Каменное сердце (СИ)
Пару раз я видела изображения драконов в мамином дневнике. Их огромные треугольные морды выглядели угрожающе даже на бумаге, из пасти торчали острые клыки. Четкие ромбики чешуи покрывал слой странной блестящей пленки.
Мама сказала, что ведьмы когда-то умели договариваться с драконами, но те времена давно прошли. Ящеры были враждебны и к людям, и к дочерям Истле, и уж тем более к инквизиторам.
Я никак не могла понять, что дракону понадобилось рядом со Злейском. Летел и устал? Бред. Они могли не спать месяцами, преодолевая моря и континенты. Проголодался? Драконы редко питались вне своих пещер, предпочитая переваривать мясо в спокойной безопасной обстановке.
Тогда почему он остановился на опушке? Зачем наследил?
— Скажи отцу повременить с охотой, — покачала головой я. — Хорошо, что за мной едут инквизиторы. Ру и остальные могут помочь, как только казнят меня.
Побледневшая Гленна посмотрела мне куда-то за спину. В ее взгляде читалось напряжение. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто там. Я ощущала присутствие Кресса так же четко, как и магические токи до выпитого отвара с огненной ягодой. Он стоял в дверях.
Мне не хотелось видеть его. Возможно, я просто боялась заметить торжество в его глазах. Это пугало даже больше, чем предстоящий суд инквизиции.
Кресс молча ушел. Его шаги раздались на лестнице. Вскоре во дворе снова остервенело застучал топор. Гленна задумчиво посмотрела в окно.
— Ты уверена?
— По поводу дракона? Да. Лучше сразу попросить инквизиторов заняться этим, — кивнула я.
— Казнь, — прошептала Гленна. — Еще не было суда.
— Но он будет. Инквизиторы ненавидят нас. Впрочем, я тоже не пылаю к ним любовью.
— Кажется, — осторожно произнесла Гленна, — Кресс хорошо к тебе относится.
— Да. Однако он уже пытался меня убить. У него даже получилось. А потом лишил меня магии, сильно сократив жизнь, — сказала я, продемонстрировав ей седой волосок. — Как раз после этого он начал ко мне относиться… хорошо. Лучшая ведьма — дохлая ведьма.
Глава 64
Я говорила с легкой улыбкой на губах, хотя на самом деле боялась. Томительное ожидание подходило к концу. Скоро все свершится. В голове мелькнула шальная мысль, что еще не поздно сбежать. Взять узелок с травами и снова кинуться в объятия Чащи, позволить ей поглотить меня без остатка, надеясь, что рано или поздно выберусь к людям, а не в Пустошь.
Лес, обожравшийся магии, любил шутить. С Чащи станется и выкинуть меня куда-нибудь в Кровижцы, в город-призрак, уничтоженный по моей вине. Я посмотрела на ветки деревьев, маячащих за окном. Ветер шумел в листве. Заскрипела старая сосна. И все это под аккомпанемент стучащего без умолку топора.
Кажется, Гленна что-то говорила, но я не слышала ее. Мои мысли целиком и полностью занимал мир за окной, такой яркий и бескрайний. Мне хотелось впитать его в себя, пропустить сквозь пальцы, почувствовать хоть что-то, прежде чем меня отправят на костер. В эту секунду я пожалела себя. Мне не суждено было узнать мир, в котором я жила. Злейск станет моим последним пристанищем.
Я посмотрела на Гленну. Она, кажется, ждала от меня какой-то реакции. Я пожала плечами и пропустила меж пальцев толстую нить для будущего свитера.
— Нужно сказать Крессу, — решила я.
— Кажется, он слышал.
— Нужно сказать толком, что видели и когда. Пусть занимается. Это он инквизитор. Ему лучше знать, как защитить деревню, пока не подоспел их карательный корпус.
— Но…
Я взмахнула рукой, показывая, что не хочу сейчас выслушивать ее возражения. Гленна обиженно замолчала. В другое время мне захотелось бы помочь, раздать обереги и объяснить, куда бежать от гнева древнего ящера. Однако апатия поборола меня.
Я погрузилась в скучное и монотонное занятие — распутывание пряжи. Этого хватило, чтобы занять себя до вечера. Обед я благополучно пропустила, сославшись на отсутствие аппетита, а вот на ужин пришлось спуститься.
Гленна приготовила для нас суп с клецками, в качестве десерта налепив вареников с вишневыми закрутками. От запаха горячей домашней еды текли слюнки. Яков притащил откуда-то крынку молока и тарелку сметаны. Весь этот пир венчали перепелки в меду, пахнущие пряностями. Я с наслаждением втянула аромат птицы с зажаристой глазированной корочкой и цокнула языком:
— Весь мед мой извели, супостаты.
— На чай еще осталось, — парировала Гленна.
— А я в вареники хотела.
— Еще в суп его положи. Вареники и так сладкие.
Я побурчала еще немного для вида и угнездилась на стуле рядом с Крессом. Мне хотелось поскорее приступить к еде, но назревал важный разговор. Я осмотрела нашу маленькую компашку.
Кресс сидел по правую руку от меня. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Впрочем, это было типичное состояние для Кресса. Черные волосы на макушке испачкались в древесной трухе. Кажется, инквизитор случайно ткнулся в потолок сарая, пока укладывал дрова. Я машинально протянула руку и стряхнула сор.
Инквизитор дернулся. Кажется, он уже прокручивал в голове список из пяти лучших способов прибить ведьму. А как кулаки сжал!
Я усмехнулась.
— Не паникуй. Я всего лишь пытаюсь тебя отряхнуть от пыли. Если Ру тебя увидит таким, решит, что все это время я держала тебя в темном чулане на хлебе и воде.
Кресс искоса посмотрел на меня, поджав губы. Гленна тяжело вздохнула. А вот Яков наблюдал за нами широко распахнутыми глазами, будто мы показывали ему удивительные фокусы.
Парень все еще сидел в венке. Слегка увядшая веточка мирта свисала у него над виском. Я знала, что Кресс уже не так усердствовал, отпаивая проклятого своими кустарными зельями. Почему тогда венок не сняли? Неужели кто-то думал, что эта нелепая корона из пожухлой зелени действительно причиняет добро и прогоняет зло?
Я одернула себя. Не мне судить. Я вообще сидела во главе стола без капли магии в метре от злейшего врага и собиралась от пуза поесть вареников и перепелов. Если место останется, то и супа.
Мы были той еще компанией. Я подняла руки, словно собираясь вознести молитву Троице.
— К нам едут инквизиторы! — провозгласила я. — И это не самая интересная новость. У Злейска теперь есть свой собственный злой дракон!
Глава 65
Кресс помассировал виски, будто один лишь мой голос был способен убить его настроение. Яков помрачнел и взял Гленну за руку, будто его присутствие могло защитить ее от дракона. Наивный деревенский мальчишка.
У Злейска оставалось лишь два варианта: жители могли сбежать прямо сейчас или дождаться, пока дракон придет в деревню за обедом. Я не знала, как им помочь. Возможно, поэтому угрюмо-решительное выражение Якова меня бесило. Это пожатие руки, это обещание безопасности — ложь.
Оставалось лишь надеяться, что Ру и его отряд убийц прибудут в ближайшие дни и помогут деревне.
— Нужно его убить, — произнес Кресс. — Завтра пойду в горы. А пока отправьте женщин и детей в соседнюю деревню.
— Семь бед, один ответ, — насмешливо фыркнула я. — Как ты собираешься убивать огромную ящерицу с крыльями и в броне? Насмешишь своим героизмом до смерти?
— Ближайшая деревня в трех днях пути, — пробормотал Яков. — Опасно их отправлять. В чистом поле от дракона не убежить.
Я хотела уточнить, что в лесу от него тоже не скроешься, но промолчала. Чаша отчаяния и так была полна. Незачем добавлять им новых тревог. Гленна прикрыла лицо руками. Ей было тяжелее остальных, ведь Йозеф охотился каждый месяц, пропадая неделями в Чаще. Он в любой момент мог стать добычей магической твари, с этим она уже смирилась. А теперь охотники рисковали попасться в когти дракону.
Говорят, смерть от их пламени была мгновенной. Проверять никто не хотел.
— Тогда погреба, — вздохнул Кресс. — Убедитесь, что у всех есть убежище.
— Они живут рядом с Пустошью, почти у моста, который ведет к Оплоту и Костотрясам — опаснейшим горам в мире, — заметила я. — У них есть убежища. Вот только если дракон надумает разрушать Злейск, погреба не помогут. Он просто раскопает их убежища.