Мое проклятие
«Чти Господина своего как почитаешь Горта, Верховного бога нашего, и не обрушатся на тебя гнев и карающая десница его».
Да, зомбирование и промывание мозгов в чистом виде.
«Люби законную жену Господина своего как старшую дочь матери твоей, и не оставляй пути мира».
Резюмирую: нет в доме для тебя, наида, бога, кроме господина, а законная жена – пророк его.
Мне надоело расхаживать. Вернулась к кровати, не отрываясь от чтения, угнездилась со всеми удобствами и, болтая ногами, продолжила изучение занимательной книжицы. В душе, постепенно заполняя ее целиком, росла и крепла какая-то веселая злость.
«Восходящее солнце пусть застанет тебя за молитвами о здравии Господина твоего, а вечерняя заря – готовой по первому же велению возлечь на ложе его».
В общем, женщина для утех, особо не напрягайся. Ибо судьба твоя проста и однозначна: молись и е… Ой, что-то меня не туда понесло. Но как противно-то, кто бы знал. И эту участь уготовил мне любезный опекун и усугубила заботливая Альфииса? Хотя куда уж тут дальше усугублять.
«Проводи дни в неустанной заботе о благе и удовольствии Господина своего и всечасно помни, восхваляя, милости его».
Я так увлеклась, что не сразу услышала звук открываемой двери. Только через несколько мгновений перегруженный шокирующей информацией мозг наконец-то осознал, что в комнате помимо меня есть еще кто-то. Резко вскинула голову и наткнулась на внимательный взгляд почти прозрачных светло-серых глаз.
Я помнила эти глаза. Как же хорошо, оказывается, я их помнила!
Собственно, от обладавшего мной мужчины ничего, кроме них и низкого голоса, то жарко шепчущего, то властно приказывающего, в воспоминаниях после той страшной, первой в этом мире ночи не осталось. Забылись лицо, руки, фигура. А может, в оглушенном сознании они и не запечатлелись вовсе. Но эти завораживающие глаза вычеркнуть из памяти не смогла. Правда, тогда, ночью, они показались мне темными, почти черными. Но не узнать их было нельзя. А значит, и их обладателя тоже.
Саэр Савард Крэаз, сиятельный и дваждырожденный – кажется, ничего не забыла? – изволил почтить своим присутствием комнату отлученной от рода и теперь медленно умирающей девушки Кателлины. Впрочем, его стараниями уже даже и не девушки.
Познакомиться пришел? Или полюбоваться на странную девицу, что по собственному желанию к нему «на ложе незаконное» прыгнула, даже наказания не испугалась? Вот посмотрит сейчас саэр на меня повнимательней и стопроцентно решит, что ему даром не надо этакого тощего цыпленка в наиды. Ну какая из подобной немочи «женщина для утех»? Обнять и плакать, больше ничего.
Я, конечно, сама к Крэазу в объятия не торопилась, пугал он меня до дрожи. Но альтернатива – постепенное угасание и смерть до полуночи – привлекала еще меньше.
«Посмотри на меня, девочка!»
Не успела толком сообразить, прозвучали ли слова на самом деле или просто всплыли в моей памяти, а уже замерла покорным кроликом, не отрываясь от гипнотических очей усмехающегося напротив удава.
– Подойди!
А вот этот приказ я расслышала абсолютно четко. Расслышала, разозлилась и, как ни странно, обиделась. Поэтому решила его проигнорировать. Может, сиятельный и считает себя великим Каа, только вот мне бандерлогом совершенно точно быть не хочется.
«А еще они называли тебя желтым земляным червяком».
Неожиданное воспоминание, несмотря на всю напряженность ситуации, вызвало мимолетную улыбку, помогло стряхнуть овладевшее мною нездоровое оцепенение.
Поспешно отвела взгляд и стала исподволь разглядывать мужчину, отчаянно стараясь при этом не встречаться с ним глазами.
Высокий, стройный. Лет тридцати по земным меркам, ну или около того. Прямая спина, гордая посадка головы. Чувствовалось сразу – передо мной человек, привыкший повелевать и не терпящий возражений.
Черный, отлично скроенный костюм плотно обтекал фигуру, не скрывая, а, напротив, подчеркивая ее достоинства. Поджарое, мускулистое тело, широкий разворот могучих плеч – все явно указывало на пристрастие к аристократическому искусству фехтования. Ну не в спортзале же он эти мышцы наработал! Волевое, хищное лицо с высоким лбом, правильными чертами и неожиданно трогательной ямочкой на упрямом подбородке. Крепко сжатые чувственные губы. Короткие, жесткие даже на вид, темные волосы. Никаких тебе кос до пояса или густой гривы, волной окутывающей плечи, как принято у героев фэнтези.
Наверное, он был красив. Но красота эта не коснулась моей души и не согрела сердце. Умирающая лань, которую подмял под себя голодный лев, тоже теоретически может оценить грацию, силу и привлекательность своего убийцы. Если успеет. Но не более. Да и не до этого ей будет.
Вот и мне было не до этого.
Все силы уходили на то, чтобы не поддаться властному призыву сиятельного. Вспоминала цитаты из только что прочитанной книжицы и чувствовала, как удушливой волной накатывает ярость, помогая бороться: и с приказом мужчины, и с затаившейся где-то глубоко апатией, ждущей лишь мгновения слабости, минуты усталости, чтобы, ворвавшись ликующим победителем, навсегда захватить в плен душу и тело.
– Ночью не все рассмотрела? – лениво-насмешливый голос разозлил еще больше. – Я настолько понравился тебе, девочка, что ты прямо сейчас, немедленно, жаждешь продолжения? Поэтому с таким вожделением меня изучаешь?
Это он мое, пусть неуместное, но вполне оправданное любопытство, стремление увидеть наконец, кем покарали Катэль суровые местные боги, принял за попытку соблазнить его? Ничего себе выводы! Так удивилась, что даже забыла, что зареклась встречаться с саэром взглядом. Вскинула голову и с недоумением уставилась в ехидно прищуренные глаза.
– Ты решила не вставать, не подходить, – пояснил сиятельный мерзавец в ответ на откровенное удивление. – Ждешь в постели, недвусмысленно приглашая тем самым на свое ложе. Умница, быстро оправилась после первой ночи, даже не ожидал. Что ж, у нас не так много времени, но игнорировать столь откровенное предложение я не могу. Да и не хочу, если честно. А тебе все равно нечего уже терять. Готова подарить мне удовольствие прямо сейчас?
Провоцирует или правду говорит?
В любом случае проверять не собиралась. Да и дальше сидеть на кровати тоже. Бог знает, какие еще обычаи и предписания существуют в этом во всех отношениях ненормальном мире. Торопливо подскочила и на всякий случай отошла подальше от «ложа», молчаливо признавая, что этот раунд остался за сиятельным.
– Подойди, девочка! – все тот же спокойный и властный голос.
Что уж теперь? Подошла, остановилась рядом, глядя вниз и старательно натягивая на лицо выражение отстраненного безразличия.
– Посмотри на меня!
Неужели заклинило? Или у него для женщин набор только из двух команд существует? Маловато как-то. Надо еще «ложись» прибавить – вот тогда полный порядок будет. «Подойди, ложись, смотри» – что еще мужику нужно?
Сильные твердые пальцы, жестко ухватив за подбородок, дернули его вверх.
Вздрогнула и отвела глаза в сторону.
Мужчина, рассмеявшись, убрал руку. Не успела облегченно вздохнуть, как он вновь потянулся к моему лицу. Напряглась, не зная, чего ожидать, но сиятельный опять удивил. Неожиданно мягко провел по щеке, подушечкой большого пальца скользнул по губам, спустился ниже и, едва касаясь, очертил жилку, что рвано пульсировала на шее.
Дернулась, пытаясь освободиться от неуместного прикосновения.
– Непокорная, – хриплый смешок, – все еще непокорная, хоть уже и не девственница.
Рука, ставшая неожиданно грубой, резко схватила за шею, больно сдавливая нежную кожу, чужое лицо стремительно приблизилось, и ухо опалил злой шепот:
– Так зачем же ты на самом деле приходила ко мне той ночью, строптивица?
Вот и что ему ответить на этот, казалось бы, простой и понятный вопрос?
Экстрима захотелось? Нет, такую шутку сиятельный точно не оценит. Не стоит даже пробовать.
Рассказать о планах Альфиисы? О том, что ушлая девица задумала заполучить в новую семью не «темную лошадку» из другого рода, а хорошо выдрессированную, покорную ее воле глуповатую родственницу? Ведь именно потому она и подложила Катэль под будущего мужа, одурманив несчастную радужными картинами совместного счастливого существования и настойкой корня линиха. С этой настойкой, кстати, тоже не все так ясно, как с первого взгляда кажется. Целитель передал моей старшенькой чистое снадобье, в этом нет сомнений. Но почти уверена, что предприимчивая Фиса туда потом и от себя какую-то дрянь накапала. Чтобы Кэти посговорчивей была и грандиозных планов, не дай бог, своей строптивостью не нарушила.