Путешествие в молодость (СИ)

Как бы оно там не вышло, и как бы я не доверял Дябе, а прослыть стукачом ой как не хотелось.
— Да легко, — нарочито громко выдал дружан. — Пошли.
Предводитель местной гильдии Дэпсов уверенной и быстрой походкой, подсвечивая себе фонариком, шёл впереди меня. Я замыкал шествие.
Около патрульной машины к нам примкнула моя озабоченная пассия. Напарник Дябы, на пару секунд оторвавшись от смартфона, оценил нашу колонну и опять погрузился в мир отупляющих роликов.
— Да погоди ты, чего летишь, как на пожар, — взмолился я, когда до хором нашего общего друга-фермера осталось метров пятьдесят.
После двух подходов к Натахе и принятого на грудь бегать не хотелось совершенно. Возраст не тот.
— Ваш парфюм располагает, — буркнул Дяба. — Мелкий, без обид, но, шли бы вы в баню, а не за стол. А? — примирительным тоном добавил он.
Почуяв нарастающее негодование Натахи, на справедливое, к слову, замечание, я замедлил шаг, резко повернулся и еле успел запечатать её рот своими губами.
— Тише, тише солнышко, — прошептал я, на секунду оторвавшись от её чувственных губ.
Дяба, конечно, дружан, но хер их поймешь, ментов этих. Вроде нормальный чувак, а через секунду, знать тебя не знает и легко паковать может начать за поруганную честь. Вот такие они менты, тонкие и чувствительные натуры.
Да и попал Дяба в саму точку. Лично мне перед Санычем эдаким победителем хотелось предстать, а никак не в обговнянном прикиде. Вот и пришлось совмещать приятное с полезным, а пока приятное шло, прикинуть, где в деревне в два часа ночи надыбать баню.
Правда, Натаха, лядь такая, мой порыв восприняла буквально. Да и солнышком я её ещё обозвал на свою голову. Вот истину говорят, язык мой — враг мой. Эта нимфоманка зоотехническая опять растаяла и потекла. Даже на свой испорченный прикид и совершенно не располагающий аромат забила.
Да и на меня купание в фекалиях как-то странно подействовало: в паху заныло, и мой дружок, воспрянувший духом, потребовал начала третьего тайма.
— Я обратно не пойду, — разбила мои мечты Натаха, проявив чудеса сообразительности. — Давай в бане. Меня ещё никогда в парной не пялили, — сверкая возбужденными глазками, откровенничала она, стоя награнице света и ночи.
— Эээ, молодежь, чего зависли? — обломил меня пьяный вопль Саныча. — Кам цу мир. У нас тут гости.
— Только через баню. На рекорд иду, — поддел я фермера.
— Мудак ты, — поздравил меня Саныч. — Бани нет, есть хамам с джакузи.
— Сойдет, — отмахнулся я, подходя к другу. — Веди, патриот.
Разглядев мой прикид и совершенно не презентабельный натахин вид, Саныч запротестовал и попытался нас выдворить восвояси.
Не тут-то было.
То ли алкашка своё дело сделала, то ли ещё из-за чего. Впали мы с Натахой в детство короче. Протянули руки в сторону охеревшего фермера и, изображая зомби, двинулись к нему.
— Хамам, хамам, — тянула Натаха.
— Джакууузиии, — вторил я.
— Идите нахер, — возмущался Саныч. — В бане отмойтесь сначала, а потом в культурные заведения ломитесь. Мойдодыры, бля, — ныл фермер, одновременно пытаясь смыться от нас и схватить что-нибудь увесистое, дабы отбиться от двух вонючих дебилов, норовящих обнять его. — Да идите вы реально нахер. Бля, ну и воняет же от вас, — давил он на жалость.
Дрына он не нашел. Наша бухая наглость победила. Мы загнали Саныча в угол и тот, не желая быть заляпанным нечистотами, сжалился над нами.
— Идите вы нахер, вон туда. Выключатель сами найдете, дебилы, — огрызнулся он. — Отмывать все сами будете, — ворчал он, бросая недовольные взгляды на лыбящегося от такого бесплатного кино Дябу.
Тот с интересом наблюдал за нашими игрищами, сохраняя нейтралитет. Лишь на тактическое отступление Санча отреагировал легкой ухмылкой. Типа, на каждый хитрый болт есть гайка с левой резьбой. Мне даже показалось, что Дяба получил удовлетворение за испорченную погоню. Мотик то он узнал. А вот что-то предъявить, как говорится, кишка была тонка на местного олигарха наезжать.
Такой он вот, капитализм.
Дорогу к турецкой бане в забытой властью русской глубинке мы нашли без проблем. Натаха на удивление быстро обнаружила где и что, врубила нагрев, чего-то пощелкала и даже умудрилась раздобыть пару полотенец и махровый халат. По ходу, Санычевский. Мы в него вдвоем легко могли влезть. Но до помывки проверять это дело мы не стали.
 
Быстренько скинув одежду, закинули всё в тазик и залили водой. Наблюдать за голой девушкой, пусть и дурно пахнущей, но деловито снующей туда-сюда было в кайф. Реально возбуждает. Особенно если она бесстыдница и то нагнётся чуть ли не до пола, стоя к тебе спиной, или развернётся, присядет на корточки, показывая себя.
— Пусть отмокает. Потом разберемся, — продолжала активничать подруга, совершенно не обращая на меня и свою наготу никакого внимания. — Погнали уже в душ, а потом греться.
Облом пришел откель не ждали. Прежде чем греться, решили слегка омыть телеса. Но спинку мне не потерли. Пришлось всё делать самому. Два раза. И то ощущение, что от меня натурально прёт нечистотами, осталось. Я даже себе пообещал завтра разобраться с местными экологическими террористами.
Только в разогретой парной, в которой витал мягкий еловый дух, меня слегка отпустило. Да и массаж Натаха исполнила профессионально. Я тоже в долгу не остался, но руки сильно не распускал. Больше погреться и отмыться хотелось. А потом уже и развалившись на диванчике, насладиться упругим девичьим телом.
Но, планам сбыться было не суждено.
Натаха, вот точно нимфоманка грёбанная, то ли специально, то ли нечаянно, уронила мыло и, повернувшись ко мне жопой, согнулась ровно пополам. Задница, повинуясь законам физики и совращения, так аппетитно отклянчилась и раздвинулась. Такие виды чуть меньше чем в метре от моего лица мне открылись в мягком свете.
Я аж сглотнул. Судорожно. А когда хозяйка жопы, проявив чудеса гибкости, башкой под лавку нырнула…
Не выдержал я короче. Спрыгнул со своего наблюдательного поста и аки орел горный попытался с ходу овладеть такой задницей, уже спешившей принять позу быквы “Г”. Или если проще, то рака.
Лучше не повторяйте… Промазал я. Приняв энергию моего неуправляемого тела Натаха потеряла равновесие. Хорошо, что руки вперед рефлекторно успела выставить. В стену её впечатало слегка.
А пока она охеревала, я вспомнил, что хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается. Да и чтобы не упасть, я за талию девичью схватился. Чисто на рефлексах. Честное слово.
Короче, реабилитировался я быстрее, чем моя совратительница опомниться успела. Да ещё как реабилитировался.
Натахе, судя по выгнутой спине и громкому стону, понравилось.
— Давай, милый, — простонала она.
Ну я и дал стране угля. Аки молодой кролик, только что с большей амплитудой отработал. Подруга от такого подхода пришла в дикий восторг. Спинку выгибала хлеще кошки. А стонала как…
Разошелся я короче.
А я же уже не молодой. На третьем круге уже попотеть нужно. А ещё и воздуха не хватает, в глазах мушки появились. Короче вывел партизана воздуха хлебнуть перед очередной атакой, а Натаху в этот момент как затрясет и как херанет на меня прям оттуда поток нехилый.
Я в ахере, а нимфоманка в экстазе заходится. На лавку сползла аж. Трясет её, ртом воздух судорожно глотает. Глаза закатила.
Не до ебли тут мне стало. Чего делать — не понятно. На свою беду вспомнил я, как в школе учили, что если человеку плохо, воздуха свежего приток нужен. Ну и расхлебенил дверь по шустрому.
Хотя, как расхлебенил. Толкнул со всей дури, впуская воздух, схватил полотенце и давай пострадавшую обмахивать.
Вроде помогло.
— Ты чего? — удивилась Натаха совершенно нормальным голосом.
— Тебя спасаю, — ошалев от радости, что вроде попустило её, ответил я.
— Вот же, дурачёк, — улыбнулась она.
— Сама ты дура, — возмутился я, опуская руки. — Тебя так колбасить начало, я чуть не обосрался. Хорошо вспомнил…