Топить в огне бушующем печали. Том 2

– А ты, в свою очередь, подозреваешь меня… – начал Сюань Цзи. – Э-э?..
Пару секунд они озадаченно смотрели друг на друга.
– Я подозреваю тебя?.. – повторила Гу Юэси.
– Хочешь сказать, тебя не интересует мой дух меча? – уточнил Сюань Цзи.
Гу Юэси видела, что Ван Цзэ скинул какое-то видео в общий чат, но сразу его не посмотрела, а когда треп старины Вана о красных конвертах [39] начал ее раздражать, она просто отключила в чате уведомления.
  
Выслушав Сюань Цзи, она пришла в замешательство.
– Ты подумал, что я веду расследование в отношении твоего духа меча?
И тут мобильник Гу Юэси зазвонил. Голос Ван Цзэ в трубке звучал на удивление серьезно.
– Юэси, что бы ты ни услышала в эти два дня, когда вернешься в Главное управление, – держи себя в руках…
– Командир Ван, я как раз написала заявление на отпуск, – заметила Гу Юэси.
– Э-э-э… Отпуск… Отпуск – это замечательно… – замялся Ван Цзэ. На другом конце линии что-то происходило: на фоне звучал разноголосый гомон, как будто вокруг Ван Цзэ сновали туда-сюда люди и перекрикивались между собой. – Еще не видел твоего заявления, но ничего, даю добро, отдохни как следует…
Гу Юэси нахмурилась.
– Что случилось? Ты сказал: «что бы я ни услышала» – что я могу услышать?
Номер директора Сяо по-прежнему был занят, но Сюань Цзи на слух не жаловался и, уловив суматоху в динамике Гу Юэси, отправил ему сообщение: «Что стряслось в Главном управлении?»
Как ни увиливал Ван Цзэ, Гу Юэси, почуяв неладное, от него не отставала, пока наконец не услышала что-то в ответ на свои расспросы.
Тем временем Сяо Чжэн написал: «Кто-то украл обломки Чжичуня».
Гу Юэси резко вскочила, чуть не перевернув чашку.
– Директор Сяо, опечатанный контейнер украли во время сбоя в работе системы энергоснабжения. Камеры наблюдения ничего не зафиксировали.
Сяо Чжэн тяжело вздохнул. Он так и знал, что современные технологии не заслуживают доверия.
– Мы регулярно проверяем и обновляем защиту во всех секторах, за исключением сектора W, и с особой тщательностью следим за состоянием защиты вокруг мутировавшей Зеркальной бабочки, – дрожащим голосом оправдывался администратор. Под конец он с сомнением добавил:
– Вор точно знал, где хранится то, что ему нужно. Мне кажется, он хорошо знаком с тем, как у нас здесь все устроено.
Так называемые духи меча не люди, хотя и очень на них похожи. Клинок – это средоточие их жизни, если разбить его вдребезги, дух погибнет вместе с ним. Обломки меча – все равно что останки четвертованного. Нельзя сшить его заново – в этом случае медицина бессильна, как и швейная промышленность. Сяо Чжэн, как ни ломал голову, не мог даже предположить, кому и зачем могли бы понадобиться осколки Чжичуня. Заранее выяснить обстановку на минус шестидесятом этаже, вырубить электричество, рассчитать время, чтобы проникнуть в хранилище… И все ради того, чтобы похитить обломки меча? Этому вору либо делать больше нечего, либо…
Сяо Чжэн вскинул голову и выразительным взглядом поманил Ван Цзэ за собой. Когда они отошли подальше от остальных, Сяо Чжэн, понизив голос, спросил:
– У вас в «Фэншэнь» есть какие-нибудь новости о Янь Цюшане?
Улыбку с лица Ван Цзэ словно стерли.
Сяо Чжэн нетерпеливо вздохнул.
– Я ничего такого не имею в виду…
– Тогда что ты имеешь в виду? – оборвал его Ван Цзэ.
Сяо Чжэн ничего не ответил, молча сверля его взглядом. Сяо Чжэн хорошо знал командира «Фэншэнь»: Ван Цзэ только с виду казался горячим парнем, в душе он был хладнокровен, к тому же необычайно ленив. Узнав, что кража произошла в секторе W, где просто-напросто не хранится ничего серьезного, он абсолютно точно развернулся бы и ушел, позевывая. То, что он так быстро примчался, наводило на подозрения.
– Будь это командир Янь, он не стал бы так долго ждать! – голос Ван Цзэ прозвучал еще ниже, словно исходил откуда-то из утробы. – Директор Сяо, ты нам как брат, как у тебя язык повернулся в чем-то нас обвинить?
– Если это Янь Цюшань вломился сюда, чтобы забрать обломки Чжичуня, я возьму всю вину за случившееся на себя, – ответил Сяо Чжэн. – Пойду к начальнику Хуану и покаюсь. В худшем случае уйду в отставку, вернусь домой и займусь семейным делом. Но что, если это не он?
Ван Цзэ свирепо скрипнул зубами. Наружность у него всегда была не самая благонадежная, но сейчас лицо его помрачнело, и он стал похож на настоящего бандита.
– Если это не он, значит, тот, кто украл Чжичунь, метит в самого старину Яня. Что ты на меня-то злишься? – Сяо Чжэн бросил на Ван Цзэ очередной пронзительный взгляд, вытащил мобильник и набрал номер. Но чуда не произошло, механический мужской голос в трубке ответил: «Набранный вами номер не существует…»
О Янь Цюшане три года не было ни слуху ни духу. Когда он пропал без вести, Бюро искало его – но не слишком усердно и, разумеется, безуспешно: уж кто-кто, а командир «Фэншэнь» умел прятать концы в воду. Но, в конце концов, ничего противозаконного Янь Цюшань не совершил, а ходит он на работу или нет – это его личное дело. Никаких оснований рыть землю и отправлять за ним группу захвата, самое большее – удержать заработную плату и уволить за прогулы без уважительной причины.
Сяо Чжэн зашел на страницу Янь Цюшаня в Вичате. На аватарке – фото со служебного удостоверения, в профиле – настоящее имя, никаких вычурных никнеймов.
Он редко выкладывал что-то в «Моменты». Не считая репостов рабочих оповещений, все записи были посвящены Чжичуню. На последней фотографии был запечатлен профиль высокого осунувшегося мужчины у окна, смотрящего вдаль. Исхудавшие руки и ноги скованы цепями, рубашка свободно висит на плечах. Отросшие волосы скрывают черты лица, видна лишь четко очерченная нижняя челюсть и опущенный уголок рта, придающий лицу немного хмурое выражение. Янь Цюшань нечасто комментировал фотографии, но у этой была подпись: «Молодой господин желает отведать маосюэван [40], я такое готовить не умею. Друзья, кто живет поблизости, посоветуйте магазин с доставкой [смайлик, смеющийся до слез]. Мне кажется, ему сегодня гораздо лучше».
Их с Сяо Чжэном переписка прервалась три года назад. Последние десять с лишним сообщений были от Сяо Чжэна: он пытался выяснить местонахождение Янь Цюшаня – однако они так и остались без ответа, как камни, брошенные в глубокое море. Сяо Чжэн отправил еще одно: «Обломки Чжичуня похитили. Что бы ты ни услышал, не делай глупостей, будь осторожен! Ответь, как прочтешь!»
Но послание вновь кануло в недра сети, растворившись в бесконечной пустоте. Ответа не последовало.
С непроницаемым лицом убрав телефон, Сяо Чжэн отодвинул Ван Цзэ в сторону и принялся отдавать распоряжения:
– Вор не мог уйти совсем незамеченным. Подключите всех, кого только можно, все региональные филиалы, отслеживайте колебания аномальной энергии, установите наблюдение за важнейшими транспортными узлами и местами скопления людей… И еще. Разместите во внутренней сети объявление о поиске Янь Цюшаня…
Кто-то тихо спросил:
– Директор, мы объявляем его в розыск?
– Себя объяви в розыск, твою мать! – гневно рявкнул Сяо Чжэн – голос его взлетел на целую октаву.
Ляпнувший лишнего оперативник тут же съежился, не смея даже пошевелиться. Оставив на нем взглядом тысячу надрезов, Сяо Чжэн выдохнул и равнодушно пояснил:
– В соответствии… с необходимостью безотлагательной реализации программы защиты свидетелей… Ван Цзэ, ты куда?
  
Пока Сяо Чжэн раздавал указания, Ван Цзэ сделал несколько звонков и кратко проинструктировал ключевых оперативников «Фэншэнь», бывших когда-то приятелями Янь Цюшаня. Наконец он позвонил Гу Юэси, но не успел обменяться с ней и парой слов, как вдруг изменился в лице и поспешно ушел, даже не попрощавшись с Сяо Чжэном.
Той же ночью, что называется, драконы разными дорогами устремились к общей цели. Сюань Цзи и Гу Юэси вылетели одним рейсом. Ван Цзэ же срочно связался с доверенными оперативниками из первого подразделения, подал заявку на срочный вылет и служебным самолетом вместе с командой отправился в Юйян.