Мы с тобой разные (СИ)

  - Нет! – звучит хоровой ответ. 
  - Вот скажи, Юль, ты считаешь, что это нормально, когда люди меняют пол? Каким ты родился, таким и должен быть! 
  - Ага-ага, а не ты ли вчера перед зеркалом ныла, что у тебя большой нос и когда ты вырастешь, ты его обязательно уменьшишь? – скептически произносит Юля. Аня дергается и быстро пробегается взглядом по классу, где все ученики уже давно отложили свои дела и слушали нарастающий спор. 
  - То нос! Я ведь не собираюсь себе ничего пришивать между ног или отрезать! Фу, меня дрожь берет от одной только мысли об этом.  
  - Поздравляю тебя. Но что поделать человеку, который чувствует себя не тем, кем он является? Да и вообще, блин, это не твое дело, что творит со своим телом человек и с кем он предпочитает спать! Ну, нравится бабе баба, что тут поделать? Нравится мужику мужик, пускай трахаются в свое удовольствие! Тебя же свечу никто не просит поддержать!  
   
  В наступившей тишине отчетливо слышно тихое фырканье, что привело к всеобщему вниманию. Мы как один оборачиваемся в сторону Ромы Леванова, что все это время сидел молча за своей партой.  
   
  - Есть такая цитата, - не очень громко заговорил он. – «Гетеросексуальность, гомосексуальность, бисексуальность, транссексуальность. Мозги плавятся. Когда-то все эти слова заменяло одно единственное. Смешное такое. Сейчас не вспомню уже... Ах да - любовь...», - он поднимает глаза от учебника и окидывает взглядом одноклассников.  
  - Фу, Ромка, ты-то как можешь вставать на сторону этих... - морщится Дима. – Ладно, Юлька! Она вообще, кажется, за мир во всем мире, но ты-то... Можно подумать, что ты педик. 
  - Угу. Правильно думаешь. Мне нравятся парни, - вдруг заявляет Рома. Он выглядит спокойным и расслабленным, но я вижу, как дрожит под партой одна его рука, а другой он судорожно сжимает обложку книги. А все ученики сидят молча, пораженные признанием... 
   
   
  - Слышал последние новости? – спрашиваю я у лучшего друга Дениса, сидя у него в квартире перед телевизором и убивая одновременно зомби. 
  - Это какие? – уточняет Ден. Хоть я и смотрю прямо, но готов руку дать на отсечение, что он сейчас высунул язык от усердия.  
  - Ну, то, что Ромка Леванов - гей. 
  - Че? Брешешь! – друг, забыв про игру, поворачивается ко мне. Я быстро нажимаю на паузу.  
  - Серьезно. Он сам сегодня в этом признался. 
  - Ахуеть, вот это новость! Никогда бы не подумал, что он гей! – в глазах Дениса неприкрытый восторг, а у меня вызывает удивление его реакция, но я не успеваю ничего спросить. 
  - Кто гей? – на пороге гостиной возникает старший брат Дениса – Игорь. Почему-то он выглядит не так, как обычно. Он какой-то напряженный. 
  - Рома Леванов. Помнишь его? Он как-то приходил, - моментально отвечает Ден. Игорь хмурится. 
  - Помню. И что, он сам в этом признался? 
  - Пашка говорит, что да, - друг указывает на меня, а я киваю в знак подтверждения. Складки между бровями Игоря становятся сильней. 
  - Вы должны с ним перестать общаться.  
  
  - Почему? – хором спрашиваем мы. 
  - Потому что геи – это бич общества. Их никто не любит. Они зараза всего человечества и если бы это было разрешено, люди бы с радостью их всех поубивали бы. Ну, знаете, как раньше к колдовству относились, когда ведьм на костре сжигали? Вот сейчас такими ведьмами являются геи. Им нет места на этой земле.  
  Я пораженно смотрю на Игоря, совсем не ожидая таких слов, зато в глазах Дениса появляется знакомый мне фанатический блеск. Так происходит всегда, когда старший брат что-то хвалил или ругал при младшем. Ден или становится фанатом этого, или перестает замечать... 
   
   
  - Да ладно тебе, Пашк, мы же просто поприкалываемся, - уговаривает меня Денис, держа в руках одежду Ромы. 
  - И в чем здесь прикол? – спрашиваю я. 
  - А ты представь, какое у него лицо будет, когда он зайдет в раздевалку, а его одежды нет! Все, хорош ломаться, как целка!  
  Денис быстро сворачивает одежду и запихивает себе в рюкзак.  
   
  - Это вовсе не смешно! – восклицает Рома, стоя в центре раздевалки. – Где моя одежда?  
  Ему никто не отвечает. Денис за спиной Ромы подмигивает мне, и мой взгляд сам собой перемещается на мальчика. Мои и Ромины глаза встречаются. 
  - Паш, это ты их спрятал?  
  - Нет. 
  - Но ты видел, кто это сделал? 
  - Нет. 
  - И не знаешь где они? 
  - Нет. 
  - Не ври! Паш, ну скажи мне, где они! Я же на урок так опоздаю! Паш! 
  - Да отвали ты от меня, педик! – не выдержав, заорал я. Рома отступает назад, словно я ударил его. 
  - Точно-точно! Сдались нам твои вещи, гомик несчастный! – кивает Дима. 
  - А ты уверен, что раздевался здесь, а не у девчонок? – добавляет Миша.  
  Ребята не дружно начинают смеяться, и здесь, и там слышны оскорбления и неприятные фразочки. Рома непонимающе, испуганно оглядывает их, и я вижу, как в его глазах начинают блестеть слезы. 
  - Заткнитесь! – прикрикивает Денис. – Посмотрите, что вы наделали?! Довели нашу бедную девочку до слез.  
  Смех, что оборвался после приказа Дениса, опять продолжился. Рома вылетает из раздевалки, забыв прихватить свой рюкзак.  
   
   
  - И чего ты переживаешь? – удивляется Денис. – Мы же с ним почти даже не общались. 
  - Пускай и не общались, но мне кажется, что... 
  - Ой, да ладно тебе! А представь, что ты ему нравишься, как бы ты к этому отнесся?  
  Тело само собой вздрагивает от омерзения.  
  - Ну вот, - довольно улыбается Денис. – Хватит мне мозг парить. Педиком больше, педиком меньше. Плакать никто не будет.