Новая жизнь 3 (СИ)
— Доброе утро, Кимико-сан. — отвечаю я. Честно говоря я и сам хотел бы знать ответы на некоторые из этих вопросов, а в данный момент вообще нахожусь в состоянии перманентного охреневания от происходящего вокруг меня бардака. О чем я ей и сообщаю, стараясь не растекаться мысию по древу, коротко так и емко.
— Что значит «а хрен его знает?» — изумляется Кимико: — ты то как раз и знаешь…
— Вот был такой мультик про очень интеллигентных пингвинов и самопровозглашенного лидера лемуров Мадагаскара. Так там один крокодил у Шкипера спрашивает — «Что не так с этим парнем в забавной шляпе?» А Шкипер ему отвечает — «Хотел бы я знать, Роджер. Хотел бы я знать». Так вот — хотел бы я знать, Кимико-сан, хотел бы я знать. — и с этими словами я встал и закончил завтрак, оставив Кимико с открытым ртом. В конце концов, должен же и я кого-то сегодня с открытым ртом и кучей вопросов оставить?
Решительно иду по коридору, мысленно готовясь к … ко всему, что может произойти в раздевалке душевой. Думаю… да ни о чем практически я и не думаю. Разве что о том, давно ли я мылся и правильно ли от меня пахнет, все-таки первая в этой жизни оргия — это важно. И издавать феромоны во все стороны может быть непредусмотрительно. Мы же привыкли думать что феромоны — нужны для привлечения половых партнеров и чем больше — тем лучше. Но нет, феромоны нужны для того, чтобы не допускать спаривания с неподходящими половыми партнерами. Вот когда у самцов мушек-дрозофил убирали феромоны (не спрашивайте, как — это ж дрозофилы, там вырастить легче, чем отрезать) — то неожиданно это самцы становились притягательными для всех других мушек — даже для тех, кто не совсем подходил к спариванию… и даже для других самцов. Так что феромоны — это природный механизм, такой вот предохранитель от того, чтобы не тратить всю эту энергию впустую, природу этот ваш секс не интересует, ей нужно здоровое потомство, а не охи-ахи под луной. В свою очередь люди придумали избавляться от этих предохранителей, путем жидкого мыла «Асахи» и дезодоранта «Сакура». Чтобы так сказать расширить пул вероятных партнеров. Вот меня и волнует вопрос достаточно ли я смыл с себя феромонов и не отпугну ли я Сору с Юрико, когда дело дойдет до оргии. И дойдет ли вообще? Я волнуюсь.
Вот и душевая. Оглянувшись по сторонам и не обнаружив ни табуреточек в ряд, ни сплетниц на них, которые прислушивались бы к происходящему в раздевалке — я повернул ручку и вошел внутрь.
Внутри раздевалки стояли совершенно одетые Сора и Юрико. Обе в своих обычных нарядах, Сора в костюме, Юрико — в обтягивающих леггинсах и топике. Никаких тебе чулок в сеточку, подвязок, кожаных бюстгальтеров и высоких ботфортов на платформе. Я чуточку разочарован, хотя рациональная часть мозга с облегчением выдыхает, потому что картину мира перестраивать не надо. А то начало у меня уже срастание диких фантазий с происходящим в настоящем времени происходить, впору было задуматься над своим восприятием объективной реальности. Так вот шизофреники и появляются. Мне только шизофрении в добавок к моей паранойе не хватало.
— Пришел — кивает Юрико и хватает меня за руку: — Сора, идем! — и она тащит меня в душевую. Одетым. Все еще не понимаю, но следую. Кто я такой, чтобы сопротивляться девушке в душевой? Вот в прошлый раз не сопротивлялся и смотри как хорошо было…
— Ой не нравится мне это — говорит Сора, но идет вслед за нами. В душевой Юрико открывает ближайшую кабинку и отрывает там кран. Вода льется, залив ее рукав, она чертыхается и убирает руку. Поворачивается ко мне.
— Уверена, что тут микрофоны тоже стоят — говорит она: — шум воды заглушает…
— Угу — киваю я. Как же, прием известный еще со времен «Штирлиц спал. Он спал глубоко и спокойно, но ровно через двадцать минут он проснётся. Это тоже одна из привычек, выработанная годами.» Пустить воду. Наклонится к собеседнику рядом с водой. Снять звук без помех в такой ситуации возможно только направленными микрофонами, вода создает акустический поток «белого шума», выделить из которого голос очень сложно. С другой стороны, при хорошем оборудовании — возможно, конечно…
— Вот что, Кента-кун. Твоя вчерашняя выходка натолкнула меня на мысль — говорит она и даже мне, стоя рядом — приходится напрягаться, чтобы понять, о чем она говорит.
— У нас троих и шансов то никаких нет, если не скандал и все такое — продолжает она: — если коротко, то мысль следующая — мы создаем легенду!
— Я не одобряю… — складывает руки на груди Сора: — как-то это … глупо все.
— Тц! Помолчи, Сора. Смотри, если ты действительно хочешь победить, хотя бы в финал пройти — то тебе надо или гением быть… хотя нет, никаким не гением. Надо очень понравится аудитории. Все эти голосования внутри группы — они только для того, чтобы нас всех внутри поссорить и уровень драмы поднять. Ключевой голос, последнее слово — всегда за аудиторией, помните же. — говорит Юрико и переступает на месте, уберегая свои белые кроссовки от брызг воды из душевой кабинки.
— Вот ты скажи, Сора, у тебя была иллюзия, что ты победить можешь? Ты рассчитывала на победу? Молчишь. Ты, Кента, вообще вылететь в субботу должен был. Но сейчас у нас появился шанс! Более того — появился шанс для всех нас! Всех троих. Вы же помните, что семь недель — это срок проведения шоу. Но вы помните так же, что в финал могут пройти и группы, которые образовались на проекте — те же «Банг Бойз» или «Бэд Китти Герлс», «Урбан ниндзя»…
— Помню — киваю я. Действительно, шоу длится семь недель, ни неделей больше, однако это не значит, что каждую субботу кто-то обязательно вылететь должен. Да, есть собрание с публичной поркой и зачитыванием СМС, есть голосование, но есть и бонусы, дающие преимущество и иммунитет от вылета, есть голосование зрительских симпатий, которое тоже дает такие преимущества и много еще чего есть. Проще говоря — устроители проекта найдут как заставить шоу «гоу он».
— Так вот — говорит Юрико: — секс на проекте — это вроде как не сильно поощряется, однако жутко разгоняет рейтинги. Ту же Бьянку вспомните.
— Не буду я как Бьянка! — говорит Сора и, по-моему, начинает метать глазами небольшие молнии. Атмосфера накаляется.
— Да погоди ты! — повышает голос Юрико: — просто секса недостаточно! Это скандально и все такое, но не более. Подумаешь, потрахался Кента с Такеши, хотя конечно, что Такеши — не парень, а девушка — это поднимает планку, но… уже на следующее голосование мы все будем с пустыми руками. Кента со своим уличным боксом, ты с традиционным кендо и пением. Это все одноразовые трюки. А вот если мы создадим легенду — то телевизионщики нам еще и подыграют, акценты правильно расставят, все такое.
— Так, пока мне все понятно — говорю я: — в целом я с тобой согласен, конечно. И да, не собирался на этом шоу дольше чем неделю торчать. Но раз Такеши попросила…
— Вообще-то ее Мико звать. — говорит Сора: — все равно все уже знают, что она девочка.
— Мико… Мико… хм… кого-то она мне напоминает… — чешет подбородок Юрико и вскидывается: — Неважно! В любом случае я предлагаю нам троим создать Легенду! — и она встала, раскинув руки и расправив плечи, словно на арене перед выходом на трюк.
— Какую легенду? — спрашиваю я. Это вот «жжж» неспроста и осталось только выяснить насколько это правильные пчелы и какой приход от их меда.
— Легенду о Даре! Мистический Дар, переходящий из поколения в поколение! Вот! — и Юрико помигивает мне: — Дар, который позволяет мужчине заполучить себе любую женщину! Дар Любви!
— Я… я против! — говорит Сора, но теперь уже я поднимаю руку. Интересно же послушать.
— Можно огласить весь список. Пожалуйста. У меня временно со слухом что-то… ты говорила о Даре Любви?!
— Ээ… ну можно это назвать и Даром Доступного Секса, но так будет звучать романтичнее — для девушек. А парням неважно как называется — главное результат. Значит так, смотрите, сегодня вечером я с Кентой запрусь в душевой, и мы будем все эти ваши стоны изображать. А ты, Сора, обеспечь, чтобы все под стенками собрались и послушали. Это первый шаг…