Мир Савойя. Зов тьмы (СИ)

— Ришар предложил мне выйти за него замуж.
Судорожный смешок вырвался из груди Эльера. А затем он откинулся на красных простынях и захохотал в голос. Лишь спустя некоторое время он приметил, что Луна не смеется вместе с ним.
— Не говори мне, что ты согласилась… — его золотые глаза вылезли из орбит, словно Луна сообщила ему нечто ужасное. Как похожи были эти глаза на глаза их матери. На мгновение Луну уколола зависть за то, что она внешне скорее всего походила на неизвестного, приходившегося ей отцом.
— Я вернусь вместе с ним в Серебряный замок завтра. У меня там друзья и я соскучилась по водам озера. Возможно Ришар найдет способ сделать меня не интересной для Ледяного короля. Замок обрывает зов савойя, мне это точно известно.
Кувшин, наполненный красным вином просто перевернулся на кровать, пока Эльер вставал, но он и бровью не повел. Золотистая кожа ее брата засветилась нервным светом, выдавая неспокойное состояние Эльера.
— Ты. Никуда. С. Ним. Не. Поедешь, — сообщил он медленно, словно в гневе позабыл язык, на котором говорил все это время, — Я обеспечу твою безопасность лучше де Крафта со всей его огненной магией. Ты — кровь от крови моей, плоть от плоти. Наша мать бы хотела, чтобы ты осталась со мной. Ты моя, Луна.
Он попытался притянуть к себе сестру ласковым жестом, положить рыжеволосую голову той на плечо. Луна покачала головой, отстранилась. Что-то говорило ей, что мама не одобрила то, чем стал ее старший брат. Волны закачали лодки чуть сильнее, со стороны канала раздался громкий смех.
— Она бы хотела, чтобы я шла собственным путем, даже если я не права.
— У тебя нет роскоши быть не правой, если ты попадешься в руки савойя, они убьют тебя, а потом примутся за… мой город! – Эльер всплеснул руками и широкие рукава распахнутой накидки обнажили его запястья. Луна не успела проследить за тем, как он оказался совсем рядом с ней. От фигуры его исходила сила, но и Луна была сильна. Она обратилась к тому озеру, что чувствовала внутри себя, и оно выплеснулось, заставило ее засиять как и ее брат.
— Ты хотел сказать, «за меня». Признайся, Эльер. Ты сидишь в Ветире потому что боишься савойя.
— Я сижу в Ветире, потому что это последнее место, которое осталось безопасным для таких как мы! И именно благодаря мне. Луна, я не дам тебе пустить под откос свою жизнь и жизнь всех эльфов только потому, что ты влюблена в де Крафта. Любовь мимолетна, она проходит.
Луна покачала головой, не принимая слов брата. Эльер попытался вспомнить, когда он был таким же, влюбленным, преданным, готовым рискнуть своей жизнью ради другого… И не смог. Он решил, что в ее поведении виновата кровь оборотней, что текла в ее венах. Только оборотни отличаются тупоголовым упрямством и отсутствием инстинкта самосохранения, когда речь идет о любимых.
— Я предлагаю тебе жизнь, Луна. Потому что если ты направишься обратно на запад, то умрешь. Тебя или похитят савойя и ты вернешь к жизни их Ледяного короля или прикончит собственный любовник. Неужели ты думаешь, что в глазах Ришара твоя жизнь ценнее, чем жизни всех существ в разрозненных землях?
Смех со стороны канала стих, раздался всплеск и ругань. Видимо лодка перевернулась. Эльер даже бровью не повел, выглядывая в лице своей сестры малейшие признаки сомнения в выборе. Не увидел. Луна подняла подбородок, улыбнулась блаженной улыбкой влюбленных и сказала:
— Я думаю, что приму свою судьбу такой, какой она должна быть.
Луна повернулась к брату спиной, намереваясь покончить с этим бессмысленным разговором и отправиться за Ришаром. Ни к чему им ждать еще один день, они смогут сесть на лодку уже сейчас. Эльер снова поразил ее своей скоростью, он схватил ее за запястья, и набросил на нее иллюзию усталости, а затем еще одну. Он кутал Луну в собственную усталость как в одеяло, но она упрямилась, пыталась оттолкнуть его слабыми руками, кожа ее светилась, она пыталась строить барьеры против него. Но куда было ей против Эльера с тысячелетним опытом. Глаза ее закрылись, ноги ослабли, и Эльер подхватил ее на руки. Ласково убрал прядь волос, упавшую на нежное лицо. Луна была такой нежной и прекрасной во сне. Эльер прижал ее к груди и покачал, как младенца, напевая песню из старинной эльфийской колыбельной, которую пела им мать.
 
— Спи, моя радость, — сказал он, — Ты проснешься через год или два, а может быть через десять. Тогда маг твой уже забудет тебя, люди ведь такие непостоянные. Ты поспишь вместо меня, а я пока буду охранять нас всех и строить для нас лучший мир.
Эльер расстроенно посмотрел на опрокинутый графин и осторожно положил Луну на сухую сторону кровати. Возникла шальная мысль отнести Луну к остальным эльфам, которых Эльер погрузил в крепкий и здоровый сон, но тех было больше сорока, и вообще, он считал, что Луна заслуживала большего, чем подвал его дворца.
— Миро, — позвал он сына, тот знал, как ухаживать за его сонными пленниками.
***
Использовать лошадей на узких и извилистых улочках Ветиры было бессмысленно, и проведя здесь неделю Ришар уже начинал скучать по ощущению под собой седла. Он тоскливо размышлял о том, как дела дома, смогла ли женщина с маленьким магом жизни добраться до его замка, как горожане справляются с наплывом новых людей. Догадался ли Фридрих открыть погреба замка для беженцев с других территорий разрозненных земель. Судьба кузена тоже его беспокоила, Ришар боялся, что из затеи Анатоля не выйдет ничего стоящего. Где это видано, начинать брак с обмана? За время пребывания в эльфийском княжестве, а по другому он Арсию больше не называл, Ришар пресытился ложью на всю свою оставшуюся жизнь.
Близость Луны не только излечила страшные шрамы, что уродовали его лицо и тело, теперь он мог видеть сквозь иллюзии, а еще его магия слушалась его как никогда прежде. Ришар никогда не слышал о том, что эльфы могут исполнять чужие желания, да и не помнил о том, чтобы хотеть стать здоровым или неуязвимым к чужой магии. Все, чего он хотел — иметь возможность защитить Луну. Старик уже причалил свою широкую лодку к причалу у рынка. Он приветливо махнул рукой Ришару и, если и удивился, отсутствию на его лице шрамов, то виду не подал.
— Твоя спутница придет? — спросил он, оглаживая густые усы. Умом старик понимал, что эльфиечка скорее всего решила остаться со своими, но очень уж хотел снова на нее взглянуть. Было в ней что-то настоящее, казалось, она эхо той эпохи, когда эльфы еще не влюбились в золото, комфорт и сладость человеческого поклонения, а оставались дикими и свободными. Ришар уверенно кивнул, он верил в то, что Луна выберет его. Погрузив на лодку свои свитки и несколько флаконов с ценными эссенциями, Ришар сел на лодку и принялся ждать. Сердце его билось в такт мерному покачиванию лодки, он дышал спокойно, уверенный, что она вот вот ступит на рыночную площадь. Но Луна не появлялась. А вот Миро, — начальник гвардии и сын Эльера ступил на площадь.
— Она не придет, колдун. Луна выбрала Ветиру и нашего князя: — сказал он, высоко задрав узкий подбородок. Отстранённо Ришар подумал о том, что подбородок у него такой же как у Эльера и Луны. Старик, увидев одетого в красную форму гвардейца, подобрался, взглянул на своего нового знакомого по-новому. И ведь должен был догадаться, что едет не с простым торговцем!
Миро ожидал, что Ришар ринется в бой или начнет перечить ему и требовать увидеться с Луной, но колдун лишь кивнул, принимая полученную информацию и поражение. Лишь сердце его замерло, а затем с бешенным ритмом пустилось вскачь.
— Отплываем, — отрывисто бросил он старику. Тот послушно отвязал судно от причала и оттолкнулся веслом. Когда они оказались на главном канале, Ришар приказал:
— Высади меня рядом с дворцом князя. Если дождешься нас до начала следующего утра в одном из боковых каналов, заплачу в десять раз больше, он протянул старику два золотых — которые для того были состоянием. Глаза старика загорелись не жадностью, но азартом. Пожалуй никто другой не согласился бы на предложение Ришара, все знали, что арсийский князь страшен в гневе.