Во спасение (СИ)

Когда Эдди Костнер просыпался сегодня утром, он совершенно точно не думал, что его день закончится так: в большом кабинете, который, конечно, принадлежал не ему, под внимательным и слегка насмешливым взглядом, который тоже, к большому сожалению, принадлежал не ему.
— И что именно вы хотели узнать обо мне, мистер Костнер? — Адам Вайолетт вальяжно курил за широким столом, рассматривая гостя, явно чувствовавшего себя не особо уютно в глубоком кресле. Адам отчасти понимал его, попади он в такую ситуацию, то тоже забыл бы о комфорте. Только он не попал бы ни при каких обстоятельствах — у него, в отличие от этого юнца, имелись мозги.
Вообще-то, Адам тоже не предполагал заканчивать этот день таким образом. В его планах был ужин в любимом ресторане, бокал бренди и изучение нескольких отчётов, отложенных ещё вчера. И Адам не любил, когда его планы менялись. Но оставлять зарвавшегося мальчишку, бегающего за ним уже неделю в поисках то ли неведомой сенсации, то ли просто желая найти парочку скелетов в шкафах, без внимания Адам не собирался. Не после того, как этот мальчишка буквально ввалился в такси и потребовал у водителя ехать за машиной, из которой сам Адам планировал переместиться в вызванное им же это самое такси.
В итоге, в такси они ехали вместе. И Эдди бесконечно ёрзал на сиденье, дёргал за ручку двери и явно искал хоть один способ безболезненно сбежать, но Адам не смог бы заработать и десяти баксов, если бы всё подряд спускал с рук.
— Ничего, — наконец осторожно ответил Эдди, впиваясь пальцами в подлокотники кресла и облизывая пересушенные от волнения губы. Адам на мгновение задержал взгляд на этом жесте и беззвучно усмехнулся:
— Ты ужасный журналист, если за неделю слежки можешь ответить мне только «ничего».
— Я не журналист, — оскорбленно посмотрел на него Эдди.
Уголок губ Адама вновь едва заметно дёрнулся — как будто он не знал, но раскрывать все карты в начале игры было не в его правилах. Он заметил эту дилетантскую слежку в первый же день, его охрана уточнила, стоит ли им что-то с этим делать, но Адам решил, что стоит немного подождать. В конце концов, он привык, что на его хвост садятся настоящие профессионалы, а вовсе не зелёные неумёхи, по ошибке садящиеся в такси, заказанное «жертвой».
— И какова же цель твоего наблюдения? — сигарета дотлела, и Адам продавил ею дно пепельницы, не сводя взгляда с Эдди. — Может, ты сталкер? Маньяк? Влюбился?
— Что? Нет! — на лице Эдди проявилось такое искреннее возмущение, что Адам почти рассмеялся. — Просто… — он внезапно зарделся и поджал губы. — Это уже неважно. Я ведь всё равно ничего не нашёл.
— То есть я могу использовать эти слова для того, чтобы предъявить тебе обвинение в незаконном преследовании? — Адам уже откровенно веселился, наблюдая, как светло-розовый румянец на скулах начинает стремительно заливать и лицо, и шею багровыми пятнами. — И всё же. Какова была цель, мистер Костнер? Мне нужно понимать, стоит мне вызывать полицию или вы просто принесёте мне свои извинения и, возможно, компенсацию за моральный ущерб.
— Компенсацию? — вздёрнул брови Эдди. — В смысле?
— Я неделю жил с вами бок о бок, это довольно неловко при моем статусе. Не находите?
Эдди вновь заёрзал в кресле и мрачно буркнул:
— Не нахожу.
Адам коротко постучал пальцами по столу и повторил:
— Я всё ещё готов вас выслушать.
Глубоко вздохнув, Эдди почесал густую бровь, потёр висок и наконец негромко сказал:
— Моя сестра.
— Ваша сестра?
— Да, вы ведь начали с ней встречаться. А я говорил ей, что такие люди, как вы, никогда бы не обратили внимания на обычного банковского консультанта.
— И решили ей это доказать, найдя моё грязное бельё? — Адам даже прикрыл рот ладонью в мимолётном жесте, чтобы не улыбнуться слишком широко. Это казалось настолько абсурдным, что скажи нечто подобное любой другой человек, Адам ни за что бы не поверил, но, глядя в это бесхитростное лицо, сомнений в искренности намерений не оставалось.
— Да, вроде как, — сконфуженно пробормотал Эдди.
 
Адам вновь закурил, думая, что, наверное, подобное веселье не стоило менять на ужин и бренди. В конце концов, это он и без того делает почти каждый вечер, а такие забавные и наивные истории ему попадаются крайне редко.
Он в первый же день попросил узнать всю информацию об Эдди, а потому знал, что его сестра — действительно банковский консультант, с которой он ужинал на прошлой неделе. Каролина, её звали так. И она была красива, умна и предприимчива, но их встреча несла исключительно деловой характер. Каролина давно спала с управляющим банка, пусть и не добросовестно держала это в тайне из-за того, что тот уже лет двадцать был женат. А Адаму стоило решить несколько вопросов, и кто, как не нежная любовница, имеющая доступ не только к постели, но и к разуму похотливого старика, может вложить в его голову нужную информацию? Конечно, не бесплатно.
И магия зелёных хрустящих купюр была всегда сильнее магии притворной любви. По крайней мере, в мире Адама.
— Твоя сестра помогала мне лишь в некоторых вопросах по моему счёту, но никак не соглашалась идти со мной на свидание, — Адам обезоруживающе улыбнулся. И ведь не солгал. — Боюсь, я бы и не смог её пригласить. Если бы ты, Эдди, был немного внимательнее и действовал профессиональнее, то ты бы понял, что я гей. И на свидания хожу вовсе не с девушками. Так что могу пригласить поужинать тебя, ты не против?
— Что? — лицо Эдди вытянулось. Он сам даже вжался в спинку кресла и поджал губы. — Простите, но я не…
— Можешь не лгать мне. В отличие от тебя, я умею искать более достоверную информацию, — Адам продолжал улыбаться, но теперь лишь одними губами. В глазах же у него явственно читалось предупреждение. — И прекрасно осведомлён о том, что на стриптиз ты ходишь исключительно мужской.
Эдди вскочил на ноги и, сведя брови к переносице, сказал:
— Мне пора домой. Прошу прощения. За.. всё.
Адам не стал его останавливать, лишь проводил взглядом до двери и на поступивший от охраны звонок с вопросом, пропускать ли им их гостя к выходу, коротко ответил согласием. В конце концов, и дальше тратить время на такую ерунду Адам не мог себе позволить. Его ждал ужин, бренди и отчёты.
— Боже мой, Эдди, ты всерьёз следил за мистером Вайолеттом?! — Каролина прикрыла лицо руками и со стоном опустилась на табурет. — Ты совсем рехнулся?! Он наш важнейший клиент!
— Но я должен был удостовериться, что это не очередной подонок, который просто использует тебя, как этот твой женатый мудак Эндриксон! — Эдди сложил руки на груди и нервно стучал ногой по полу.
Каролина закатила глаза и вновь застонала. В её хорошенькой светлой голове совершенно не укладывалось, что младший брат следил за кем-то вроде Адама Вайолетта.
— Я на восемь лет старше тебя, Эдди! Мне тридцать два, я в состоянии решить, с кем мне спать! Прекрати вмешиваться в мою жизнь! Боже, я и подумать не могла, что ты настолько безумный. Тебе просто повезло, что он не обратился в полицию!
Эдди поджал губы, сел на стул напротив Каролины и подтянул к себе недопитую банку газировки. Теперь идея признаться в том, что он делал, не казалась хорошей. Он ведь и правда хотел как лучше. Каролине никогда не везло с парнями. И в том, что она заслуживает лучшего, чем женатый босс, Эдди был уверен.
— Я извинился, — буркнул он, елозя пальцами по гладкой банке.
Подняв взгляд, Каролина устало посмотрела на него и потёрла виски:
— Он же гей, Эдди. У вас же есть что-то вроде радара, почему ты сразу не понял?
Эдди тут же вспыхнул, и пальцы на алюминиевой банке сжались сильнее — до неприятного хруста.
— Я не гей.
— Кого ты пытаешься обмануть?
— Мне нравятся и девчонки!
— Первый и последний раз, когда тебе нравилась девчонка, это в летнем лагере при школе, когда тебе было десять. И то, только потому, что её звали Джо, и она была похожа на мальчика больше тебя, — Каролина закатила глаза и махнула рукой. — Пожалуйста, иди спать. С меня достаточно информации на сегодня.