Твоя наследница (СИ)

— Вау!
— Крууууть!
Наша ребятня в восторге. Они подскакивают, хлопают в ладоши, улюлюкают и довольно галдят, неотрывно наблюдая за кружащим над головами вертолетиком.
— Красиво… — озвучиваю Давиду причину своей счастливой улыбки, когда ловлю на себе его темно-карий взгляд.
— Согласен, — кивает он в ответ, хотя голову так и не поднимает, чтобы удостовериться, а продолжает рассматривать меня.
  
Чувствую, как щеки от пристального внимания загораются пламенем, а рука самопроизвольно тянется к волосам, чтобы убрать за ухо выбившийся локон и проверить идеальность прически.
Фу, Котова, ну ты прям, как студентка-первокурсница на первом свидании. Отмирай скорее, а то сейчас и дети твоим заторможенным поведением заинтересуются. Игрушка-то скоро того… приземлится.
Хохмит внутренняя язва, намереваясь вернуть поплывшие мозги на место.
Естественно, я с ней солидарна. И то, что туплю — понимаю прекрасно.
Но… легко сказать, да сложно сделать.
Тут не только у меня, у любой особи женского пола аритмия и отупение в форме приподнято-восторженного состояния приключится, когда на нее такой мужчина обратит внимание.
Высокий, широкоплечий. Уверенный в себе и слегка надменный. Даже в бомбере и джинсах, которые я вижу на нем впервые, поскольку он никогда и ни при каких обстоятельствах не изменяет своим деловым костюмам, Давид выглядит солидно и органично.
Я глаз не могу оторвать.
Господи, вот это фигура. Он совсем не кажется лощёным, скорее спортивным. И эта упругая и энергичная походка. Длинные и крепкие ноги, упругая зад…
Котова, глаза подними, зарраза! Совсем спятила?!
Рявкаю на себя, отчего моя внутренняя язва обалдевает, удивленно хлопая ресничками. Сама в шоке, но по-другому ведь никак.
Ага! Вот так уже лучше! Хвалю силу воли.
Смотри на лицо — даю установку… и сглатываю.
Лицо Цикала — тоже примечательное. Не то чтобы красивое, скорее волевое. Взгляд прямой, уверенный, щетина эта завлекущая. Глаза такие тёмные, что не видно зрачков. Горький шоколад, не иначе.
Линии челюсти чёткие, шея сильная с выпирающим кадыком. На фоне кипенно-белой тенниски кожа кажется еще смуглее, словно солнцем поцелованная.
А-а-а, Котова, ты сумасшедшая! Отвернись немедленно и сосредоточься на детях.
Прикусываю губу, глубоко выдыхая и прикрывая на секунду глаза.
Слабачка.
— Мы возьмем три, — Цикал, сам не подозревая, какой молодец, спасает положение, обращаясь к продавцу и переключая на него внимание. — Выбирайте, ребята. — А это уже нашей развеселой мелкой троице, шумно зажужжавшей, стоило услышать разрешение.
— Но запустим их чуть позже, когда найдем более спокойное место, — вклиниваюсь уже я, мечтая поскорее сменить дислокацию.
Толпа, которая вокруг нас собралась, поддавшись стадному чувству и присоединившись к наблюдениям за полетами, напрягает. Не люблю, когда со всех сторон поджимают и давят взглядами и вниманием.
Довольные покупкой дети совершенно не спорят, почти моментально определяются с выбором и, увлеченно разглядывая свои модели, с жаром обсуждают плюсы и минусы каждой.
Со стороны, милота милотой.
— Куда дальше? — поворачиваюсь к Давиду, стоит нам покинуть территорию торговых рядов.
Раз пригласил в парк, так пусть и программу отдыха озвучивает. Всё-таки интересно, что он выберет для малышни.
— Предлагаю сейчас съесть по мороженому и пойти кататься на роликах и самокатах, — произносит уверенно Цикал, будто заранее все продумал. — А после уже аттракционы, чтобы ноги отдохнули.
Ну, так и есть. Давид не зря крутой бизнесмен. Ничего на авось не делает, всё просчитывает и ко всему готовится.
И это впечатляет, потому что чувствуется забота и внимание.
— Я «за»!
— И я!
— Я тоже!
Три счастливые мордахи мгновенно отвлекаются от оживленной болтовни, стоит их ушкам услышать волшебное слово «мороженое!», и окружают нас.
— Ты не возражаешь? — карие глаза ловят мой взгляд.
— Конечно, нет, — отвечаю, обнимая прижавшихся ко мне девчонок, и отзеркаливаю чуть кривоватую улыбку Давида.
* * *
— Вот это круто мы отдохнули, — выдает восторженно Богдан, растянувшись на заднем диване огромного джипа, которым управляет Давид.
Две не менее колоритные машины охраны держатся в арьергарде, но уверенно не позволяют никому вклиниваться в слаженную тройку.
Я сижу на переднем пассажирском сидении и с улыбкой поглядываю то на разомлевших, но жутко довольных ребят, то на немного уставшего Цикала. Пусть он и старается держаться бодрячком, но от той массы впечатлений и адреналина, которые мы словили за этот день отдыха, любой сдуется.
Я и сама уже еле ноги переставляла, когда мы покидали парк. А уж забравшись машину и скинув обувь с уставших ступней, почти застонала от счастья.
Тормознула себя в последний момент, наткнувшись на темно-карий всё подмечающий взгляд…
Его взгляд.
— Ага, здорово, — весело поддакивает Богдану Амина.
Кажется, эта попрыгушка — единственный член нашей дружной компании, который еще горазд и горазд… развлекаться. Дочка стянула с плеч рюкзак, подаренный Давидом, и, обняв его двумя руками, сидит и пританцовывает, что-то тихонько напевая себе под нос и болтая ножками.
А вот Надюшка почти дремлет. Прислонившись к задней боковой двери, она свернулась клубочком и медленно моргает, от раза к разу клюя носиком всё сильнее.
Ничего, сейчас приедем домой и отдохнет. Тем более, что уже пообедали и заморачиваться готовкой не придется. Давид приглашал нас на перекус в уличное детское кафе.
И пусть фастфуд я не слишком приветствую, да и по Цикалу несложно оказалось заметить, что он в таком месте оказался впервые, но наелись мы вкусно и от души.
Картошка фри, чизбургеры, бигмаки, стрипсы, соусы, молочные коктейли и кола.
От воспоминаний с каким недоверием изначально взирал на этот продуктовый набор Давид и с каким воодушевлением наша юная троица, растягиваю губы в широкой улыбке.
Милое зрелище и весёлое одновременно.
— Нужно будет обязательно повторить, — продолжает Амина, смотря на отца с восторгом и легко читаемой надеждой в глазах.
А у меня сердце колет: до чего же они похожи. И как тянутся друг к другу.
— Я хочу научиться ездить на роликах сама, — заканчивает дочка уверенно.
Ролики.
Вот еще один момент, который тоже глубоко меня сегодня затронул.
Из кучи предложенных вариантов: самокаты, велосипеды, скейт, ролики, Гроссо выбрали последнее, так как довольно хорошо на них научились кататься. Моя же красотка решила от друзей не отставать, хотя надевала коньки второй раз в жизни.
Держалась она, естественно, неуверенно, но с привычной упертостью борола в себе это чувство. Даже периодические падения не отпугивали, и она продолжала кататься.
Богдан с Надюшкой, молодцы, ее постоянно поддерживали веселыми шутками, подбадривали, кружили рядом и не уезжали далеко, чтобы она не расстраивалась.
А в какой-то момент уже не устоял Давид. И активизировался. Чтобы дочка не падала, он стал сам учить ее правильно ставить ноги, приседать, отталкиваться, ловил, если видел, что вот-вот Амина встретится с асфальтом, и бегал, держа ее за руки, чтобы она почувствовала скорость.
Да. Это делал Давид.
Давид Цикал, крутой бизнесмен и мега-человек, бегал по парку, чтобы порадовать собственную дочь.
Это было круто.
Суперкруто и переживательно до слез.
Я не смогла удержаться, наблюдая за общением отца и дочери, за искренностью их взглядов, улыбок, жестов.
Достала телефон и сделала несколько снимков.
Такие моменты достойны того, чтобы увековечиться в истории. Думаю, если когда-нибудь позже Цикал их увидит, то непременно обрадуется.
  
— Обязательно повторим, — отзывается Давид. Отрывает взгляд от дороги и смотрит на меня. — Так ведь?
— Обязательно, — подпадая по его магнетическое обаяние, откликаюсь я.