Дьявольские наслаждения

 – Только посмей ее тронуть, и я отрежу тебе яйца, когда напьешься! Клянусь памятью нашей шлюхи матушки!
– Убери нож, – пробурчал Люк, сидя на подоконнике. – У нас мало времени. Харриет все равно нас надует. Найдем кого-нибудь еще.
Роб, вроде соглашаясь, кивнул, но неожиданно обхватил Харриет за талию.
– Вот теперь порядок. Приказы отдаю я. – Он прижал кончик ножа к ее уху и стрельнул в Эмму злобным взглядом. – А вы держите язык за зубами, пока мы не уйдем. А не то я отрежу ей ухо.
  
– Кто-то идет. – Люк перекинул обе ноги через подоконник. – Давай ее сюда и смываемся.
Эмма осуждала насилие в любой форме, но она выросла в семье с пятью драчливыми братьями и неугомонной младшей сестрой. Ей не один раз приходилось вмешиваться в кулачные бои, а также отвязывать от стула в буфетной несчастную жертву, запертую там братьями в наказание. Поэтому, нисколько не колеблясь, она запустила учебником по этикету – этой библией хорошего тона – в голову похитителя Харриет. Вся сила бесценных советов была потрачена на примитивный лоб. Удар на секунду оглушил парня. Он бросил Харриет, и она упала на колени. Придя в себя, Роб замахнулся на Эмму ножом.
Эмма мгновенно схватила диванную подушку и швырнула ему в лицо, туда же последовал томик Шекспира в кожаном переплете. Негодяй выругался и прикрыл лицо руками. Он не увидел, как Харриет набросилась на него сзади и изо всех сил толкнула к окну.
Он зашатался, а Эмма подбежала к звонку и стала лихорадочно дергать за шнурок. Почти мгновенно дверь распахнулась и появилась высокая фигура.
– Эйдриан!
Какое облегчение! Его быстрый взгляд сразу охватил представшую перед ним картину: Эмму, книгу на полу, разбитое оконное стекло. В два шага он пересек комнату и встал, закрывая Эмму собой.
С его лицом произошла удивительная и устрашающая перемена. Прямо у нее на глазах он превратился из импозантного джентльмена в безжалостного мстителя. Даже его улыбка стала зловещей.
Это не Эйдриан Раксли, наследник герцогского титула. Человек, появившийся в комнате, вполне мог только что спрыгнуть с пиратской джонки и ввязаться в битву где-нибудь на чужеземном берегу. Он скинул сюртук и вытащил из ножен шпагу.
Белая льняная рубашка прилипла к телу. В другое время Эмма отвела бы взгляд от потной мужской груди – она боялась признаться себе, но ее всегда это привлекало, – а сейчас было не до приличий, и она испытывала исключительно благодарность за то, что он появился.
– Эмма, скажите мне, что вы не поранились, – бросил он через плечо.
Она кивнула и услышала голос брата, доносившийся с лестницы. Затем – топот Хэмма в коридоре.
Но ее внимание было приковано к Эйдриану. Главное, что он находится здесь. Такой красивый. Настоящий герой.
– Со мной ничего не случилось, но Харриет!!!
Эйдриан посмотрел в окно – один из братьев уже несся по саду, теряя на ходу сыпавшееся из карманов столовое серебро и табакерки. Роб попятился к окну, держа наготове нож.
– Мы еще вернемся, – пообещал он, – так что не радуйтесь.
– Что ты сказал? – Эйдриан поднял шпагу. Эмма не сводила глаз с Эйдриана. На его губах играла угрожающая улыбка.
Харриет на всякий случай спряталась за секретером. Роб в страхе дико озирался и кричал:
– Кто-нибудь остановите его! Харриет?
Эйдриан двигался вокруг Роба кругами, потом приблизил конец шпаги к его горлу.
– Мне очень хочется тебя убить, – произнес Эйдриан таким тоном, словно сам удивился этим словам. – И я не уверен, что смогу удержаться.
Краем глаза Эмма, все еще сжимающая шнурок звонка, увидела в дверях Хита и лакея, а за ними – Джулию с теткой. Какое счастье, что Шарлотта и мисс Пеппертри проводят занятия с девочками в другом конце дома! Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они узнали о случившемся.
У Роба на лбу выступили капли пота: брат удрал, а этот дылда вот-вот проткнет его шпагой. По взгляду видно, что не пощадит.
 – Послушайте, мы же никого не тронули, – пролепетал он.
Эйдриан шпагой загнал его к окну.
– Кто это подтвердит?
– Сестру спросите, – просипел Роб. – И ту леди…
– Что скажешь, Харриет?
Харриет вылезла из-за секретера и откинула волосы со лба.
– Распотрошите его, как лосося. Это наказание Божье, а не человек.
Эйдриан посмотрел на Эмму:
– Решение за вами.
У Эммы в голове все смешалось, и хотела она лишь одного – чтобы этот кошмар закончился.
– Отпустите его, – прошептала она.
Эйдриан вздохнул, всем своим видом показывая, что ему ничего не стоит отправить Роба на тот свет.
– Вы уверены? – спросил он.
– Пожалуйста…
Бледный, как смерть, Роб застыл. Кончик шпаги мог в любой момент пропороть ему горло.
– Леди просит меня проявить сострадание. Так что вынужден тебя отпустить.
Роб стоял, затравленно глядя то на Эйдриана, то на Эмму.
– Вали отсюда, безмозглый дурак! – презрительно фыркнула Харриет. – Убирайся вон, пока он не передумал.
Роб развернулся, шагнул по усеянному стеклом полу, выпрыгнул в окно прямо на кусты роз и пустился наутек. Эйдриан с отвращением покачал головой и вложил шпагу в ножны.
Харриет в восторге захлопала в ладоши:
– Здорово! Я всю жизнь ждала, чтобы он получил по заслугам. А вы герой, лорд Волк. Будет что рассказать девочкам…
– Харриет Гарднер, – Эмма повысила голос, – ты не будешь никому об этом рассказывать. Никому! Понятно?
– Но почему, мэм? Волк ведь не сделал ничего плохого. Во всем виновата моя паршивая семейка.
– Пожалуйста, пойди с Хэммом на кухню, и пусть кухарка смажет тебе локоть мазью.
– Я сама ее отведу, – предложила Джулия. – Хит пошел в кабинет, чтобы удостовериться, не пропало ли оттуда что-либо ценное, а Хэмма отправили за стекольщиком. По-моему, надо послать кого-нибудь из лакеев в сад собрать разбросанные вором вещи.
Эйдриан обернулся:
– Могу я предложить свою помощь?
Эмма вздохнула:
– Вы более чем помогли.
Он нагнулся и поднял ее учебник.
– Отличный способ вдолбить правила поведения кому-либо в голову.
Она засмеялась, но смех получился какой-то дрожащий.
– Я не стала бы советовать этот способ.
И вдруг они остались в библиотеке одни. Эйдриан смотрел на нее, понимая, какой у него устрашающий вид.
– Я едва не убил этих негодяев, когда увидел вас здесь… и разбитое стекло…
– Но ваша выдержка достойна восхищения. Думаю, что братья Харриет не скоро объявятся – а может, вообще не объявятся, – после того, как вы с ними разделались.
– Вы не пострадали – вот причина моей выдержки. – Он понизил голос, поскольку услышал, как Хит разговаривает со слугой в коридоре. – Я сойду с ума, если мы не сможем встретиться наедине. Я веду себя так, словно…
– Завтра я буду в парке, – с улыбкой ответила она.
– Одна? – спросил он, пристально глядя на нее.
– Разумеется, не одна, – сказал Хит, входя в библиотеку. – Посмотри, что случилось с ней сегодня. Брат не может оставаться в стороне, когда дело касается благополучия сестры. Уверен, что ты со мной согласишься. – Он посмотрел Эйдриану прямо в глаза.
– Кто же с этим не согласится? – вежливо ответил Эйдриан.
Хит пожал плечами. Он уже переоделся в свежую рубашку и светло-коричневые брюки.
– Останешься обедать? Ты – герой дня и, по меньшей мере, это заслужил.
– Нет. – Эйдриан покачал головой. Он боялся, что, сидя напротив Эммы за столом, не сможет совладать со своими чувствами. Получается, что он уйдет, ничего не добившись. – Я и так достаточно вам надоедал. Сначала скандал, – он поморщился, – а сейчас вообще выгляжу пиратом.
Хит расхохотался – к нему вернулось хорошее настроение.
  
– Скандал для Боскаслов – дело привычное. Даже не знаю, как бы мы без этого обходились.
Эмма положила учебник на стол и стала проверять, не разорвались ли страницы. Она чувствовала изучающий взгляд брата.
– Мне симпатичен Волк, – сказал Хит. – Он по природе своей защитник. Однако…