Кости внутри (ЛП)

Они поклонились в ответ и вошли в дом. Слуги суетились, носили их сумки, забрали плащи и даже сапоги.
Они попытались увести Галину в отдельную купальню, но Гетен остановил их.
— Я иду с женой. Вы нас не разделите.
Слуги спорили с ним вежливо и немного встревоженно.
— Вас тоже ждет ванна, милорд.
— Все равно. Пусть остывает. Я ее не оставлю.
Галина была и изумлена, и раздражена. Но когда Гетен был уже близок к тому, чтобы поджечь слуг, она вмешалась.
— Хватит, — сказала она твердым тоном с властью своего статуса. — Вы перечите желаниям императора, когда он выражает их? — они покачали головами и опустили взгляды. — Я так и думала. Но вы сомневаетесь в словах герцога Риша?
Один сказал:
— Мы думаем только о его комфорте, ваша светлость.
Гетен сказал каменным голосом:
— Мне будет комфортно без споров и рядом с моей женой. Ее безопасность важнее всего.
— Вы подозреваете нас в злых умыслах?
— Я думаю, что все опасно, — прорычал Гетен, ему вторили Дуэш и Гвин.
Галина рявкнула:
— Оставьте нас, — и отвернулась. Люди Локшина убежали из купальни без вопросов.
Гетен смотрел, как закрылась деревянная дверь.
— Теряю хватку.
— Ты про властное поведение? — он кивнул. Она пожала плечами, раздеваясь. — Мне нравится, когда они слушаются с первого раза. Мне не нравится использовать тот тон, но их статус ниже нашего, лучше сразу напомнить им об этом.
— У тебя хорошо получилось.
— Ха. Ха. Ты такой смешной.
Он растерялся.
— Да? Я не пытался быть смешным.
Она покачала головой.
— Понадеемся, что мы получим то, за чем прибыли, и быстро. У стен замка есть уши.
— И глаза, — он скрестил руки, отклонился к высокой кадке с водой и хмуро посмотрел на дверь, пока Галина опустилась в теплую воду, всплыла и стала оттирать кожу. — Тебе не нужно меня охранять. Ты можешь оставить волка и чары.
Он покачал головой.
Она перестала тереть кожу, поняв, что он не окружил дом чарами. Ему было не по себе, и это означало, что он не мог призвать магию, чтобы сделать это. Он слишком устал, подавлял остатками энергии желания некроманта.
— О, — сказала она и прижалась лицом к его широкой спине. — Прости. Я не подумала перед тем, как открыть рот, — Гетен сжал ее пальцы. Он молчал. Ему не нужно было говорить. Она погрузилась в воду, чтобы смыть оставшееся мыло, а потом выбралась из кадки и вытерлась полотенцем.
Длинная туника и штаны, оставленные для нее, отличались от всего, что она носила.
— Не знаю, правильно ли я это завязала, — она пыталась затянуть шнурки туники.
Гетен оттолкнулся от кадки и открыл дверь.
— Как тебя зовут? — рявкнул он служанке.
— Нади, — пискнула она.
— Помоги Ее светлости одеться.
Девушка пробежала в комнату, мышка под взглядом голодного ястреба. Гетен нависал над ней, не моргая.
Галина посмотрела на грозного мужа и робкую девушку.
— Ты их всех распугаешь, даже если это не специально.
Он посмотрел так на нее. Она погрозила пальцем.
— Не хмурься. Дни, когда ты мог меня запугать, давно в прошлом.
Гетен вздохнул раздраженно, но и с сожалением в глазах.
— Я не пытаюсь никого запугать, — он посмотрел на нее из-под темных бровей и скрестил руки. — Но Двор гостей — ничья земля, — он указал на купальню и одежду. — Мы можем остаться тут надолго, ждать, пока император соизволит принять, а потом понять, что нас и не позовут к нему.
Девушка поправила тунику, завязала широкий черный пояс на талии Галины и отошла.
— Спасибо, Нади, — сказала Галина. — У тебя это выглядело просто.
Синяя туника доходила до ее колен, разделялась по бокам. Она ниспадала на штаны того же цвета, обе части наряда были украшены белыми цветами с длинными шеями. Шелк был плотным, дорогим, но рукава даже не прикрывали ее запястья, подходящие туфли были слишком маленькими. Она пнула их в угол и обула свои ботинки, пока служанка смотрела и кусала губу.
Но Нади пришла в себя и спросила:
— Ее светлости нужна помощь с волосами?
Галина коснулась спутанных рыжих кудрей.
— Думаю, да, — она увидела выражение лица Гетена и сказала. — Когда лорд Риш помоется, ты сможешь вернуться и сделать что-нибудь с волосами. Им нужно высохнуть.
 
Дверь за девушкой закрылась, Галина сказала:
— Мне тоже не нравится ситуация. Мы уязвимы, но я хочу вытерпеть эту проверку. Уверена, он узнал о нашем прибытии с момента, как нас увидели в городе. Если он хочет подождать и посмотреть, так тому и быть, — она села на мягкую скамью и вытерла волосы полотенцем. — Мне нравится правда, но тут мы нищие.
Гетен хмыкнул и сел рядом с ней.
— И не поспоришь, — процедил он. Дуэш и Гвин устроились у его ног, смотрели на него.
Она опустила полотенце и взяла его за руку. Его ладонь дрожала, от напряжения ее челюсть болела.
— Возьми у меня, что тебе нужно.
— Нет, — он покачал головой. — Это слишком опасно, — он убрал ее влажные волосы с лица. — Я найду другой источник силы. И немного терпения, — он поцеловал ее в висок. — Надеюсь, император не будет слишком долго следить за гостями. На нас рассчитывают люди, а их время на исходе.
— Знаю, — она ткнула его локтем. — Помойся. Чистота чудесно убирает усталость с дороги.
Он пожал плечами.
— Я не устал от дороги. Время наедине с тобой — повод для радости.
Она улыбнулась и продолжила вытирать волосы.
— Ты все равно воняешь.
Он приподнял тунику и понюхал. Его гримаса подтвердила ее слова.
* * *
Тревога за Амброзину, Янте и принца Вернарда пробралась в мысли Галины. Илькер пришел в себя? Вряд ли. Армия Валдрама добралась до Татлиса? Она надеялась, что нет, но боялась худшего. Фэдди и Элоф были защищены, или убийцы узнали, где они прятались? Она не хотела думать об этом.
Гетен помылся, и они съели несколько блюд без мяса, пока Нади заплетала волосы Галины. Она собрала косы короной на ее голове, закрепила шпильками с драгоценными камнями. Волкам принесли целых куриц, и это немного успокоило Гетена.
Они доедали, и вернулась Кадан.
— Его императорское величество примет вас.
Галина кивнула и отложила салфетку.
— Отлично.
— Вас вызовут, когда придет время, — она ушла, и Галина почесала щеку со шрамом.
— Зудит?
— Да, и сильно.
— Не чеши.
Она невесело улыбнулась ему и опустила руку.
— Давай сбежим из этой темницы, — она отодвинула стул.
Он кивнул.
— Я хочу проверить Ремига.
— Хороший повод выйти наружу и осмотреться.
Слуги зажигали фонари во дворе, когда они вышли из гостевой хижины. Ремиг был в конюшне за гостевой хижиной. Он поприветствовал воплем Гетена и Галину и даже фыркнул волкам. У него было свежее сено и чистая вода, много соломы на полу и хорошая крыша. Его даже вычесали, а седло почистили, оставили рядом.
— Люди Локшина старательные, — отметила Галина, теребя начищенное седло и уздечку. — И они не прячут Ремига от нас, так что мы не пленники.
— Пока что.
— Вот спасибо, лорд Веселье.
— Не за что, — он обвил ее рукой свою руку и повел из конюшни в сумерки. — Давай прогуляемся, — сказал он. — Хочу кое-что тебе показать.
Люди за воротами глазели и шептались, когда Галина и Гетен вышли из конюшни и пошли по ухоженной дорожке между зданиями.
— Что это за место? — удивилась она вслух. — Двор гостей кажется мерой защиты, но город не отделен от замка стеной, — ухоженная зона окружала земли императора, была шириной с городской район, и там были дома, конюшни и храмы. Стражи в желтом приходили и выходили из зданий, одни покидали зону через открытые врата, другие входили на землю дворца через белые врата.
— Стена не нужна, когда есть чары, — Гетен кивнул на ряд золотых цветов, тянущихся между деревянными столбами, отмечая границу и окружая двор. — Это не для украшения.
 
Она посмотрела на сад и столбики.
— Уверен? Я не ощутила чары, когда мы вошли.