Кольт 99 калибра (СИ)

Ковач оглянулся, ища поддержки у стоящих вокруг отдыхающих, но, увидев спешащего к нему инспектора, тотчас заторопился:
- Я только что хотел вам всё объяснить, вельможный пан, но вы так грубо меня прервали, что я потерял всякое желание продолжать наш разговор! Позвольте мне откланяться! Честь имею!
Мужчина растерянно смотрел на бумажник, который бесцеремонно сунул ему в руки карманник.
- Стой, Ковач! - Инспектор подхватил вора под руку. - Мы поймали тебя!
Новак шёл впереди, следом за ним Адам вёл под руку поникшего и сломленного воришку. Уже подойдя к машине, Горак резко развернулся и отвёл задержанного к парковой скамейке напротив автомобиля. Усадив растерянного Ковача на скамью под акацией, Адам плюхнулся рядом с ним. Новак торжествующе улыбаясь, стоял перед ними, любуясь своей добычей:
- Ну, здравствуй, Франтишек! Да, годы идут, а ты не перестаёшь меня удивлять! Ты же был известным аферистом, а заделался обычным карманником? Как же ты докатился до этого? Что произошло?
- Годы, годы, Матус! Они берут своё! - Ковач судорожно сглотнул, в глазах карманника засветилась слабая надежда. - В этом мире лжи и лицемерия я вдруг почувствовал, как трудно мне стало обманывать! Люди совершенно перестали доверять друг другу! Куда катится этот мир? Да ещё где-то подхватил этот проклятый метеоризм! Стало невозможно работать!
- Да уж! – Сочувственно покивал Новак. – Я так понимаю тебя, Франтишек, так понимаю. У нас у всех теперь здоровье оставляет желать лучшего! Но всё же, не забывай, что для тебя я – пан инспектор! Ну, или, в знак нашей давней дружбы, можешь называть меня просто – пан Новак. Так не хочется разбивать тебе морду, ведь нас столько связывает! Мы же почти друзья!
- Да, я понимаю вас, пан Новак. - Закивал головой Ковач. - Вы не поверите, я даже обрадовался, когда увидел вас сегодня!
- Конечно же я не поверю тебе, старый жулик! – Новак сел рядом и ласково похлопал карманника по твидовому плечу.
- Вы в новом костюме, пан инспектор! Значит, дела в полиции идут неплохо?
- Это так, Франтишек! Молодёжь наступает вам, старикам, на пятки! Веришь, мотаюсь целыми днями! Столько желающих поселиться в тюрьме, ужасно устаю целыми днями записывать их имена!
- Да, я понимаю, понимаю! Молодость, энтузиазм! Вы же знаете, пан инспектор, что если человеку хватает денег, то ему явно не хватает воображения! А помните, как мы с вами носились по всему городу? – Ковач рассмеялся, его взгляд оживился от воспоминаний. – Не забыли ещё эти гонки, как бурлила кровь?
- Ха-ха! Конечно, помню, Франтишек! - Взгляд Новака затуманился от воспоминаний. - Такие погони, как их можно забыть? Это же были лучшие годы нашей жизни! Хорошо, что не пристрелил тебя тогда, с кем бы я теперь разговаривал? Да, молодость, молодость!
Адам с интересом слушал разговор двух старых знакомых, их встреча его явно тронула.
- Да! Так что вы хотели от меня, пан Новак? – Ковач вытер глаза платком. – Вы же не просто так оторвали старика от его дел?
- Нужна твоя помощь, Франтишек! – Инспектор испытующе смотрел на карманника. – Поможешь мне по старой памяти?
- Ну, конечно, пан Новак, мы же друзья! Сделаю всё, что в моих силах, если это не будет противоречить моими убеждениями!
Новак наклонился поближе и тихо спросил:
- Тогда ответь мне, тебе известно имя Теодор Багневский?
- Знаю ли я Теодора Багневского? - Ковач рассмеялся. - Ушам своим не верю! Этого жулика знает весь город!
- Что ты можешь сказать о нём?
- Что я могу сказать? Упаси вас господь иметь дело с поляками, пан Новак, вот что я могу сказать! Одно слово – жулик! Беспринципный тип!
- Конкретнее, Франтишек! - Инспектор заинтересованно смотрел на него.
- Вы же знаете, пан Новак, как я люблю делать людям добро! – Говорил Ковач, раскачивая обеими руками стоящую перед ним на тротуаре трость.
- Особенно чужое! – Заметил Новак.
- Ну да! – Согласно кивнул Ковач, поглощённый своими мыслями. – Так вот! Вы знаете пана Франца Штенгеля?
 
- Владелец казино и ресторана «Звезда»?
- Да, пан Новак, он самый! Так вот, Теодор Багневский и Франц Штенгель вдвоём тайно скупили все акции пивоварен в нашем городе, а потом каким-то образом устроили обвал на бирже! Вы, конечно же, слышали? Так вот, на этом они заработали пять миллионов крон! – Назвав сумму, Ковач возбуждённо покраснел.
- Ого! А это сколько? – Изумился Горак.
- Это очень, очень много Адам! – Взглянув на него, Новак вновь обратился к Ковачу. - И как тебе удаётся с такими знаниями оставаться на свежем воздухе?
- Эти знания и сохраняют мне здоровье, пан инспектор! - Шёпотом ответил Ковач.
- Слушай, Франтишек, а если бы тебе вдруг понадобилось доказывать то, что ты мне только что рассказал? - Новак испытующе смотрел на него.
- Кому? – Ковач удивлённо вскинул взгляд на инспектора.
- Неважно! Как бы ты это сделал? – Продолжал Новак, закуривая.
Ковач задумался, положив голову на руки, лежащие на рукояти трости.
- Я вас понял, пан инспектор! У Багневского была любовница, теперь, конечно, бывшая любовница! Звали её Тереза Ковальская! Может, слышали?
- Нет! Расскажи о ней!
- Она одно время пела в «Звезде»! Там они и познакомились.
- Так чем она зарабатывает себе на жизнь?
- Я бы не стал её осуждать, пан инспектор! Как говорят, лучше уж беситься с жиру, чем от голода!
- И кто так говорит, Ковач, ты и пара твоих дружков?
- Странный вопрос, пан инспектор! Как на него ответить?
- Ладно, можешь не отвечать! - Махнул рукой Новак. - Чем она может мне помочь?
- Она была в курсе дел этих двух мошенников, и её слова откроют вам глаза на многое, что происходило тогда в городе!
- Спасибо, Франтишек! - Новак встал со скамейки. - Рад был увидеть тебя!
- И что, вы меня не заберёте? - Удивился Ковач.
- Отправляйся домой! - Взгляд Новака стал холодным и строгим. - Кошелёк у хозяина, никто не пострадал, за что мне тебя забирать? И мой тебе совет – прекращай уже свою практику, Франтишек. Увижу тебя здесь ещё раз, клянусь – упрячу в тюрьму до конца твоих дней!
- Пресвятая дева, что за жизнь? – Ковач расстроено моргал глазами и комкал в руках платок. – Только нашёл приятную, круглосуточную работу, и вот он - злой рок! Где же справедливость? И что же мне теперь делать, пан Новак?
- Перестань лить крокодильские слёзы, Франтишек! Тебе это не идёт!
- Шеф, говорят – крокодильи! – Подал голос Горак.
- Адам, не имей такой привычки – поправлять меня! – Резко бросил Новак и вновь обратился к Ковачу. – Вспомни, Франтишек, что говорил один философ: «Относись к себе с любовью, а ко всему миру – с юмором!»
- Шеф, по-моему, там было наоборот! – Вновь робко заметил Горак.
- Адам, иди и сядь в машину!
Адам пожал плечами и сел за руль.
- Мне ещё понадобится твоя помощь, Франтишек! Мы скоро увидимся!
- Буду рад помочь, пан инспектор! - Слабо улыбнулся Ковач, погружённый в грустные мысли.
Новак и Горак вошли в здание полицейского участка. Возле стола дежурного стоял комиссар Дворакович и разговаривал со стоящим перед ним дежурным. Рядом с ними на стуле сидел избитый мужчина в испачканном костюме с разорванным рукавом.
- Шеф! - Радостно зашептал Адам. - Вы видите этого человека? Ну, того, что сидит на стуле?
- Вижу! В чём дело, Адам?
- Это же Штепан Новотный!
- Кто это? - Новак внимательно посмотрел на избитого мужчину, что-то отвечающего комиссару.
- Это же известный боксёр, чемпион! Ему три дня назад вручили золотую медаль в Брно! - Продолжал радостно шептать Адам.
 
- Правда? - Новак подошёл к дежурному. - Что произошло?
- На этого господина напали бандиты, пан инспектор! - Бодро ответил дежурный.
- Матус! - Раздался голос Двораковича. - Зайди ко мне, прямо сейчас! А вы разберитесь, доклад ко мне на стол!
- Слушаюсь, пан комиссар! - Щёлкнул каблуками дежурный.