Каменное сердце (СИ)
— Яков проводит Гленну домой, — веско произнес он.
Я посмотрела на парня, затем на свою внезапно приобретенную подружку. Гленна светилась от счастья и жутко смущалась из-за открывающейся перспективы прогуляться с первым парнем на деревне через Чащу. На ее месте я бы выбрала себе в компаньоны кого-нибудь поумнее и понадежнее. Яков в миртовом венке абсолютно не внушал доверия. То ли дело Кресс! У инквизитора всегда есть нож в рукаве. И в сапоге. И за поясом. В общем, Кресс полон сюрпризов. Не удивлюсь, если девица, которая решится полезть ему в штаны, обнаружит там целый арсенал из метательных дротиков и арбалетных болтов из серебра или чистого железа. Зная инквизитора, он просто предложит несчастной заняться полировкой его инструмента. В прямом смысле! И тряпочку достанет, и маслице выдаст.
Я поймала себя на том, что с нездоровым интересом рассматриваю штаны Кресса. Гленна надсадно кашляла, пытаясь привлечь мое внимание. Я, как ни в чем не бывало, подняла взгляд на лицо Кресса.
Он стоял, изумленно заломив бровь, и таращился на меня в ответ. Яков переводил взгляд с него на меня и обратно.
Я приняла равнодушный вид и повернулась к Гленне:
— Чай будешь? У нас и блинцы, и мед есть.
Ну не признаваться же, что размышляла о первой брачной ночи с инквизитором и его привычке прятать оружие в неожиданных местах? Никто не поймет. А чай со сладостями всем нравится, так что мне блестяще удалось увести внимание от странных и пугающих вещей на что-то приятное и полезное.
— Если Яков меня проводит, я могу ненадолго задержаться, — решила Гленна, шаркнув ножкой.
Я недовольно цокнула языком и посмотрела на необремененное интеллектом лицо парня. И что только девушки в нем нашли? Впрочем, раньше я и сама любила таких. Яков был высоким статным парнем с огромными ручищами и широкой улыбкой на лице. Он излучал уверенность в себе, настоящий надежный парень, на которого можно положить все хозяйство и сверху капризов докинуть.
Для Гленны он казался лучшим во всем мире, но лишь потому, что других вариантов особо-то и не было. Однако не мне судить чужие пристрастия.
— Оставайтесь оба, — решила я. — Придется потесниться, зато господин инквизитор сможет наблюдать своего пациента. И тебе не придется снова тащиться через всю Чащу, чтобы попить со мной чаю.
— Нет, — отрезал Кресс.
Глава 55
— Как “нет”, когда “да”? — возмутилась я. — Вы эту кашу заварили, господин инквизитор. Извольте отрабатывать свой хлеб!
— Я его лечу, но не обязан с ним нянчиться, — ответил Кресс.
— Видите ли, господин инвизитор, в Злейске больше нет опытных травниц, а мои возможности временно ограничены. Благодаря вам. Якову нужна помощь, и раз уж вы начали лечение, извольте довести его до конца.
— Кресс.
— Что? — удивленно моргнула я.
— Ты знаешь, как меня зовут. Хватит обращаться ко мне “господин инквизитор”. Это раздражает, — холодно произнес он.
Гленна тактично ушла за Яковом на кухню, оставляя нас наедине. Кажется, им просто надоело наблюдать за тем, как мы собачимся, и ничего не понимать.
— Хорошо, — кивнула я. — Кресс. Якову может стать хуже. Тогда он пойдет высасывать магию из всех подряд.
— Именно.
Я устало потерла переносицу, не понимая, как договариваться с этим тугодумом. Иногда мне казалось, что мы разговариваем на разных языках. Его воспитывала карга — в этом у меня сомнений не было — и наверняка хоть что-то да рассказывала об основах нашей магии, нашей жизни. И все равно Кресс хотел отпустить “пиявку” в Злейск!
Инквизитор закрыл дверь и задвинул щеколду, после чего привалился к косяку и посмотрел на меня. В его черных глазах зажегся странный огонек. Нас раздяла жалкая пара метров, но уже отсюда я чувствовала проклятый аромат его кожи, щедро сдобренный миртом. Мне приходилось смотреть на Кресса снизу вверх, что страшно бесило. А что поделать, если инквизитор — та еще каланча?
— Слушай… — старательно подавляя эмоции, начала я.
— Нет, — спокойно прервал меня Кресс. — Я не оставлю его в доме. Если что-то пойдет не так, ты лишишься магии. Я не знаю, какие условия перерождения у юных ведьм, но уж точно не смерть от истощения. Яков уйдет в деревню.
— Боишься, что он прикончит меня прежде, чем вернется Ру с праведным огнем ордена?
— Да, — холодно произнес он.
Это признание ощущалось как болезненный укол в груди. Я неожиданно остро почувствовала, как сильно ненавижу инквизиторов. Всю их братию! Но Кресса особенно.
— Ну так расслабься, — рыкнула я. — Лягу спать в бане, раз тебя так напрягает моя истончившаяся магия и голод Якова. Все равно он вряд ли отреагирует на меня. Готова спорить, что даже ты для него сейчас будешь более желанной добычей.
— Уверена?
— Насчет бани? Как будто у меня есть варианты.
— А Гленна? Он может напасть на нее? — уточнил Кресс.
Он заметно расслабился, будто раньше его напрягала лишь перспектива ночевать под одной крышей со мной и другим магическим отродьем.
— Вряд ли, — покачала головой я. — У Гленны слабый магический фон, даже учитывая ее здоровье и принадлежность к обычным людям.
— Отлично, — тонко улыбнулся Кресс. — Тогда ты ночуешь со мной, Гленна разместится в твоей спальне, а Якова отправим в баню.
— Что?
Я изумленно открыла рот, однако Кресс просто развернулся и ушел наверх. Очевидно, готовить спальные места. комментировать свое странное решение он и не думал. мне оставалось лишь смириться и уйти к ребятам пить чай. День прошел великолепно: мы с Гленной обсудили предстоящие празднества, прогулялись по саду и даже успели обменяться рисунками для вязания свитеров. А затем наступила пора укладываться спать, и мне пришлось постучаться в спальню к инквизитору. Он откликнулся не сразу.
Глава 56
Я рывком распахнула дверь, с громогласным "Ага!" заскакивая спальню. Кресс, который в это время пытался поменять рубашку, так и замер посреди комнаты, трепетно прижимая к груди клочок ткани, который должен был прикрыть его голый торс.
Я криво ухмыльнулась, пытаясь за наглостью скрыть смущение. Отступать было как-то нелепо, тем более, в коридоре появился Яков. Не иначе как собирался пожелать Гленне доброй ночи. Я захлопнула за собой дверь и с независимым видом подошла к кровати.
Кресс следил за мной с нечитаемым выражением лица. Он медленно положил рубашку на стул и взял другу, но одеваться не торопился.
— Я сплю на кровати! — решила я. — Если что-то не нравится, можешь идти в баню. Яков всё равно уже начал поползновения на девичью честь Гленны.
— Ты спишь на кровати, — подтвердил Кресс. — Я лягу на полу.
— Давно радикулит не мучал?
— Мне приходилось спать в местах и похуже. Отвернись, мне надо переодеться.
Я мигом отвернулась к окну и в перила взгляд в ночное небо, испещренное ветвями деревьев. Где-то вдалеке светила убывающая луна, окружённая россыпью звёзд. За моей спиной послышалось шуршание ткани.
Оно подействовало на меня гипнотически. Я боялась даже пошевелиться, а фантазия услужливо вырисовывала перед глазами торс Кресса. Кхм, со всем богатым арсеналом.
Я чувствовала, как горят щеки и даже уши. Это нужно было срочно прекратить, чтобы не дать инквизитору новый повод для насмешек. Я кинула на кровать свою подушку и ночную рубашку. Мои пальцы подрагивали, когда я расслабляла шнуровку на рубашке. Наконец мне удалось стянуть одежду через голову, едва не выдрав себе клок волос — следствие нервной торопливости.
Я поежилась. Холодный ветер прикоснулся к обнажённой спине, прядки волос скользнули по коже. Я рывком развернула ночную сорочку и принялась её натягивать. Именно на этом моменте Кресс решил поинтересоваться:
— Что ты делаешь?!
— Переодеваюсь, — прошипела я.
Моя рука дернулась, и сорочка сползла чуть ниже, закрывая горящее от смущения лицо. Я попыталась проскользнуть дальше и с ужасом поняла, что застряла. Положение — хуже не придумаешь! Я стою в одной комнате с Крессом с натянутой на голову ночнушкой и не могу ничего сделать.