Музыка нас связала... (СИ)

— Ну надо же, — пробормотал я. — А говорят, кошки не лечат...
  
Глава 10
 
В себя я приходил почти неделю. Передвигался по квартире исключительно по треугольнику «спальня — туалет — кухня». Освоил хождение с тетижениной тростью. Съел кучу таблеток, производители которых обещали решение проблем с поясницей максимум с одного приема. Если бы не говяжья косточка, на которой я сварил кастрюлю супа, пришлось бы питаться пельменями из морозилки. Не уверен, что кот захотел бы их есть — там наверняка мяса ни грамма нет, одна голимая химия. А терять личного физиотерапевта, греющего больное место по ночам, не хотелось.
  
Но вот ровно через семь дней я решился и пошел проведать тетю в больнице. По дороге выбросил мешок с мусором, сразу увеличив свободную площадь на кухне вдвое. Квест был как раз в спуске с лестницы. Вроде и не болит, а страшно.
А уж про портал я думать начал еще через неделю — очень уж свеж был в памяти тот самый писк не на шутку расходившихся крыс. Может, яду им какого злого подсыпать? Чтобы в следующий раз не так стремно лежать было.
— Что ж ты творишь, Сашка? — искренне обрадовалась моему приходу тетя Женя. — Как тебя угораздило? Ты учти, таскать тебя не смогу!
— Я и не предлагал, — буркнул я.
Каждый день по три раза я подвергался психологическому насилию. На современном птичьем языке — абьюз. Мне старательно впихивалась в голову мысль, что я виноват в столь небрежном отношении к собственному здоровью. Естественно, церковь шестнадцатого века тоже на моей совести. Но вариант с телефоном был хорош тем, что можно отложить и не слушать.
— Ты не умничай! Чтоб купил корсет и пояс из собачьей шерсти!
Представил, как по летней жаре я слегка пропотею и буду благоухать псиной. К средствам народной медицины у меня и так некоторое предубеждение, а уж к таким — и подавно. Но я кивал и ничего против не говорил. Потому что уже не одно десятилетие знаю: это совершенно бесполезно. Лучше последую старинной мужской мудрости: послушай женщину и сделай наоборот. Хотя вот вариант с корсетом надо поисследовать. Надеть его в подвале, а на той стороне снять. Так что будет занятие на вечер.
Выяснилось: поддержка спины — дело очень демократичное в смысле цены. До двух тысяч можно выбрать и переживать за поясницу чуть меньше. И доставка всего за два дня. Беру!
***
Тетю Женю я забрал домой через неделю. Исключительно из гуманитарных соображений. Потому что эта хрупкая щупленькая женщина затерроризировала медицинский персонал хирургического отделения жалобами не хуже маньяка-социопата из голливудского триллера. Я понимал, что она таким образом хочет побыстрее уйти. И персонал тоже никаких иллюзий не питал. Но каждый божий день в палату заходил заведующий отделением, начмед и главная медсестра больницы. А главный врач через день. Я сам отобрал два письма в прокуратуру. Так что как только ситуация позволила, тетю Женю выбросили на летнюю жару.
И тут же она превратилась в обычную пенсионерку, спокойно жарящую сырники на завтрак и слушающую аудиокниги про Эркюля Пуаро. Опыт победил систему. Вечерние появления котейки она игнорировала, будто и не видела рыжую морду, молчаливо взирающую на нее.
А я решил, что оттягивать нечего, и так больше месяца перерыв получился. Валера там уже, наверное, трижды впал в отчаяние. И я собрал сумку, взяв для убийства времени томик Жюля Верна. «Вокруг света за восемьдесят дней» — моя любимая книга. Впечатление не испортили даже посредственные экранизации и глупые мультсериалы. Вот так надо писать приключенческие романы: ни одного убийства, ни одной постельной сцены — а держит крепче любого триллера.
Мне стало страшно. Осознал я это, когда полез в подвал. Вот вроде всё, готов, ничего не болит, корсет затянут так, что барышни прошлых веков от зависти бы удавились, но стоило мне опуститься на колено, как я понял — нет. Не смогу. Еще и глаза закрыл, и сразу вспомнил крысиный писк. А ведь пока по поверхности гоголем ходил, спокоен был. Вообще никакого страха.
Вставать не стал. Подумал, что глупо бросать после уже сделанного. Есть такой эффект: люди продолжают даже заведомо провальные дела, потому что жаль затраченных усилий. Но я просто вспомнил маму, вздохнул — и полез дальше.
Примерно на середине пути у меня под рукой что-то прошмыгнуло, но я даже испугаться не успел, увидев в свете фонарика победно задранный вверх рыжий хвост. А ведь я заперся изнутри на крючок, и хорошо помню, что мохнатый товарищ за мной не заходил.
Странно, но на выходе кота не увидел. Конечно, можно рассмотреть вариант, что он поднялся по вертикальной стене и пролез в отдушину, но мне это показалось маловероятным. Наверное, есть еще какая-нибудь дыра. Вон, в углу, за ящиками. Я даже полез туда, отодвинул тару в сторону и посветил фонариком. Ничего. Надо вернуть всё на место, а то перед Федором неудобно будет: влез без спросу, так еще и беспорядок после себя оставил.
Легок на помине — в замке щелкнул ключ, скрипнула дверь, и появился негласный хозяин моего укрытия.
— Привет, Саня. Что это ты, решил костер разложить? Больше ни на что это барахло не годится, — улыбнулся он.
— Здравствуй. Кот за мной забежал, куда делся — непонятно.
— Рыжий, что ли? С ухом рваным?
— Да, — удивился я.
— Призрак. И не пытайся искать.
— Какой еще призрак? Настоящий. Я его кормил, он мне спину грел даже. Не могло же мне показаться.
— Зовут так. Давно здесь ходит. И молчит всё время. Никто не слышал, чтобы он даже муркнул, не то что мяукнул. Побил всех окрестных котов, кошек в гарем забрал. И всё без единого звука. Ну, знаешь, как по весне они вопят? А Призрак — нет. Подойдет, посмотрит — и девка его навеки, — засмеялся Федор. — Что это у тебя?
— Корсет. Спину прихватило. Неделю ползал по квартире, как летчик Мересьев. Этот вот, — кивнул я в сторону, где раньше был кот, — поясницу грел, спасал.
— Дай глянуть.
Федор покрутил приспособление, прикинул на себя.
— Годная штука, под любой размер подойдет. Сможешь мне такую купить? А то спину иной раз...
— Через неделю постараюсь притащить. Сегодня закажу, пока доставят...
— Я и забыл, что у вас все домой приносят. Чудно как-то.
— В пункт выдачи заказов. Вроде как на почту посылка. В Новоторске курьеров не хватает. Кто может — в Москву едет работать в этом качестве. Там за это платят намного больше, чем здесь.
Федор покачал головой, хмыкнул.
— Странный ты, Саня.
Я только усмехнулся в ответ.
***
Погода отличная — плюс двадцать два, солнышко, небольшой западный ветер. Красота, остается только жизни радоваться. Пока шел до студии звукозаписи, именно этим и занимался. И даже попытавшийся стрельнуть у меня мелочь пьяница не испортил настроение.
— Мужик, дай семнадцать копеек, не жмотись! Трубы горят, не похмелюсь — припадок трепанет! — двинул он на меня, благоухая сложным сочетанием ароматов немытого организма, перегара и дешевого табака.
— Налички нет, извини, — привычно ответил я и начал обходить его по широкой дуге.
— А что ты мне, чек выпишешь, как в кино про заграницу? — загоготал алкоголик. — Поскреби в карманах, может, тарахтит там мелочь?
— Мент идет к нам, ты, браток, поаккуратнее, — попытался я припугнуть его.
— А что он мне сделает? Рабочему человеку? На сутки отправит? Или в трезвяк заберет? Мне в ночную сегодня, а перед работой могу отдохнуть как хочу! Вертел я твоего мента вот где! — алкоголик для верности показал ось вращения, хорошо, через одежду. — О, красавица, дай семнадцать копеек! — отвлекся он на проходящую мимо женщину, и я быстро прошел мимо.
  
Уже позади я слышал, как «красавица» костерит похмельного на чем свет стоит, а тот оправдывается. Это он точно с бодуна ошибся. А мне надо за языком следить. Это у нас там фраза про отсутствие наличных никого не удивляет. В принципе, можно довольно долго жить, пользуясь только банковской картой, если ты не покупаешь ничего на рынке.