Неприступное сердце (ЛП)

В общем, именно поэтому мы с ней никогда не сработаемся: я свожу людей через приложения для знакомств, а она разводит их с помощью своего «мудрого» совета.
— Хорошо, — говорит Бостин. — Давайте послушаем следующий звонок.
— Мистер Карсон, мы можем возвращаться? — спрашивает Родерик с водительского сиденья.
Взглянув на свою дочь, я киваю.
— Да, она спит. Едем домой.
На обратном пути я слушаю, как Бостин продолжает раздавать свои мудрые советы. На этот раз она рассказывает женщине, которая разводится в пятый раз за двадцать лет, что это нормально — быть одинокой. Что, возможно, она не создана для замужества, и в этом нет ничего плохого. Затем Бостин говорит ей, чтобы та признала, что у нее так называемый «многосерийный брак» (Примеч.: последовательная смена брачных партнеров/сожителей с некоторой периодичностью), приняла это и вошла в будущие отношения, не ожидая колец и свадебных колокольчиков только потому, что они преодолевают годичный рубеж и вместе покупают дом. Женщина бурно благодарит ее, будто осознание этого никогда не приходило ей в голову, и Бостин переключается на разговор с одним из своих продюсеров, Ларой.
— Давайте перейдем к «Случайным вопросам». Ты хочешь задать случайный вопрос? — спрашивает Бостин.
— Да! Люблю случайные вопросы, — говорит Лара. — У меня есть один. Ты когда-нибудь целовала незнакомца?
Бостин смеется.
— Да. Однажды. Я имею в виду, он не был незнакомцем в прямом смысле этого слова. Я встретила его только час назад. Он был младшим братом парня, с которым встречалась моя подруга. Какой-то перспективный технический гений, который разработал приложение для знакомств и думал, что он внезапно стал Божьим даром для женщин во всем мире.
— О, Боже. — Я почти слышу, как продюсер закатывает глаза. — Один из тех.
— Да, — говорит Бостин, — один из тех. В общем, мы болтали за напитками, и он оскорблял меня налево и направо, поэтому я встала, чтобы уйти. Он догнал меня, чтобы извиниться, а потом поцеловал!
— Нет!
— Да. Он прижал меня к кирпичной стене в переулке за баром и поцеловал.
— Что ты почувствовала?
— Честно? Это был один из самых волнующих поцелуев в моей жизни. — Признание Бостин заставляет меня замереть. Я смотрю на радио, затаив дыхание, задаваясь вопросом, не кажется ли мне это. — Я говорю о страстном, плавящем трусики, лишающем чувств поцелуе. Его руки в моих волосах. Нежные губы. Полный контроль.
— Хорошо, так что же случилось дальше?
— Ничего, — Бостин делает небольшую паузу, — он мудак. И я решила, что мои убеждения гораздо важнее для меня, чем ночь с ним.
— Вау, — смеется Лара — Поговорим о самоконтроле. Ты когда-нибудь сталкивалась с ним после этого?
— Да, — говорит Бостин, — несколько раз.
— Ты… повторила бы поцелуй? В память о былых временах?
— Честно говоря, я не думаю, что он помнит это. Он был довольно пьян. И я провела последние, не знаю, четыре года, пытаясь сделать вид, что этого не произошло. Мы как масло и вода — совершенные противоположности. Он относится к тому типу мужчин, которые хотят только физических отношений.
— Фу-у, — стонет Лара.
— Я точно знаю: если ты встречаешься с одним плейбоем, то ты встречаешься с ними всеми. Спасибо, не надо.
Плейбой? Я возмущен.
Я перестал быть плейбоем в тот день, когда узнал, что случайно обрюхатил начинающую поп-звезду Алекси Электру, и что стану отцом всего через семь месяцев. Я познакомился с Алекси через мое приложение для знакомств «Дэйт Снап», и после жаркого семидневного романа мы расстались. Ей потребовалось несколько месяцев, чтобы отыскать меня, и в то время она хотела скрыть беременность и отдать ребенка на усыновление, но я не позволил ей этого.
Быть одиноким отцом в наши дни совсем не оставляет времени для моих предыдущих наклонностей плейбоя. Кроме того, такая жизнь больше не привлекает меня. Это как когда ты прекращаешь употреблять сахар, то перестаешь чувствовать в нем потребность. И как только ты пробуешь его снова, он становится слишком сладким. Почти отвратительно сладким. И ты никогда не захочешь его снова. Вот так я отношусь к бессмысленному сексу с незнакомыми женщинами.
 
Родерик въезжает на подземную парковку под моим пентхаусом. Я осторожно отстегиваю Джо из ее автомобильного кресла, и когда он выключает двигатель, голос Бостин исчезает из динамиков.
Всплеск удовлетворения наполняет мою грудь и добавляет немного бодрости в мои шаги, когда я несу свою дочь к лифту. Тот факт, что мой поцелуй был одним из самых волнующих, которые она когда-либо испытывала, ощущается как достижение, достойное празднования, так как, клянусь, последние четыре года эта женщина ненавидит меня.
В следующий раз, когда у меня появится шанс, я обязательно, черт побери, прослежу за тем, чтобы она узнала, что я помню этот поцелуй.
Я чертовски хорошо помню этот поцелуй.
  
Глава 2
 
Бостин
Слава Богу, уже пятница.
Каждый вечер на этой неделе, с восьми до десяти, я принимаю звонки, помогая женщинам навести порядок в их личной жизни. Не поймите меня неправильно — я люблю свою работу. Просто иногда это чертовски выматывает, вот и все.
Например, вчера какая-то женщина ожидала оправдания своего шпионства в ящике для носков у своего парня, которое превратилось в осознание того, что он не собирается предлагать ей руку и сердце в ближайшее время. А сегодня вечером какая-то женщина отказывалась понять, что любой мужчина, который требует все ее пароли, является психом, а не безумно влюбленным. Это заняло некоторое время, но думаю, что, когда я закончила разбирать ее ситуацию, она прозрела.
Мой продюсер, Лара, сообщает мне, что у нас есть время для еще одного звонка.
Господи, нет.
Мне нужен перерыв.
Я веду это шоу уже два месяца, и каждую пятницу я в таком состоянии. Все было иначе, когда это была просто колонка в журнале. Я отвечала на пять вопросов об отношениях, и у меня был месяц, чтобы на них ответить.
Сейчас это вопрос за вопросом, час за часом, и поскольку мы являемся спутниковой радиостанцией, мы не прерываемся на рекламу.
«Ты, должно быть, действительно ненавидишь меня», — печатаю я ей в ответ.
Она присылает смайлик ангела и говорит, что на первой линии парень.
«Парень?! И ты уверена, что он не женоненавистник?»
Я поднимаю взгляд, наблюдая за ней через стекло, где она сидит с остальной группой и отчаянно машет руками. Черт, я трачу эфирное время, нужно работать. Надеюсь, мы не молчим слишком долго...
— Хорошо, у нас есть время для еще одного звонка. Первая линия, мне сказали, что ты — слушатель мужского пола. Добро пожаловать в «Руководство для одиноких девушек». Чем я могу тебе помочь? — спрашиваю я, добавляя улыбку в свой голос.
— Привет, Бостин. — Он произносит мое имя так, будто у него есть все время в мире. Боже, он звучит сексуально. Действительно, очень сексуально. Я почти слышу грешную улыбку в его голосе.
Трясу головой, пытаясь избавиться от этого ощущения.
Нужно. Быть. Профессионалом. Все время. Независимо от того. Что. Происходит.
Я смотрю на маленький желтый листочек, приклеенный к экрану моего компьютера, на котором я написала эти слова. Они должны помочь мне сохранять хладнокровие и не терять контроль над собой, когда какой-то слушатель орет на меня и говорит мне, какая я жалкая идиотка, а такое иногда случается. Но и в данном случае они все еще подходят.
— Привет, слушатель, — говорю я. — В чем твоя проблема?
— Есть одна девушка, — говорит он тихим, но уверенным голосом, и такое ощущение, как будто он лежит на вас, и его теплое дыхание касается вашей щеки. Боже, мне нужно потрахаться. Как давно это было? Он прочищает горло, издавая тихое урчание. — И я знаю ее несколько лет. Я хочу пригласить ее на свидание, но она убеждена, что мы не подходим друг для друга.