Неприкаянная

Вот о чём она совсем не любила вспоминать. Тогда её смертельно ранили в коридоре дворца, и если бы не Морган, она бы благополучно умерла. Но Рид залечил её рану, а после, осознав, что девушка всё равно уходит за грань, потому что просто не желает жить, шарахнул её настолько сильным приворотом к самому себе, что Каролина почти сутки после этого была не способна думать ни о чём кроме любви. Преимущественно плотской, разумеется. И если бы сам Морган не вёл себя сдержанно и благородно, держась от неё подальше, точно натворила бы дополнительных глупостей.
  
А с неё достаточно глупостей! Рид и так считает её недалёкой и маленькой, что обидно.
— Поскольку мы с тобой сыты, предлагаю хорошенько изучить материалы дела, которые мне передал Финли, — произнёс Морган, когда они с Каролиной закончили осмотр квартиры и остановились посреди уютной кухни. — Что думаешь?
— Думаю, что это хорошая мысль, — с готовностью кивнула Каролина, обрадовавшись, что Морган не собирается убегать от неё сразу же. — Сядем здесь или в гостиной?
— Можно и здесь, — пожал плечами Морган и опустился на одну из табуреток возле обеденного стола, покрытого кружевной белой скатертью.
«Цветов в вазе не хватает. Для яркости», — подумала Каролина, ещё раз обводя взглядом кухню. Здесь всё было светлым — и сами шкафчики, и табуретки, и стол со скатертью, и даже магический ледник. Сейчас он не работал, значит, нужно будет проверить, не разрядились ли силовые артефакты, или они просто отключены.
Она тоже села на табуретку и подвинула её ближе к Моргану, ощутив невольное волнение из-за того, что они сидят вот так — вместе, совсем рядом, и она чувствует тепло его тела.
Но предаваться подобным бесполезным мыслям Рид ей не дал — решительно шлёпнул на стол толстую папку, которую до этого носил под мышкой, и открыл на первой странице.
***
То, что дознаватель, который расследовал дело о похищениях, понятия не имел, за что зацепиться, очень чувствовалось. Хотя Морган, конечно, не был специалистом — всё-таки он получил образование по специальности «магическая медицина» и дознавательским делом не слишком интересовался. Но помочь Гектору хотел. Чего бы не помочь, если дело действительно нечисто?
В папке находились сведения обо всех контактах, которые были у пропавших, за последние пару-тройку месяцев, а также о значимых связях в прошлом. Ничего, что можно было бы считать подозрительным, лично Морган в описаниях не обнаружил, хотя кое-какие совпадения были.
Например, Агнес Велариус ходила за нарядами к хозяйке ателье, у которой служила Нита Гейдер. Но в этом не было ничего странного — всё-таки жила Агнес на той же улице. Зачем мотаться, если рядом отличное ателье? Да и сама айла Велариус — работник Института артефакторики, седая женщина с серьёзным взглядом, ассоциировалась у Рида с похитителем меньше всего. Хотя в артефактах, разумеется, могла использоваться жизненная сила магов — правда, это было запрещено. Но тогда следовало похищать одного сильного, тем более что сама Агнес была прекрасным магом с восьмьюдесятью пятью магоктавами. У Рида, к примеру, было меньше — семьдесят семь магоктав, — и он считался магом выше среднего уровня. Зачем мелочиться? Одолеть айлу Велариус никто из похищенных точно не сумел бы.
У Тори Кейс, помощницы повара, и швеи Ниты Гейдер оказалась общая подруга — с девушкой по имени Грейс Нильсон Тори училась в школе, а Нита познакомилась позже, на курсах швейного дела. Высшего образования у обеих не имелось, в отличие от Грейс — та после курсов пошла всё-таки в Институт прикладных наук на специальность «швейные изделия», хотела стать не швеёй, а модельером. И сейчас она училась там. Об обеих пропавших Грейс отзывалась в положительном ключе и утверждала, что делить ей с ними было нечего. Тори порой приносила домой к Грейс эклеры из булочной, где работала, и девушки болтали о всякой ерунде. «С Тори вообще легко разговаривать, — говорила айла Нильсон. — Не надо думать о теме для разговора — она легко подхватывала любую. И вообще Тори была… нет, она до сих пор есть, я уверена! — удивительно незлобным человеком. Жаль, что в любви ей не везло». Именно Грейс сообщила, что Тори Кейс была влюблена, но, в кого конкретно, она не имела понятия. При всей своей болтливости, когда ей было нужно, Тори умела держать язык за зубами. Имя таинственного мужчины не знал никто из общающихся с помощницей повара девушек.
Можно ли включить это в подозрительное? С учётом пропажи Тори — да, наверное. Но вообще обычное дело — не рассказывать всем встречным-поперечным о своей влюблённости. Особенно если она безответная.
Четвёртая пропажа, Мишель Клик, пела в ресторане под названием «Лоза» — приличное заведение, насколько Морган понял по приложенной характеристике. Пела она там через вечер — по чётным числам певцом был молодой мужчина, такой же студент, как и сама Мишель, по нечётным — она. Коллегу Мишель звали Робертом, и поскольку они работали в разные дни, то ни разу не встречались. Единственное, что можно было с натяжкой связать с прочими исчезновениями, — это тот факт, что Мишель несколько раз ходила в ателье «Шёлк и бархат», где работала Нита Гейдер. С Нитой не общалась, её обслуживала другая девушка, которая уверяла, будто Мишель сказала, что сама совершенно не умеет шить. И со смехом добавила: «Я вообще ничего не умею — лишь пою хорошо!»
И наконец, Найджел Минт. Единственный, кто то ли переносился куда-то — но если переносился, то непонятно, из какого места, — то ли просто заплутал, свалился в реку и утонул. Хотя в таком случае магический поиск не показывал бы, что он жив… Нет, скорее всего, его тоже похитили, просто не факт, что похититель — тот же, что интересовался молодыми девушками. Однако связь у дела Найджела с делами пропавших девушек была, правда такая же неочевидная, как и предыдущие.
Он убирал в том числе Сиреневую улицу, на которой работала Эмма и стояло ателье, где служила Нита. Пару раз его видели разговаривающим с Агнес Велариус. Владелец пекарни, где работала Тори, за месяц до исчезновения парня нанял его для разноса заказов по выходным. И наконец, один раз Найджел заменял в «Лозе» гардеробщика — своего одноклассника, — когда тот заболел.
Морган, изучая вместе с Каролиной страницы с описанием контактов и передвижений пропавших, чувствовал необычайный азарт. Отчего-то хотелось обнаружить хоть что-то, что подсказало бы им, куда двигаться дальше, кого расспрашивать или даже подозревать. И ему постоянно казалось, будто что-то ускользает от его взора, прячется в многочисленных свидетельствах и выглядывает оттуда, насмешливо смеясь — не поймаешь, не поймаешь, не поймаешь…
Всё-таки правильно сказал Гектор — пока не поймём причину, по которой похитили именно этих людей, с места не сдвинемся.
***
У Каролины было чувство, что она читает детектив. Она вообще с детства любила детективы — ей всегда нравилось ломать голову над загадками, думать о том, кем мог быть злоумышленник. Сейчас, правда, к подобным размышлениям примешивалось ощущение какой-то жутковатости — всё-таки это не выдумки, а жизнь…
— Я совершенно не знаю, за что здесь можно зацепиться, — пробормотала Каролина растерянно, когда спустя три часа они с Морганом перевернули последнюю страницу дела. — Кроме каких-то мелочей. Не подозревать же всерьёз эту аристократку, у которой работала Эмма? Ну да, она ходила в ателье «Шёлк и бархат» и пару раз говорила на улице с Найджелом, но это ведь мелочи.
— Скорее всего, похититель тщательно скрывался, — вздохнул Морган. Судя по его мрачному выражению лица, он тоже не понимал, что с этим делать. — Но я тебя утешу: если уж даже Гектор Дайд не смог вычленить во всём этом наиболее важное, то у нас точно не получится. Гектор — очень хороший дознаватель. Собственно, лучший. Но и Финли, судя по тому, что я слышал, тоже парень не промах и получил свою должность не за пушистые ресницы.
  
Каролина не выдержала и прыснула в кулак. Да, ресницы у Роджера — что надо! У неё таких не было.