Город соблазнов (ЛП)
— Привет, детка. Ты перед всеми открываешь дверь, выглядя при этом так аппетитно?
Бросаю рогалик на столик в прихожей, когда она закрывает за нами дверь. Прижимаю ее спиной к стене и держа руку над ее головой, наклоняюсь достаточно близко, чтобы разделить с ней дыхание. Я устал от всей этой суматохи в пекарне и хочу отвлечься от мыслей о Марке, Мэнди и, откровенно говоря, от всего, что начинается на букву «М».
Руки Терезы скользят по моей груди, когда она сокращает расстояние и нежно целует меня, но поцелуй прерывается звонком, а затем стуком в дверь.
Она хихикает, прижимаясь к моим губам.
— Я должна открыть.
— Ни в коем случае.
Опускаю взгляд на ее голые ноги.
— Никто не должен видеть тебя такой, кроме меня, милая.
Открываю дверь, удерживая Терезу за ней.
— Чад, — цежу я.
Ничего не могу с собой поделать. В жопу этого парня. Мне плевать, что он ее лучший друг, деловой партнер или кем он там, нахрен, еще притворяется.
— Ти где-то рядом?
Он пытается заглянуть мне за спину, но я загораживаю ему обзор.
— Да, — резко отвечаю я.
— Отлично.
Чад ослепительно улыбается, протискивается мимо меня в ее дом и обнаруживает мою полуголую девушку, прикрывающую лицо.
В то время как она должна была бы прикрывать свое тело.
— Привет, Ти. О. Извини, не знал, что вы тут занимаетесь примирительным сексом. Виноват. Я просто хотел узнать, не хочешь ли ты слетать на денек на озеро, чтобы поднять себе настроение.
Примирительным сексом?
Тереза покраснела.
— Мы не занимались сексом, но ты чертовски не вовремя… Постой, ты только что сказал «примирительный секс»?
Она наморщила лоб и посмотрела на меня.
— В чем дело?
— Ну, даже не знаю, — отвечает Чад, прежде чем я успеваю пожать плечами. — Прошел слух, что Кайла видели с ассистентом фотографа сегодня утром.
— Стоп, стоп, стоп. Это не то, что… — пытаюсь я перебить его.
Он продолжает:
— И это после того, как в сеть просочилась их вчерашняя совместная фотография. А сегодня утром она тесно прижималась к нему.
— Она не… — огрызаюсь я.
— Поэтому все решили, что вы расстались, — настойчиво продолжает Чад, снова перебив меня.
Тереза переводит взгляд с меня на Чада.
— Что за фотография?
Ох, это не к добру.
— Да, какая еще фотография?!
Чад достает свой телефон и протягивает Терезе. Я заглядываю ей через плечо и обнаруживаю сообщение от кого-то о вчерашних съемках с подписью «Жара в пожарной части».
Ублюдок.
Это та самая фотография, на которой Миа смотрит на меня снизу вверх, а ее руки лежат на моей груди. Она — сама невинность с голубыми глазами. А я, разумеется, довольно ухмыляюсь.
— Это не то, чем кажется, — рычу я.
Тереза увеличивает фотографию.
— Это со вчерашней фотосессии?
Я киваю.
— А что насчет той, что над ней?
Это скриншот с одной из моих вчерашних «ловушек жажды». Должно быть, я забыл установить фильтр, потому что любой знакомый сразу бы определил меня на ней. Я облажался, и эта ошибка будет стоить мне Терезы или работы.
— Какого хрена, Кайл?
Тереза качает головой и устремляется на кухню. У меня возникает соблазн погнаться за ней, но это, вероятно, только разозлит ее.
— Надо было быть осторожнее, — бормочет Чад, звучащий чертовски самодовольно.
— Ты только и можешь, что трепаться, гаденыш, — отвечаю я.
Тереза возвращается, листает свой телефон, останавливается на чем-то и нажимает.
— Я, бл*ть, так и знала. Мэнди? Серьезно? Она же младшая сестренка Келси, которая приехала на весенние каникулы. Работает барменом или что-то в этом роде и помогает сестре. Мэнди почти на десять лет младше тебя!
Из всего, на чем я попался, она прицепилась именно к этому гребаному факту.
— Она работала помощницей и смазывала нас всех!
Чад прищелкивает языком, а я нахожусь в нескольких секундах от того, чтобы заехать ему кулаком в лицо.
— Пошел ты. Это касается только меня и Терезы.
Пока Тереза смотрит в свой телефон, глаза Чада блуждают по ее телу, задержавшись на ее голых ногах.
Не этому придурку судить меня — он сам делает свои пилотные «ловушки жажды».
— Убирайтесь. Оба, — говорит Тереза, все еще рассеянно смотря в свой телефон.
— Детка, давай поговорим.
Я заправляю ее волосы за ухо, но она отмахивается от моей руки, не поднимая глаз от телефона. А после, вдруг хватает со стола пакет с выпечкой, и прижимает его к моей груди.
— Убирайся, — холодно повторяет она и наконец поднимает глаза.
На ее губах появляется ухмылка, но не та, которую я привык видеть. Эта ухмылка кажется какой-то мрачной.
Она бросает свой телефон на стол.
— Но сначала…
Тереза засовывает палец с каждой стороны трусиков, снимает их, комкает в одной руке и сует мне в карман.
— Это на память обо мне.
Чад разражается хохотом.
— Да ты чертова оторва, Ти!
Ее глаза не отрываются от моих, когда она поправляет его:
— Нет, скорее просто стерва. Дело не в Мэнди, а в «ловушках жажды». Между нами все кончено, Кайл.
Глава 3
ЛУЧШИЙ ДРУГ
Чад
— Чад! Чем ты, мать твою, занимаешься? Ты… ты что, тоже занимаешься ловушками жажды?
Я не делаю попытки прикрыться. Меньше всего мне хотелось, чтобы Тереза узнала о моей подработке, после того как месяц назад поймала на этом Кайла, но было что-то в том, что она застукала меня…
Да, меня зовут Чад. Я обожаю женское внимание. И да, я занимаюсь ловушками жажды, пользующимися популярностью у женской аудитории от тридцати пяти и старше. Дамочки любят пилотов. Я надеваю свои авиационные очки, смазываю маслом грудные мышцы и пресс, и лайки сыплются как из рога изобилия.
— Это не то, что ты подумала, Ти, — заявляю я, срывая солнцезащитные очки и отбрасывая их на стул.
Они отскакивают от сиденья и скачут по полу, остановившись за ее ногами. Она наклоняется, чтобы поднять их, предоставляя мне обзор на свою великолепную задницу.
Бл*ть.
«Нет! Она же твой друг! Под. Запретом».
Тереза кладет мои авиаторы на стол.
— Это именно то, на что похоже. Ты же прекрасно знаешь, что я рассталась с Кайлом как раз из-за этого. То внимание, которое ты к себе привлекаешь…
Она задумчиво и с легким отвращением смотрит в сторону, покачивая головой. Я наблюдаю, как она в раздражении искривляет губы. Более того, я откровенно пялюсь на ее рот.
— Я свободен. А Кайл был не одинок. Он просто засранец, жаждущий внимания и не должен был заниматься этим, пока вы были вместе.
Я, конечно же, тоже люблю внимание, но речь сейчас не обо мне.
— Ты поступаешь точно так же.
Она пожевала губу.
Чего бы я только не отдал, чтобы зажать ее между своими зубами…
— Я понимаю, что для тебя это больная тема, но я могу позволить себе обнажиться в Интернете, если хочу. Ведь я не твой парень.
Мог бы быть им, если бы только ты рассматривала меня в таком ключе…
Она открывает и закрывает рот, чтобы что-то возразить, но не решается. А когда наконец заговаривает, то не может выговорить ни одного внятного слова.
— Это… я не…
Ее взгляд падает на мой болезненно твердый член, упирающийся в трусы-боксеры, которые я подготовил для своего видео.
— Мне лучше уйти.
Протягиваю руку к члену, чтобы прикрыть его, при этом кайфуя от мысли о том, что у Ти перехватило дыхание, когда она увидела меня. Я прикрываюсь не полностью — ровно настолько, чтобы она могла посмотреть, если захочет, но Тереза быстро отводит взгляд.
Дерьмо. Кажется, я неправильно все истолковал…
— Не уходи. Дай мне одеться, и встретимся на кухне. Мы должны распланировать июль. Это пик туристического сезона.
После службы в качестве офицера ВВС я устроился работать в международную коммерческую авиакомпанию. Путешествия по миру, новая цыпочка или даже две каждую ночь… Я был искренне изумлен тем, что не обрюхатил сотни женщин, за все это время. В настоящее время я жил своей лучшей жизнью в Траппе вместе со своим самолетом «Типси» (прим.: легкий спортивный самолет, выпускаемый авиакомпанией «Цессна»), вместе с Терезой осуществляя чартерные рейсы для богачей. Июль был нашим самым прибыльным месяцем, и нам необходимо было распланировать все соответствующим образом.