Мир Савойя. Зов тьмы (СИ)

— Отпустите ее - закричала маленькая девочка, - Она живая, она не животное!
По ее щекам текли слезы, девочку мелко трясло. Попадались и такие люди. Им обычно было тяжело взрослеть. Сайрус мерил манеж широкими шагами, будто был хозяином пристегнутой металлической цепью девушки.
— Она куда хуже любого животного. Она не может говорить, она не понимает, где находится. Если ее выпустить, она скорее всего набросится на тебя.
— Эльфы ни на кого не нападают, - девочка была упряма, ее мать начала нервно дергать ее за рукав.
Сайрус принялся рассказывать, как опасна Луна, он размахивал руками, у него изо-рта летели крохотные капельки слюны. Девушка же продолжала рассматривать толпу в поиске колдуна. Наконец, она заметила мужскую фигуру в капюшоне. Лица колдуна не было видно, но то, что это он, Луна не сомневалась. Она чувствовала исходившую от него магию. Живую магию, пробуждающую в ней давно похороненные эмоции. Для Луны вкус его магии, пусть чуждый и незнакомый, был сродни вкусу любимого блюда для голодающего. Она прикрыла глаза и едва не застонала, почувствовал рядом другое магическое создание. Свечение стало ярче.
Представление закончилось, женщины и дети неспешно пошли прочь, многие мужчины остались. Они как один направлялись к Сайрусу, побросав своих жен, и как бы невзначай интересовались, могут ли они остаться с Луной наедине и сколько это будет им стоить. Хозяин цирка всегда отвечал отказом. Он считал Луну своей собственностью, и если по его мнению, если кому и полагалось лишить эльфийку свечения — то ему. Только заступничество Милены все еще держало Сайруса на расстоянии, женщина боялась, что останься Сайрус с Луной наедине — он окончательно свихнетя. Сайрус запер Луну в клетке и только потом снял цепи с ее рук. К мужчине подошла Милена, за ней двигалась темная фигура колдуна. Грубыми словами и жестами старуха разогнала всех.
— Здесь покупатель на Луну, - возвестила она злорадно, одергивая сына за нарядный по случаю представления рукав.
Новость стала для Сайруса полной неожиданностью:
— Она не продается, - жестко произнес он. И испуганно воззрился на клетку.
— Ваша мать сказала, что продается, - раздался за капюшоном мужской голос.
— Продается, продается, - Милена повела гостя ближе к клетке. Луна поднялась с пола, выпрямилась в полный рост. Ее длинные волосы закрывали нагое тело. Сарафан, который ее заставляли надеть до начала представления, она уже успела снять. Сайрус встал перед клеткой, закрывая собой Луну. Человек в капюшоне предпочитал не замечать его, разговаривая с Миленой.
— Говорите, она у вас живет уже год?
— Да, она определенно полукровка. Но должна вас предупредить, она лишена магии и не говорит и мало чего понимает.
Из-за капюшона послышалась усмешка.
— Вы позволите мне посмотреть на нее поближе? Поймите, мне уже несколько раз пытались продать обычных девчонок с обрезанными ушами под видом эльфиек-полукровок. Их даже мажут фосфором, чтобы создать иллюзию свечения.
Глаза Милены были почти скрыты тяжелыми морщинистыми веками, она воззрилась на сына, подавляя его материнской волей, пока тот не вздохнул и не отворил клетку. Луна не пошевелилась, она наблюдала, как колдун входит в клетку, немного пригибаясь, как подходит к ней.
— Я бы не советовала вам этого делать, господин, - подобострастно пролепетала Милена: - Она может вам навредить. И вы сами знаете, какую реакцию у некоторых вызывает прикосновение к эльфам.
 
Она имела ввиду опасную зависимость. Многие люди, однажды коснувшиеся кого-то из вечного народа не могли потом прийти в себя, готовые пойти на что угодно, что бы снова ощутить прикосновение бессмертного. Сайрус был одним из них, только в нем эта страсть превратилась в болезненную зависимость.
Мужчина встретил ее слова смешком. Он медленно снял перчатки:
— Подайтесь вперед, Леди, я бы хотел осмотреть ваши уши.
— Она тупая, как коза, - рассмеялся Сайрус. Луна же наклонилась вперед и позволила теплым, смуглым рукам колдуна коснуться своих ушей. Удивлению хозяев цирка не было предела, но они решили, что эта покорность следствие магического трюка. Мужчина долго осматривал уши, ладони, глаза Луны. Нежно прикоснулся к лицу и извинившись за фамильярность осмотрел ее зубы. Удовлетворенно хмыкнул:
— Я ее покупаю, - возвестил человек в капюшоне: - Забрать бы хотел прямо сейчас. Цена, как мы и договаривались 150 золотых.
— Я ее не продам ! - вдруг воскликнул Сайрус, переместившись так, чтобы оказаться перед входом в клетку - Она моя, я ее нашел.
— Не обращайте внимания. - Милена протянула сухую руку, в которой тут же оказался тяжелый кожаный кошелек. Она воровато запрятала его под полы штопанного плаща, оттесняя сына в сторону. Сайрус тоже приметил кошель и теперь метался между желанием сохранить Луну и по-королевски повеселиться в ближайшем кабаке. 150 золотых – сумма немыслимая. На такую можно было купить весь цирк трижды с птицами Лей, единорогом и котенком Мантикора.
— Я бы на вашем месте, накинула ей ошейник на шею, прежде чем куда-то перевозить. Она сильна.
На эти ее слова из капюшона раздался ответ:
— Я уверен, что легко смогу перевезти эту девушку.
Луна замерла как вкопанная, ощущая, как Милена возится с замком, сковывающим ее ноги. Она так давно не бегала, что боялась, что у нее не удастся развить достаточную скорость. Милена раскрыла замок и поспешно выбежала из клетки. Она то не обманывалась в возможностях своей пленницы. Колдун спокойно ждал на выходе, протянув ей руку. Луна улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, на какую была способна. Она выходила медленно, чувствуя небольшую боль в затекших мышцах. Мать с сыном глядели на нее настороженно, выражение лица колдуна девушке так и не было видно, поскольку оно было скрыто за капюшоном. Наконец клетка, эта ужасная клетка осталась позади. Впереди человеческое поселение, позади поле и лес. В лесу ее не смогут найти. Даже без магии, она была достаточно эльфийкой, чтобы раствориться в нем. Луна помнила о запрете матери использовать голос, но она устала. Ее измучило молчание, насмешки во взглядах окружающих, она устала от того, что ее считают неразумным зверем. Набрав в грудь воздуха, девушка наконец-то сказала то, о чем так долго мечтала, она посмотрела на своего мучителя, на человека, убившего ее маму:
— Сайрус, я желаю, чтобы ты сдох. Я ненавижу тебя, твою чертову мать и весь ваш Цирк. Когда-нибудь я найду тебя и сделаю так, чтобы тебя разорвали те звери, которых ты с радостью бьешь. Жди. - Голос ее звучал хрипло, долгое молчание сделало его тихим.
Изумленные люди замерли, колдун опомнился первым и качнулся в сторону девушки, но там где она должна была быть, ее не оказалось. Луна напала на колдуна, ударила его в грудь, отбросив на целый метр, он ей не сделал ничего плохого, а потому била она не сильно. Мужчина упал, капюшон слетел с головы. Оказалось, что половина его лица представляет собой собрание шрамов и борозд. Синие глаза, единственное красивое, что осталось на этом лице, изумленно наблюдали за ее действиями. Милену Луна миновала, а вот Сайруса ударила наотмашь, так что он повалился на землю. Ох… она бы хотела оборвать его никчемную жизнь, выпустить кровь из его вен, полить ей землю, но девушка отдавала себе отчет, что главное сейчас - бежать и выпустить остальных. А отомстить она успеет позже.