков. Так же по сухарю сунули в каждую «морду», отдельная приманка для рыбы, ну и установили ловушки.
Затем я как владелец донки валялся на берегу и рыбачил, а Пац собирал дрова и разложил костер. Прямо пионеры на отдыхе. Пока дрова прогорали, мне удалось вытащить далеко не одну рыбину. Не желая тратить время, просто распотрошили и обваляв в глине запекли в углях. Начинало вечереть, нам не нужно было попадать под комендантский час. Потому запеченную рыбу уложили в вещевые мешки. Затем проверили «морды» собрав рыбу и раков, поменяв наживку. Ибо как знать, насколько часто получиться рыбачить с донки, а вот собирать свой улов со своего места рыбалки, будем, как дань, что собирали татарцо-монгольцы с Руси-матушки. Как правило сержант, всегда найдет возможность минимум на полчаса пусть и не официально куда-то отослать бойца и прикрыть его отсутствие в подразделении, чего вполне достаточно поменять приманку в ловушках и собрать раков и рыбу.
Кто не служил в армии не поймет и даже удивится. Как так⁈ Ты дескать собирался барыжить рыбой, навар с этого иметь и разные ништяки купить и в Союз вывезти. Следовательно, а зачем твоим парням из отделения работать на обогащение тебя любимого, ведь у них свои интересы есть. Так думают только те, кто только под себя гребет и делиться не умеет в принципе! Мы с парнями вместе воевали, но так же и выживали, делили кров и пищу, фактически мы есть артель или если желаете коммуна. Где все вокруг народное, все вокруг мое. Понятно у каждого есть личные вещи, личный сидор с барахлишком, но не мало вещей у нас просто на общаке.
Имея эти знания о службе в армии от памяти моего прадеда (ГГ крайне трудно смирится с мыслью, что он и прадед это одна душа в разных реинкарнациях) и мои, как от менеджера-торгоша я рассчитали все на пару шагов вперед. Первые дни мы будем жрать раков и рыбу, как голодающие Поволжья. Затем она нам просто надоест, что жаренная, что печеная, что в ухе, как впрочем и раки. Одновременно мы парни молодые и жрать почти постоянно хочется, хоть в армии и кормят, куда лучше, чем на гражданке, но молодой и растущий организм, да при сильных физических нагрузках постоянно требует калории. Следовательно мы захотим мясо, минимум тушенку, молоко, сыр и все это в теории можно на рыбу и раков поменять. Каждый из нас желает вернуться домой не пустым и бедным, а богатым победителем. Привезти подарки жене, детям или такие, как я кто не женат, то порадовать маму, привезти подарки брату. Опять же нам жить в Союзе, а сейчас там почти ничего и нет, последствия войны. Потому самому надо одеваться, обуваться и т.д. неплохо будет купить шмотки, что продают на барахолке немки.
Конечно, если я как какая-то скотина буду только себе грести набивая чемодан за чемоданом барахлом, наплевав на интересы своих боевых товарищей, то они плюнут и помогать мне не будут. Вот ежели мы организуем неофициальную рыболовную артель и каждый пайщик будет долю иметь, то бойца послать за рыбой из ловушек будет не проблемой. Он и заменить приманку не забудет и раков притащит. Ибо личный интерес имеет.
Ну и касательно мяса, а конкретно тушенки. Достать не проблема! Далеко не секрет, что любой повар на полевой кухне немного химичит. Одновременно его уже задрала та тушенка, хлеб и прочая каша. Вот припрешь такому раков, он тебе немного крупы под ту же уху отсыпит. Притащишь рыбки, можно на тушенку сменять, на хлеб, масло и т.д. вроде соли, ведь даже соль сейчас дефицит.