Неприкаянная

Удивительно, но Каролина могла бы сказать, что здесь было даже уютно. Особенно учитывая стойкий, будто въевшийся в сами стены, запах кофе. Видимо, главный дознаватель любит этот напиток, раз в его приёмной так пахнет…
Не успели они с Морганом шагнуть через порог и приблизиться к секретарю, которая смотрела на них с вежливым и спокойным ожиданием, как одна из дверей — та, что была справа, напротив стола, — распахнулась и оттуда вышел самый странный из всех виденных Каролиной ранее человек. Очень высокий, даже чуть выше и так не самого низкого Моргана, худой и какой-то нескладный — он напомнил Каролине жука-палочника, изображение которого совсем недавно рассматривал Кристофер в своей книжке про насекомых. Но, если бы необычной была лишь фигура, человек не производил бы столь неизгладимого впечатления — подумаешь, худой и длинный, мало ли подобных людей? Однако его лицо казалось полностью лишённым красок — почти белые короткие волосы, прозрачные брови и ресницы, светло-голубые глаза, бледная кожа. Эффект у подобной внешности был самый отталкивающий: из-за своей бледности мужчина вызывал ассоциации с трупом. А зелёная форма, которую носили дознаватели, лишь подчёркивала его невыносимую бледность.
  
— Доброе утро, Морган, — произнёс незнакомец скрипучим и слегка хриплым голосом, и Каролина почувствовала, что начинает таращиться на этого человека почти неприличным образом. Надо же, ему и с голосом не повезло — неприятный тембр, режущий слух. Однако, несмотря на то, что Каролина в жизни не видела более некрасивого мужчины, он её заворожил, как змея завораживает свою жертву перед нападением.
— Доброе, Гектор, — отозвался Морган, и Каролине немедленно захотелось прижать ладонь к губам — насилу сдержалась.
Значит, вот он какой — зять Моргана… И его дочь вышла замуж за этого бесцветного?..
Тайра Рид, о которой Каролина знала совсем немногое, но удивительное, теперь представлялась ей и вовсе какой-то сказочной женщиной. Как можно было полюбить подобного мужчину? Может, он её приворожил?
В этот момент Гектор Дайд посмотрел на Каролину, и у той под его взглядом заморозились абсолютно все мысли в голове. Захотелось поёжиться — потому что человека с более пронизывающим взором Каролина ещё не встречала. Появилось ощущение, будто дознаватель вывернул её сейчас наизнанку, внимательно рассмотрел внутренности, а затем небрежно вернул всё на место.
— Здравствуйте, айла Эркур, — произнёс Дайд скрипуче, но вполне вежливо. По его лицу невозможно было понять, что он думает, — непроницаемая и холодная физиономия. — Эрнест Тад предупредил, что вы прибудете вместе с Морганом. Я могу называть вас по имени?
Рид отчего-то хмыкнул, и Каролина растерялась. Она как-то не ожидала, что главный дознаватель вообще с ней заговорит… А он ещё и такие странные вещи спрашивает…
— Д-да, — ответила Каролина, дрогнув. — Конечно, можете.
— Прекрасно, — произнёс Дайд, а затем кивнул на девушку, которая до сих пор молча сидела за секретарским столом. — Это, как вы понимаете, мой секретарь. Её зовут Кэтрин Эйс. Если у вас возникнут трудности в Альганне, обращайтесь к ней. Вы поняли меня, Каролина?
Это было не предложение и уж тем более не дружеский совет, а приказ. И в глубине души Каролина слабо возмутилась: у главного дознавателя нет права ей приказывать! Но вслух спросила лишь:
— О каких трудностях идёт речь, айл Дайд?
— Вы можете звать меня по имени, — отозвался мужчина серьёзно и уважительно. Это что, шутка такая?.. — Меня зовут Гектор. Речь идёт о любых трудностях, будь то поиск подходящего платья на вечер или снятие денег с банковского счёта. Кэт вам поможет.
Каролина не считала себя дурочкой, но сейчас ощущала себя именно непроходимой идиоткой — потому что совершенно не понимала, по какой причине чуть ли не главный человек после императора — если не считать членов семьи Альго, разумеется, — разговаривает с ней настолько доброжелательно.
— Пойдёмте в мой кабинет, — сказал между тем Дайд и развернулся, указывая на дверь, из которой недавно вышел. — Роджера я вызвал, он сейчас тоже подойдёт.
— Я правильно понимаю?.. — протянул Морган, и Гектор усмехнулся. Эта усмешка слегка изменила узкое белое лицо, сделав его более живым, но всё равно оставила пугающим.
— К сожалению, да, правильно. Твои услуги нужны второму отделу.
— Рад, что не первому, — с иронией протянул Морган, и Дайд рассмеялся. Каролина, услышав этот хриплый смех, едва не присела от неожиданности и шока — не ожидала, что главный дознаватель, когда улыбается, становится почти очаровательным. Его лицо преображалось и переставало быть пугающим, теряло маску невозмутимости — и под этой маской скрывался обычный мужчина, способный искренне и по-дружески смеяться над чужой шуткой.
— Боюсь, что, когда я расскажу тебе, в чём дело, ты перестанешь радоваться, — произнёс Дайд, кончив смеяться. Но его льдисто-голубые глаза продолжали насмешливо и задорно сверкать. — Заходите, Каролина, — сказал он, указав девушке на дверь. — Кэт, сделаешь нам чаю?
— Да, Гектор, — отозвалась секретарь полным обожания голосом, и Каролина вынуждена была признать очевидное.
Кажется, она совсем запуталась.
***
Гектор Дайд никогда и ничего не делал без причины — уж этот факт о своём зяте Морган знал очень хорошо. И раз он вместо того, чтобы просто поздороваться с Каролиной и отправить её отдыхать на ближайший диванчик, позволил называть себя по имени, а затем ещё и в кабинет пригласил, на приватную беседу с собой и главой второго отдела Роджером Финли, значит, что-то задумал. И для этого чего-то ему нужна Каролина.
Гадать, в чём тут дело, Морган не стал — до разговора это делать бессмысленно. Вот когда Гектор и Роджер выдадут хоть какую-то информацию, станет яснее, для чего им Каролина. А пока Рид просто собирался выпить чаю — секретарь Гектора, очень молодая девушка маленького роста, с мелкими чертами лица и милой улыбкой, прекрасно его заваривала. Пить после пяти пространственных лифтов хотелось просто безумно, а Каролине наверняка и поесть не помешало бы — она явно не завтракала.
— Кэт, — тихо обратился Морган к девушке перед тем, как войти в кабинет Дайда следом за Каролиной, — может, у вас есть какой-нибудь бутерброд для моей спутницы?
— Сейчас попрошу, чтобы прислали из столовой, — ответила секретарь с обезоруживающей любезностью. В отличие от многих других дознавателей, которые порой смотрели на Моргана косо из-за его своеобразного статуса — практики замены пожизненного заключения государственной службой в Альганне всё-таки практически не было, — Кэтрин обращалась с ним так, словно он был свободным человеком. В чём причина, Рид точно не знал, но подозревал, что дело в искренней любви к Гектору. Любви неромантической — Кэт обожала своего начальника, как ученик может обожать учителя, и её искреннее уважение к Дайду проецировалось и на его родственников, коим с недавних пор являлся и Морган.
С благодарностью кивнув секретарю, Рид закрыл дверь, обернулся… и едва не расхохотался.
Гектор сидел за своим столом, заваленным папками, как стройка кирпичами, и глядел на Каролину с интересом врача, на приём к которому пришёл очень любопытный с точки зрения медицины пациент. Девушка же застыла в кресле перед столом Дайда, выпрямив спину и сложив ладони на коленях, словно школьница. Впрочем, Каролина и вправду была сейчас похожа на альганнских школьников — они чаще всего носили коричневую форму, а на девушке было именно коричневое дорожное платье.
Сдержав смешок, Рид подошёл к столу Гектора и сел в другое кресло, рядом с Каролиной, оставив место напротив для Роджера Финли. И поинтересовался, с наслаждением откидываясь на мягкую спинку:
  
— Как Тайра?
— Отлично, — ответил Гектор, и его тонких губ коснулась ласковая улыбка. — Я бы даже сказал — прекрасно.
Да, у Дайда было множество недостатков, но Тайру он действительно любил — и за это Морган готов был простить ему всё на свете. Даже то, что Гектор когда-то арестовал его, и если бы не Тайра и император, Морган до сих пор находился бы в тюрьме.