Каменное сердце (СИ)

— Значит, будем надеяться, что дождя не будет. Давай поищем что-нибудь интересное.
— Камни? — изогнул бровь инквизитор. — Помет животных?
— Или труп. Не помню, где зарыла последний скелет из своего шкафа. Попробуй отыскать. Мне нужен бокал, а подходящую черепушку найти сложно.
— Ты ужасна, ведьма, — вздохнул Кресс. — Как только тебя Гленна терпит?
Я не ответила, ускакав вверх по склону, где повсюду пестрели маленькие цветочки. Их нежный аромат пьянил. Я склонилась к зеленому ковру, вдыхая запах. Мое внимание привлек яркий золотистый цветок, которого здесь быть попросту не могло.
— Как ты забрался так высоко, малыш? — удивилась я.
Среди травы пряталась примула. Ее нежный бутон раскачивался на ветру, готовый вот-вот оторваться и улететь прочь маленьким зонтиком.
Я сорвала его и принесла Крессу. Инквизитор остался абсолютно равнодушен к хрупкой красоте цветка, и я попросту воткнула его ему в петлицу.
— Что это? — вздохнул Кресс. — Та самая радость жизни?
— Это примула, — гордо произнесла я. — Смотри, не потеряй.
— Почему?
— Потому что это ключ.
— К каменному сердцу карги? — улыбнулся инквизитор.
Я закатила глаза.
— Тебе вообще ни одной легенды не рассказывали? Это же примула. Каждый раз, когда кто-то теряет ключ, на земле вырастает этот цветок. Сорвавший его сможет проникнуть в чужой тайник. Но помни, обронив примулу однажды, ты никогда не найдешь этот ключ снова.
— Глупости.
— Ты ни разу не пробовал.
— Открывать цветком двери?
— Верить во что-то хорошее, — сказала я. — Волшебное.
 Глава 48 
— И какое же волшебство превращает цветы в ключи? — вздохнул Кресс, пристально рассматривая примулу.
Я уже была не рада, что вообще затеяла эту прогулку. Инквизитор ворчал, не давая мне расслабиться и насладиться природой.
— Милостивая Истле, — пробормотала я. — Ты не увидел проклятье, когда оно при тебе пыталось меня сожрать. Не хочу обидеть орден и его методы обучения инквизиции, но специалист по волшебству из тебя поистине паршивый.
— Сожрать? — весьма натурально изобразил шок Кресс.
— Придурок, — резюмировала я. — А о чем я тебе талдычу! Магический голод, щупальца к ауре, слабая магия… Этот Яков таскается за Ликой, потому что жрет ее. Как закончит высасывать ее ауру, пристроится к моей.
Лицо Кресса вытянулось. Он ухватил меня за локоть и рывком развернул к себе. Я оказалась прижата к крепкой мужской груди без возможности выбраться. Во мне даже магии не оставалось, чтобы проклясть наглеца. Тех крупиц, что были, едва хватало на поддержание жизни в окаменевшем сердце.
Я даже мир видела лишь частично. Раньше у меня получалось различать даже токи жизненной силы под одеждой других людей, при должном старании, конечно же. А сейчас Кресс стоял передо мной темным пятном, и я даже не могла проверить, что за энергия бурлит в нем.
— Жрет, — повторил мои слова инквизитор.
— Сам того не понимая, — осторожно добавила я. — Мы же вроде обсудили это…
— А потом он начнет жрать тебя, — продолжил логическую цепочку инквизитор.
Он не мигая смотрел на мое лицо, словно пытался понять, шучу я или просто несу чушь. Видимо, что-то такое проявилось у меня во взгляде. Кресс отступил на шаг. Затем, для верности, он и вовсе отошел в сторону.
— Это надо остановить, — решил он.
— Ой, да неужели, — ядовито произнесла я.
Настроение было испорчено. От обиды хотелось что-нибудь учудить, однако магия плескалась на самом донышке моего резерва, а травы смотрелись как бескрайнее зеленое пятно. Я могла собрать ядовитый букет и так, но качество сырья ставилось под вопрос.
Еще один пунктик в список “Почему я ненавижу инквизитора”: из-за него мои навыки травницы из великолепных стали посредственными. Ведьмы всегда чувствовали энергию растений, общались с природой благодаря милостивой Истле. Благодаря этому из них получались талантливые зельевары.
Конечно, я могла приловчиться делать все не то что без магии, но и без волшебной чуйки на хорошее сырье, но это будет уже вопрос времени.
 
Бесцельно побродив у реки, и так ничего толком не собрав, я велела Крессу паковать наш скромный пикник.
— А как же дыхание жизни, радость и прочие вещи, о которых я забыл? — вздохнул Кресс.
Я кивнула в сторону реки.
— На тебя даже русалки не позарились, так что извиняй. Сегодня без маленьких радостей. Зато я приготовила тебе большую подлянку.
— И какую же?
— У меня устали ноги. Придется тебе нести меня на руках, — торжественно сообщила я.
Это была наглая ложь. Мне просто смертельно хотелось развлечься за счет инквизитора, раз уж привычные мне радости в виде сбора трав и придумывания заговоров оказались недоступны. Но Кресс был настроен решительно. Он захотел испортить мне жизнь, и не собирался отступать ни перед какими трудностями.
— Хорошо, — кивнул он.
“Вот урод! — мысленно восхитилась я. — Даже поспорить с собой не дал”.
 Глава 49 
Кресс посадил меня к себе за спину, повесил сумку через плечо, а в руку взял громоздкую корзину. Я тут же стащила у него пирожок и принялась жевать прямо над ухом.
Прежний Кресс должен был как минимум скинуть меня на землю, как максимум пройтись по моей родословной и дурным манерам. А этот смолчал. Тогда я принялась болтать ногами и вертеться, мешая ему удерживать меня на весу. Кресс стоически перенес и это. Только иногда склонялся, чтобы подвинуть меня чуть выше. Он почти не реагировал на мои мелкие шалости. Это напрягало.
Я рассчитывала, что Кресс сдуется уже на подходах к опушке. А он все нес и нес, даже не запыхался. Его сила внушала уважение, но меня бесило это упорство и непрошибаемость. Я решила, что если уж наглеть, то до конца, и уткнулась ему в изгиб между плечом и шеей, приобняв и прижавшись грудью к спине.
Я досчитала до тридцати, но Кресс не торопился меня скидывать. Пришлось и дальше ехать у него на спине, вдыхая терпкий аромат мужчины. Кажется, я сходила с ума. Его запах мне нравился, и даже способ передвижения больше не вызывал раздражение.
Словно очнувшись от глубокого сна, я подскочила. Это ж инквизитор! Он меня придушить пытался, между прочим! А я к нему жмусь, как нашкодившая кошка к ноге хозяина. Даром, что не мурлыкаю от удовольствия.
— От тебя воняет, — сообщила я.
Кресс споткнулся на ровном месте. Он чуть повернулся, чтобы взглянуть в мои наглые колдовские глазищи, и продолжил путь.
— Я так не могу, — намекнула я.
Кресс страдальчески вздохнул и опустил меня на землю Он немного подумал и положил корзинку в траву.
— Эй! — возмутилась я. — Не думай, что я стану ее нести.
— Тебя никто и не просит, — ответил Кресс и отошел с тропы.
Он уверенно двигался к густому кустарнику между сосен. Я сначала решила, что он пошел искать огненную ягоду, чтобы все же дотравить меня. А потом поняла, зачем люди в лесу могут отлучаться в кустики.
Я покраснела до корней волос и отвернулась. Меня переполняла жгучая смесь стыда, смущения и злости. Я, конечно, злобная ведьма и все такое, но мог же он хоть изредка вести себя со мной как с девушкой, а не как со злейшим врагом и пленницей.
Решив, что ненависть к инквизитору незыблема и взаимна, я постаралась выкинуть из головы лишние мысли и не прислушиваться к хрусту веток за спиной. Ну он и лось! Мог бы аккуратнее идти. Судя по звукам, он там все мелкие кустики обломал, черничную полянку затоптал и белкам хвосты отдавил. Как? Не спрашивайте.
Не думать о Крессе оказалось сложно. Внезапно. Вся моя одежда пропахла им. Мускусный запах его тела забивался в ноздри и совершенно не хотел выветриваться.
Я почувствовала, как кто-то обхватывает меня за талию и притягивает к себе. От страха на меня напал ступор. Кресс протянул мне беленький мелкий цветочек, пахнущий чем-то смутно знакомым. Я забрала бутон.
— Я тебе примулу, ты мне мирт? — хмыкнула я.