Новая жизнь 3 (СИ)

— И поскольку сам Кента-сан в своих комментариях был неожиданно скуп — на экране появилась моя мрачная физиономия.
— Без комментариев — ворчу я в камеру: — развели тут… имею мнение и оставлю его при себе. — помню этот момент, как же. На самом деле я говорил и говорил много и долго, это у них операторы устали. Хотя говорил я как раз нужные и важные вещи да. О свободе воли и где она начинается и где заканчивается и есть ли у нас вообще свобода воли или мы, как там инженер Гарин говорил «всего лишь микробы, судорожно вцепившиеся в глиняный шарик Земли, несущиеся навстречу своей смерти». Важный вопрос, между прочим. Но меня так и не дослушали. Выключили камеру. По-моему, это невежливо — сперва приглашать, дескать мы интересуемся твоим мнением, а как до дела — так камеру выключать. И не надо, что по «существу вопроса» якобы не говорил — еще как говорил, просто некоторые вещи сперва надо разъяснять. Тут простыми «да» или «нет» не обойтись, тут возможно придется исследовать саму суть вопроса… Давным-давно… — и вот тут они камеру-то и выключили. Массаракш.
— В связи с тем, что добиться у Кенты внятного мнения о проекте или участниках нам так и н удалось … — а вот тут я должен возмутиться! Как не удалось?! Вы бы камеру не выключали и все удалось бы! Потом нарезали что-нибудь полезное — из четырех-пяти часов…
— То мы взяли на себя смелость и представим вам мнения о нем самом! — заканчивает Шика. Экран гаснет. Все прислушиваются. Интересно, кто там обо мне мнение составил и что это за мнение? Ну, любопытно же… я прислушиваюсь. Шипение…
— Еще! Кента еще! — раздается вдруг голос Мико. Черт, у них все-таки микрофоны в душевой! И неплохие…
— Давай, Кента, покажи мне зверя! Ну же! Двигайся, лентяй! — выговаривает Косум, кто же еще. Актриса погорелого театра. И чего она в подпольном клубе забыла, такие как она должны Голливуд штурмовать.
— Не останавливайся! Кента, ну! — стонет Юрико.
— Мы бы могли продолжать, но к сожалению, там очень мало… слов. — краснеет Шика: — от имени команды проекта я благодарю вас за смелость и открытость в выражении своих чувств. — она глубоко кланяется, скрывая румянец на щеках.
— А то, что у него Сила Любви — почему не показали? Правительство это скрывает? — задает вопрос Кимико, она поднимает руку вверх, как школьница на уроке и больше всего сейчас похожа на подарок, завернутый в прозрачную упаковку.
— Нет у него никакой силы любви! — фыркает Дездемона: — просто у нас на проекте одни шлюхи собрались!
— Как-то ты … резковато, Дездемона-тян — говорит Эйка в наступившей тишине.
— Что? Да я не осуждаю, я и сама … бывало. Я к тому, что нету тут метафизической составляющей. Просто раздули тему, а теперь сами на нее подсели. Это же психология — объясняет свою позицию Дездемона.
— А… ну хорошо, а то я подумала, что ты меня шлюхой назвала — говорит Юрико, расслабляясь.
— Культурные различия знать надо. — качает головой Дездемона: — я же панк. Для нас слово шлюха — скорее комплимент. Потом с точки зрения эволюции каждая женщина шлюха, а мужчина — кобель.
— Не могу сказать, что согласна с такой точкой зрения, но хорошо, что ты не обзываешься — говорит Сора. Кашляет в кулак Шика. Все замолкают.
— Официально заявляю — говорит бледная менеджер по всем вопросам: — что никакого Дара Любви не существует. Однако во избежание возможных проблем настоятельно рекомендую следовать графику приема противозачаточных. Во вторник на студию приглашен врач-гинеколог, который осмотрит участниц проекта на предмет… отклонений от нормы.
— Не согласна, Шика-сан — снова тянет руку Кимики: — это вы сейчас как будто сказали «официально заявляю, что вы все — шлюхи». А мы не такие. У нас … это… уязвимость к феромонам, вот. Дайте мне пластиковый экран. Можно два. А то меня к Кенте-куну уже тянуть начинает, а у него Сора-тян на руку тяжелая. И эта… боксерша тайская. А меня по лицу бить нельзя, я им деньги зарабатываю.
— Это у тебя психология — объясняет Дездемона: — у тебя гештальт не закрытый. Запретный плод сладок, вот тебя и тянет. С этим очень просто справится.
 
— Да? И как же? — заинтересовалась Кимико.
— Поддайся соблазну — советует Дездемона: — парень он нормальный, а с этой тайкой они еще не женились. Сору-чан по-человечески попроси — уступит, вон и Юрико не против…
— Ты точно психолог? — недоверчиво смотрит на нее Кимико: — какая-то у тебя психотерапия шлюшья получается…
— Конечно! Я ж панк! — гордо подбоченивается Дездемона: — у меня были бы такие вот гештальты — я б давно Кенту в душевой поймала. Он каждый день в семь вечера идет. Хотя… — она задумывается: — возможно прямо сейчас и появились … Кента! Ты вечером опять в душ пойдешь?
— Ну уж нет! — вскидывается Сора: — ему отдохнуть надо! Ему знаете как в голову ударили?! Ему нужен покой и выспаться, а не эти ваши… аморальности!
— Да потерплю я до завтра, что ты в самом деле … — морщится Дездемона: — раз уж ты принципиально согласна, технические детали потом обговорим…
— Когда это я согласилась?!
— Так! — говорит Шика и все снова замолкают. Она обводит нас взглядом и тяжело вздыхает: — у нас времени мало. Скоро выход в прямой эфир. Давайте по быстрому отсмотрим все и тогда уже… хорошо?
— Хай, Шика-сан! — звучит нестройный хор голосов. Оставшиеся ролики и выступления прошли без происшествий и неожиданностей. Я еще раз отметил классную работу операторов и монтажеров, вот кто из говна конфетку может сделать, неудивительно, что люди тут звездами становятся. Вот что, спрашивается первичнее — природный талант или все это — макияж, маркетинг, реклама, агенты, студия, клипы? Судя по тому, что я тут вижу — эти ребята могут и бревно из лесу притащить и раскрутить до национального айдола. Вот серьезно.
Эйка-тян на удивление органично выглядела в своей музыкальной композиции — она выступала вместе со своей группой, она давно в бизнесе и это не первое ее родео, но клип получился — закачаешься. Сора и Юрико — были представлены философской притчей об огне и холоде — очень метафорично, учитывая, как костюмы каждой из них, так и манеру боя. Юрико — страстная, в ярко-красном ципао, то взлетающая вверх, то падающая вниз, ее меч так и порхает, атакуя с самых неожиданных направлений и Сора — в строгом, черно-белом, двигающаяся рационально и коротко, продуманно. Вот такая разница. Вышло очень красиво — приковывает внимание лучше любого музыкального ролика, тут уж я во все глаза смотрел. Молодец Юрико, все хорошо продумала.
Дездемона — играла на органе. Вот уж от кого не ожидал. Ожидал все, что угодно, от «флейты водосточных труб» до саксофона и бас-гитары, а она — на органе. Контрастом ее макияж-маска, превращающая ее в кровожадную богиню ночи, сюда же контрастом — ее легкое светлое кимоно.
— От кого не ожидала — качает головой Сора: — Дездемона-тян, ты просто чудо!
— Спасибо — кивает девушка в ответ на комплимент: — мне так многие говорят.
— Просто обычно имеют в виду совсем другое — ворчит Кимико, тут же понимает руки: — но я согласна — неожиданно и Дездемона-тян — чудо. Кто бы мог подумать.
— А у нас вообще тут полно неожиданностей. На проекте — говорит Юрико.
— И во избежание дальнейших неожиданностей в очередной раз убедительно прошу всех начать принимать противозачаточные — говорит Шика: — а то врач только во вторник будет. Не надо тут «это меня не касается». Касается всех! — и она строго смотрит на нас поверх очков.
— Интересно, Шика-сан сама тоже принимать начала? — задумывается вслух Юрико. Негромко, но достаточно, чтобы Шика ее услышала.
— Я-я сделала это только из солидарности с участниками проекта! — говорит Шика, поправляя очки: — а не потому, что верю… в это ваше…в этот Дар Любви. Я, как старший менеджер не имею права требовать от вас того, чего не могу сделать сама! Поэтому мы все тут в одной лодке!
— А плывет эта лодка прямо в пасть к Кенте-куну…. — задумчиво говорит Кимико: — а у него на секундочку уже невеста есть… эх…