Мир Савойя. Зов тьмы (СИ)

Как только колдун вступил в права владения, он закрыл ворота своего замка для незнакомцев, построив рядом с ним постоялый двор, где те могли останавливаться. Один постоялый двор, наполненный купцами, повлек за собой строительство другого, другой третьего и сам того не желая, Ришар начал строительство города рядом с озером. Люди щедро платили Ришару за возможность добывать жемчуг в глубинах Аршарского озера, а также за разрешение на ловлю рыбы. Озеро и близлежащие реки кормили народ, а также давали достаточно воды, чтобы выращивать рожь и пшеницу, и держать стада коров и овец. На южной стороне озера имелись многочисленные виноградники.
Затрубил рог. Глазастый смотровой приметил колдуна и его спутницу издали. Из таверн высыпал народ, некоторые хотели поглядеть на новое приобретение Ришара, некоторым просто очень нравилось, как опускаются и поднимаются ворота замка, словно серебряная молния. От волнения Луна засветилась и почувствовала желание укутаться плотнее в ткань надетого на ней плаща. Поймав себя на этой мысли, она распрямила плечи «Я эльфийка, эльфийка, не человек. В наготе нет ничего постыдного».
— Приветствуем герцога Ришара де Крафта, хозяина Аршарского замка, победителя Савойя лорда Ле-Рвиля! — прокричал сокращенное приветствие мальчишка-смотровой, один из немногих людей, проживающих в замке. Когда он был младенцем, то из-за вины нерасторопной матери, ворон выклевал ему глаза. К счастью, в деревне как раз оставался эльф шедший на юг. Он то и вылечил глаза ребенку. Да так вылечил, что тот теперь видел не в пример лучше оборотней. Эльфийская магия позволяла мальчишке чувствовать себя хорошо в стенах замка, поэтому Ришар взял его в себе после смерти родителей парнишки.
— И его спутницу! — зачем-то добавил он, откровенно открыв рот.
Угрюмо натянув на лицо капюшон плаща, мужчина пришпорил лошадь. Он был не в настроении на торжественный прием. Луна ласково коснулась боков лошади голыми пятками. С обувью у нее пока не ладилось. В стенах замка как раз проходила вечерняя тренировка. Стройные и гибкие как на подбор мужчины и юноши успешно тренировались с оружием. Всего у Ришара обучалось пять оборотней, шесть колдунов, три полукровки эльфа, которые все больше отсиживались в кустах во время битвы и еще один полусавойя, самостоятельно нашедший Ришара и попросившийся к нему учеником. Последний мог выходить только если погода оставалась пасмурной, в противном случае, на его белой коже Савойя появлялись волдыри. Девушка сразу приметила светловолосую фигуру парня, что стоял в тени раскидистого красного бука, в ее животе шевельнулось странное, тревожное чувство. Ришар тем временем обвел взглядом тяжело дышащих парней и проговорил:
— Это Луна — ваша новая соратница, ваша сестра. Принимайте ее тепло, но не слишком. Она нужна для боя и если забеременеет, станет бесполезна, — при этом он из-под бровей оглядел своих солдат. Мужчины прекрасно его поняли и похабные улыбочки, появившиеся на губах у многих, исчезли с лиц. Приказы Ришара не нарушались. По своей натуре Ришар был не жестоким человеком, но в охоте на савойя они играли со смертью, а потому в отряде царила жесткая дисциплина. Провинившиеся лишались жалования и могли быть биты. А кто нарушал правила трижды —— выставлялся вон без права на возвращение.
— Анатоль, Лиис, Франциск, — за мной. Три парня, один — рыжеволосый оборотень, другой — колдун с удивительными черными глазами и эльф-полукровка, с длинными русыми волосами, тонким строением лица и фигуры и от того похожий на девушку сделали шаг вперед. После этого Ришар поманил фигуру из темноты, — Теодор, тоже.
Когда юноша вышел вперед, сердце Луны пропустило удар. Это был Савойя, высокий, беловолосый с прозрачной светлой кожей. Единственное, его глаза — теплые, карие с вкраплением зеленого, были человеческими.
 
Мантикор ощетинился, но девушка прижала его к себе, подавив в них обоих панику. Главное глаза — говорила ее мать. Если видишь в глазах голод и ярость — беги. Глаза никогда не лгут. У этого парня были добрые глаза, совсем юные. Ришар спешился, подал девушке руку, чтобы она последовала за ним в извилистые коридоры Серебряного замка. Все присутствующие прекрасно видели в темноте. Колдуны благодаря зелью, которое они закапывали в глаза каждый месяц, оборотни и эльфы от природы. Ну а савойя…, эти твари были созданы, чтобы бродить во тьме. Луна никогда не видела полукровок савойя, но слышала о них от деревенских жителей. Иногда, когда жажда крови твари удовлетворена, он жаждет другого тепла. Полукровки савойя куда как более редки, чем эльфы, потому что Савойя не сдержаны, и они всегда остаются в услужении у своих отцов. Говорят, клановая верность у этих тварей, их жесткая иерархия и есть то самое звено, которое позволяет им медленно захватывать мир. От мысли о кровопийцах, девушка засияла. Ришар в очередной раз подумал о том, что нужно это сияние заглушить.
— Как красиво, — вымолвил полукровка эльф Франциск. — Моя мама рассказывала, что когда я был совсем ребенком, то тоже иногда так светился.
Он приблизился к холодному свету девушки и протянул ей руку. Их пальцы переплелись словно по собственной воле и оба они довольно вздохнули, когда магия узнала и ласкаясь, пробежала по ним. Васильковые глаза Франциска широко распахнулись.
— А ты сильна. — Магия Луны в нем клокотала словно бушующий океан, забираясь в самые потаенные уголки души, ему казалось, что сейчас он как никогда был близок к своему отцу эльфу, которого он никогда не видел. — Ты точно полукровка?
Девушка кивнула. Она чувствовала магию юноши, звонкую и веселую, как весенний ручей. С такой магией нельзя сражаться, эта магия призвана дарить любовь и наслаждение, но Франциск старался сделать из нее оружие. Даже коридоры, которые подсвечивались лишь мягкими переливами серебра вдруг стали казаться ей ярче. Девушка была не привычна к камню и таким вот жилищам, в тех домах, в который ей доводилось бывать было теплее, воздух там имел запах копоти от горячего очага, и еды, что готовилась в печи. Здесь же воздух пах металлом, старой кровью и пламенем.
— А я полагал, что не лишен способностей, — с беззлобной завистью сказал он. Франциск и правда был сильнее других эльфов Ришара, ему порой удавались достойные иллюзии. Луна крепче перехватила его пальцы, отчего обоих тряхнуло. Она была счастлива встретить сородича.
— Я все равно не могу ее использовать. — пожала плечами девушка.
— Вот, хитрец, уже и за руку подержал. Эльфы в любую дырку… — раздавался тихий, злой шепот оборотня. Молодой некромант по имени Анатоль рассмеялся в ответ на его слова. Он взглянул на бледного полукровку, которого подначивал с первого дня их знакомства. Анатоль крепко не любил Савойя и искренне не понимал, отчего Ришар терпит подле себя одного из них.
— А у тебя, Тео, клыки то небось все исчесались? …
Савойя на замечание некроманта только крепче сжал зубы. Его и правда так потянуло к девушке, что он еле сдерживался, пытаясь дышать через раз. Теодор иногда пил кровь животных, словно бокал крепкого вина, но никогда ему так не хотелось ни в кого вонзить клыки. Она пахла весной, солнцем, свежестью и жизнью, в этот круговорот ароматов примешивался и запах смерти и секса. Едва заметный, он окутывал ее словно тончайшая вуаль. Такой смеси запахов Теодор еще не встречал, ему захотелось потянуться к ней, тереться об нее словно кот о валерьяну, а потом вонзить в нее клыки, чтобы она тихонько застонала, одновременно входя в нее снова и снова. Однако молодой мужчина пока успешно сдерживал своих желания, кутаясь в свой собственный запах.