1942-94. Заложник времени (СИ)

Наумов кивнул, соглашаясь.
– А что это может значить?
– Точно не знаю, может железа много в земле вокруг, а может еще какая аномалия…
– Правильно, – согласился тот. – А мы что, по-твоему, ищем?
– Зиндан…
– Точнее – пространственно-временную аномалию. В виде этого самого зиндана! Теперь уловил?
– И как я сразу не догадался?
– Бывает, – отмахнулся Василий. – Все-таки ты это увидел. А это – главное. Давай еще по одной и спать. Поутру точно определим, куда били молнии.
Почти до самого утра Наумов не сомкнул глаз. Мысли о неожиданном открытии не давали покоя, все время возвращаясь. Как и настойчивый шум дождя. Вспоминал последнюю ночь на блок посту и не мог уже представить, что была та, другая жизнь. А была ли она вообще? С каждым днем она стиралась, тая во времени…
Проснулся от того, что кто-то настойчиво толкал в бок.
– Просыпайся, пора…
Он открыл глаза и увидел склонившегося Василия.
– Вставай, хватит дрыхнуть. Нас ждут великие дела!
– Где-то я уже это слышал, – переворачиваясь на другой бок, проворчал Иван. – Еще пять минут. И буду готов к труду и обороне.
Вскоре, весь отряд воссоединился, что бы продолжить движение к уже вполне осязаемой цели. Небольшие расчеты показали, что местом притяжения молний прошлой ночью являлся соседний горный хребет. До него было рукой подать, поэтому на совете, где присутствовал и Наумов, решили отправиться до него сразу, как только подтянутся остальные. Погода им благоволила – дождя не было, а выглянувшее сквозь тучи солнце, подсушило грунт под ногами.
– Видишь, – указав на склон горы впереди, Василий. – Самолету тут никак не сесть. Потому немцы и устроили аэродром ниже, на плато. Оборудование тащить не близко, но все же не сотню километров по перевалам. Все одно к одному.
– Надеюсь, – произнес Иван. – Если честно, то я уже устал искать то, чего может и не быть на самом деле.
– Не дрейф, прорвемся!
Отряд спустился еще метров на пятьдесят, когда передовая группа застопорилась, обнаружив на пути нечто важное.
Это были остатки какой-то вышки, наподобие опоры линии электропередачи. Сейчас от нее остался только железобетонный фундамент с торчащим в разные стороны ржавым металлом. После беглого осмотра пришли к выводу, что она была специально уничтожена взрывом.
Словно шестеренки провернулись в памяти Наумова, воспоминания, когда он дотронулся до остатков башни. Общение с Шеффером, эксперимент, удар ногой…
«…я не знаю всех деталей, но когда над антенной соберется грозовое облако, готовое отдать свой заряд, эта штука начнет вращаться, генерируя электромагнитное поле…»
«…серьезная вещь, я бы подумал, что это и есть «машина времени», если бы…
«…а вы правильно думаете, в принципе – это она и есть…»
Спустя секунду он отдернул руку от теплого металла и произнес:
– Мы на месте…
Он долго бродил между камней, в надежде отыскать то самое место, где Шеффер проводил эксперименты со временем, но видимо все следы были тщательно уничтожены. Ну, что же – главное что они нашли ту самую поляну. Инженеры распаковали оборудование и, к вечеру все было настроено и готово к эксперименту. Оставалось только дождаться грозового циклона. А это лишь дело времени. Иван же маялся от безделья или точнее – от томительного ожидания. Решалась его судьба – либо в ближайшее время он вернется домой, либо навсегда застрянет в этом времени и месте.
  
Глава 30
 
Гроза, как всегда началась неожиданно. Налетели резкие порывы ветра, небо потемнело и затянулось тучами. Загрохотало. Начался ливень. Команда заняла свои места у приборов в ожидании первых молний. И они приближались вместе с грозовым фронтом.
Наумов не находил себе места, меряя шагами тесное пространство штабной палатки.
– Успокойся, Иван, – посоветовал Василий. – Хлебни лучше спирта. Говорят что успокаивает.
– Я и так спокоен, – отмахнулся тот, продолжая ходить взад-вперед.
– Вижу, что ты само спокойствие. Сейчас сапоги до дыр протрешь. Ну, все, хватит, уже голова от тебя кружится, – прервал он этот марафон. – Наши специалисты не пальцем деланные – если портал откроется, то они этого не упустят.
 
– Надеюсь.
Василий взял со стола флягу и налив немного в стоящую кружку, пододвинул ее в сторону Ивана.
– На, пей.
Тот остановился, взял ее в руку и, поднеся ко рту, неожиданно замер.
– Ты чего?
– Слышал?
– Что?
– Выстрелы, – Наумов поставил кружку обратно на стол. – Стреляли, кажется…
Тот вопросительно уставился на него, прислушиваясь. Сквозь треск грозовых разрядов и шум дождя отчетливо раздалась автоматная очередь. Василий вскочил со стула и бросился к пирамиде с винтовками.
– Что за…!?
В этот момент в палатку ворвался мокрый часовой.
– Немцы! Напали с гор!
– Всем в ружье! – заорал тот, выскочив на улицу. – К бою!
Наумов тоже схватил винтовку и, проверив обойму, выбежал следом.
Впереди снова послышался треск выстрелов и, мелькнули вспышки огня.
– Ложись, ложись! – кто-то закричал с боку.
Иван упал на мокрую землю, укрывшись за большим камнем. Передернул затвор и выстрелил в сторону склона горы. Несколько пуль ударили в камень, высекая искры и, унеслись в ночное небо. Слева мелькнула тень – это был Василий. Он упал рядом, тяжело дыша.
– Десант, немецкий. Человек двадцать. С минометом. Двое наших уже убиты. Ты лежи тут и не высовывайся, мы сами разберемся. Сейчас ребята развернут пулемет и им мало не покажется…
В подтверждение его слов позади раздалась длинная очередь. Патронов не жалели поливая склон смертельным градом пуль.
Василий еще что-то сказал, но его слова утонули в шуме стрельбы и раскатах грома. Махнул рукой и скрылся в темноте. Вскоре все затихло – видимо противники оценивали ситуацию. Но, тишина была мимолетна – протяжный свист и метрах в двадцати расцвел яркий цветок взрыва. Затем еще и еще один ближе. Осыпало землей, в ушах зазвенело. Пора было покидать позицию и найти более безопасное убежище.
Снова застрекотал пулемет позади. Снова свист мины, взрыв. Пулемет замолчал. Иван сделал два выстрела и начал отползать в направлении лагеря. Впереди на спине лежало чье-то тело с зажатой в руках на уровне груди винтовкой. Часовой. Первый из тех, кто погиб. Обогнув его по дуге, Наумов устремился дальше. Пулемет все еще молчал – видимо расчет накрыло минометным огнем. То тут, то там слышались одиночные хлопки Мосинок и глухие трели автоматных очередей. Показалось, что он слышал отрывочные команды на немецком языке, но снова прислушавшись, так ничего и не разобрал. Гроза набирала силу. Молнии засверкали все ближе и все чаще.
Когда он в темноте не без труда нашел пулеметную точку, то обнаружил, что его опасения подтвердились. Расчет был убит минометным обстрелом. Они так и лежали рядом присыпанные землей, побитые градом осколков. Первым делом Иван проверил исправность пулемета. MG-42 – «швейная машинка Гитлера». В этот поход его взяли из-за относительной легкости и убойности. Ствол и ствольная коробка были в полной сохранности. Лента заправлена и израсходована процентов на сорок. Он оттащил мертвые тела в стороны и, заняв позицию за пулеметом, стал ждать, когда впереди появятся фигуры немецких десантников. Стрельба немного поутихла. В отличие от грозы. Грозовой циклон набрал силу, проливая на головы шквал воды. Треск молний оглушал. Временами становилось страшно, что одна из них попадет в пулемет и испепелит в прах.
Спустя минут десять, когда руки заныли от напряжения, на склоне появилось несколько фигур.
– Давайте сюда, здесь все мертвы! – крикнул Наумов по-немецки. Одна фигура поднялась в полный рост, следом вторая. И тогда он открыл шквальный огонь. Фигуры упали, подкошенные, а он все жал на курок, пока пулемет не замолчал. В ответ вокруг взметнулись фонтаны брызг из воды, грязи и мелких камней. Нужно было уходить, иначе и его накроют минометным огнем.